Я схватил его за ворот и рванул вперёд так, что ножки стула проскребли по полу.

— Кто дал тебе информацию?

— Я не знал, что это связано с тобой!

— Мне похуй, что ты знал! Кто?!

Он назвал имя.

Максим Руденко.

Сотрудник клуба.

Не управляющий.

Не начальник охраны.

Один из администраторов, у которого был доступ к внутреннему графику мероприятий, спискам персонала и части служебной информации.

Я знал его в лицо.

Работал у нас почти год.

Север уже доставал телефон.

Я отпустил Игоря.

— Где он сейчас?

Артур быстро проверил.

Максим должен был быть на смене.

Я посмотрел на часы.

Почти полночь.

— Едем.

Игорь сразу заговорил вслед, убеждая, что рассказал всё и никакого отношения к стрельбе не имеет.

Я остановился у двери.

Обернулся.

— Если это правда, тебе повезло. Если нет — я вернусь.

Никакой дополнительной угрозы не понадобилось.

Он понял.

До клуба ехали меньше двадцати минут.

Север был за рулём.

Я сидел рядом и смотрел на ночной город.

Ещё несколько часов назад по этим же улицам вёз Еву домой.

Она сидела рядом, рассказывала про университет и смеялась над моим нежеланием слышать «вы».

Теперь в салоне пахло табаком Артура, а у меня на костяшках засыхала чужая кровь.

Разница была настолько привычной, что я почти не замечал.

Наверное, именно поэтому и не хотел пока смешивать эти две части жизни.

Ева знала достаточно, чтобы понимать: вокруг меня не всё чисто.

Но знать — это одно.

Увидеть меня сейчас — совсем другое.

Север остановился на светофоре.

— Если Руденко слил твой выход, ты его сегодня не убьёшь.

Я медленно повернул голову.

— Решил проверить моё терпение?

— Нет. Решил напомнить, что нам нужно понять, кому именно он продавал информацию.

— Я сам знаю.

— После Игоря по тебе не очень заметно.

Я посмотрел на разбитые костяшки.

— Игорь жив.

— Какое достижение.

— Не беси меня.

Артур ничего больше не сказал.

Он был прав в одном.

Если Максим действительно оказался той самой крысой, мне понадобится удержаться достаточно долго, чтобы услышать всё.

А потом уже можно решать.

---

В клуб мы вошли через служебный вход.

Музыка из зала пробивалась даже сюда — тяжёлый бас, вибрация в стенах, голоса персонала.

Обычная рабочая ночь.

Максим находился в кабинете администратора.

Его вызвали туда под предлогом проблемы с бронированием.

Он вошёл, увидел меня и сразу улыбнулся.

— Тимур, ты сегодня должен был отдыхать. Как плечо?

Почти смешно.

Я смотрел на него и пытался понять, знает ли он уже, зачем приехал.

Если знает — держится неплохо.

— Закрой дверь.

Улыбка стала слабее.

Он выполнил.

Север остался у стены.

Я сидел за столом.

На этот раз не торопился.

— Давно знаешь Игоря Мельникова?

Максим побледнел.

Совсем немного.

Но достаточно.

Вот и ответ.

Он попытался исправиться слишком поздно. Начал объяснять, что фамилия вроде знакома, возможно, пересекались по работе.

Та же ошибка.

Люди почему-то считают, что если говорить много, ложь становится убедительнее.

Я встал.

Максим перестал говорить.

— Не надо, — сказал я. — Даже не начинай. Я сегодня уже слушал эту хуйню.

Он сделал шаг назад.

— Тимур, я не понимаю...

Я ударил его в живот.

Не в лицо.

Мне нужен был человек, способный разговаривать.

Максим согнулся, резко выдыхая воздух.

Я схватил его за рубашку и впечатал спиной в стену.

— Ты продавал информацию о клубе?

Он замотал головой.

Я ударил снова.

На этот раз в рёбра.

— Арс...

— Вот теперь правильно. Здесь я для тебя Арс. И сейчас ты, блядь, объяснишь мне, за сколько продал информацию людям, которые потом стреляли в мою машину.

