Корнеев.

Эту фамилию я уже слышала утром.

Вернее, до того, как мы уснули.

Тимур заметил меня и чуть отвернулся к окну, не потому что скрывал сам факт разговора, а будто автоматически отделял меня от происходящего.

— Проверь деньги. Встречи. Машины. Всё, что можно подтвердить. Если это он — я хочу знать наверняка.

Он закончил разговор и положил телефон на стол.

Я прошла на кухню.

— Ты говорил, что приготовишь еду.

Тимур посмотрел на меня немного удивлённо.

Наверное, ожидал вопроса о Корнееве.

— Приготовлю.

— Тогда почему стоишь?

Он усмехнулся.

— Ты очень быстро освоилась в моей квартире.

— После сегодняшнего имею право требовать хотя бы еду.

— Опасная логика.

Я села за стол.

Тимур открыл холодильник.

Несколько секунд возился внутри, после чего обернулся.

— Паста?

— Подойдёт.

— Мясо?

— Да.

— Вино?

Я посмотрела на часы.

— После ночной смены, нескольких часов сна и того, чем мы занимались вместо нормального отдыха?

Он задумался.

— Аргумент.

Достал воду.

И снова стал обычным.

Меня всё сильнее удивляло, насколько быстро это происходило.

Один звонок — и рядом Арс.

Разговор закончился — Тимур снова спорит со мной о количестве сыра в пасте.

Я видела разницу.

Но пока не собиралась разбирать её на части.

Около пяти я написала Вике, что скоро буду дома.

Она ответила почти сразу:

Ты где вообще ночевала?

Я задумалась.

Потом написала:

После смены была у Тимура. Уснула.

Три точки появились мгновенно.

У того самого Тимура?

Я нахмурилась.

Когда он успел стать «тем самым»?

Да.

Ответ:

Молчу. Но Марина уже спрашивала.

Вот это было хуже.

Я убрала телефон.

Тимур заметил.

— Проблемы?

— Марина.

— Это мачеха?

Я кивнула.

— Я предупреждала, что после работы могу задержаться, но не уточняла где.

— Хочешь, я не буду довозить до самого дома?

Я посмотрела на него.

Не ожидала.

Раньше он скорее подъехал бы прямо к двери и ещё вышел познакомиться со всеми без приглашения.

— Нет. Довози.

Уголок его губ поднялся.

— Уверена?

— Да. Только не вздумай сегодня знакомиться с семьёй.

— А я собирался зайти на чай.

— Тимур.

— Понял.

Через несколько секунд добавил:

— Пока.

Я бросила в него салфетку.

На улице уже начинало темнеть.

Рига в ноябре вообще умела превращать пять вечера почти в ночь.

В машине было тепло.

Я сидела, поджав одну ногу, и смотрела на город за окном.

Тимур одной рукой держал руль.

Другую положил между нами ладонью вверх.

Не сказал ничего.

Я посмотрела.

Потом вложила свою руку.

Его пальцы сразу сомкнулись.

И почему-то этот простой жест окончательно закрепил то, что произошло сегодня.

Не секс.

Не разговор в постели.

Именно это.

Мы ехали по обычной улице, держались за руки и оба уже знали, что теперь действительно вместе.

У моего дома Тимур остановился.

Я не спешила выходить.

Он тоже.

Несколько секунд просто смотрели друг на друга.

Потом он спросил:

— Когда следующая смена?

— Через два дня.

— А завтра?

— Университет до четырёх.

— Увидимся после.

Опять утверждение.

Я прищурилась.

Тимур сразу исправился:

— Хочешь увидеться после?

Я рассмеялась.

— Хочу.

Он потянул меня к себе.

Поцеловал.

На этот раз мне понадобилось совсем немного времени, чтобы снова почувствовать знакомый жар. После того, что между нами произошло, его поцелуи будто стали другими. Или просто я теперь слишком хорошо знала, что могут делать эти руки, когда мы остаёмся одни.

Тимур тоже почувствовал, как я задержалась возле него дольше необходимого.

Его ладонь легла мне на бедро.

Поцелуй стал глубже.

И очень быстро появилась мысль, что домой я могу попасть далеко не сейчас.

Я первой отстранилась.

— Нет.

Он тяжело выдохнул.

— Я ещё ничего не предложил.