У него в глазах появился настоящий ужас.

Не вина.

Именно ужас.

Он не ожидал последней части.

Это я заметил.

— Я не знал про стрельбу! Клянусь, я вообще не знал, что им нужен ты!

Я не отпускал.

— Кто «они»?

Максим закашлялся.

— Я никого не видел. Игорь несколько раз просил данные по мероприятиям. Какие вечера загружены, когда приезжают владельцы, где меньше охраны. Я думал, это конкуренты. Он платил за информацию, и всё.

Я сильнее прижал его к стене.

— Мой служебный выход в ту ночь?

— Я сказал ему, что ты приехал. Потом он спросил, где ты обычно выходишь после закрытых встреч. Я сказал, что чаще через задний коридор. Клянусь, я не знал, что они собираются тебя убивать.

В комнате стало очень тихо.

Вот теперь всё сошлось.

Не точный слив в последние минуты.

Просто привычка.

Информация о том, каким выходом я обычно пользуюсь.

Этого хватило тем, кто заранее следил за клубом.

Я смотрел на Максима и чувствовал желание ударить ещё раз.

Сильнее.

Он продал информацию.

Из-за денег.

Не зная конечной цели — возможно.

Но если бы я умер в той машине, разницы уже не было бы.

— Сколько?

Он назвал сумму.

Я рассмеялся.

Без веселья.

— Серьёзно?

Максим опустил глаза.

Я ударил его в лицо.

Один раз.

Голова дёрнулась в сторону, на губе появилась кровь.

— Вот столько стоила информация о том, где я хожу? Ты за эти деньги решил, что можно торговать людьми, которые тебе платят зарплату?

— Я не думал—

— Это я уже понял. С этим у тебя вообще проблемы.

Я отпустил его.

Максим сполз по стене, но остался на ногах.

Север всё ещё не вмешивался.

— Кто ещё что-то продавал?

Он сразу начал отрицать.

На этот раз я поверил не сразу.

Пришлось заставить его перечислить всё, что передавал Игорю за последние месяцы.

Расписания.

Имена некоторых управляющих.

Информацию о закрытых мероприятиях.

Когда приезжал отец.

Когда появлялся я.

Ничего, что само по себе выглядело смертельно опасным.

Но достаточно, если собрать вместе.

Самое важное выяснилось позже.

Максим делал это ещё до того, как появился человек, заказавший машины.

То есть его использовали потому, что он уже давно продавал внутреннюю информацию кому угодно, кто платил.

Не специально внедрённая крыса.

Обычный жадный мудак.

И это меня разозлило даже больше.

Если бы его завербовали ради покушения, в этом хотя бы была логика.

А здесь мою жизнь едва не стоила чужая привычка брать деньги за всё подряд.

Я повернулся к Северу.

— Забери у него телефон. Проверите всё, что он передавал за последние полгода. Все номера, все встречи. Если хоть что-то удалено, восстановите, что сможете.

Максим поднял голову.

— Тимур, пожалуйста. Я всё рассказал.

Я посмотрел на него.

— Ты правда думаешь, что после этого просто пойдёшь обратно в зал?

Он побледнел сильнее.

— У меня жена. Ребёнок.

Вот эта фраза сегодня преследовала меня.

Сначала Денис.

Теперь он.

Все вспоминали о семье только после того, как их ловили.

— Тогда особенно хуёво, что ты решил поставить под удар мою.

Он молчал.

Я подошёл ближе.

Не бил больше.

Не требовалось.

— В этом городе ты больше не работаешь ни в одном заведении, которое имеет хоть какое-то отношение к нашей семье. И если выяснится, что после сегодняшнего разговора ты кому-нибудь расскажешь, что именно мы проверяем, Север найдёт тебя раньше, чем ты успеешь собрать сумку.

Максим смотрел в пол.

— Я понял.

— Нет. Ты сейчас только начинаешь понимать.

Я повернулся к Артуру.

— Увези его. Пока останется под присмотром. Когда закончим проверку, решим дальше.

Север кивнул.

Максим попытался заговорить ещё раз.

Я даже не стал слушать.