Все на мостике посмотрели на меня, как на сумасшедшего.

— Какие координаты, Чехов? — Воронов нахмурился. — Все базы данных выжгло!

— Не все! Гриня! — я свесился с кресла, заглядывая под стол. — Ты успел сохранить тот массив, который мы скачали с Маяка? Ключ Предтеч!

Пушистый хакер высунул мордочку из-под стола, моргая огромными глазами сквозь тактические очки. — Ключ? Да, он на изолированном кристалле! Но, Макс, он же зашифрован! Мы не смогли его прочитать! Это просто набор фрактальных метаданных, указывающий путь к Станции "Омега"!

— Нам не нужно читать его весь! — я начал быстро переключать тумблеры на своей консоли, переводя ее в режим ручного ввода навигации. — Гриня, ты сам сказал: Ключ раздроблен на слои. Он указывает путь через аномальные зоны Дикого Космоса. Предтечи прятали "Омегу" там, где не работают стандартные радары и где физика сходит с ума.

Я поднял взгляд на Воронова. — Капитан! Если мы скормим навигационному компьютеру хотя бы первый, верхний слой Ключа… не как маршрут к "Омеге", а как точку выхода для гиперпрыжка! Этот алгоритм уже содержит в себе безопасный вектор в обход звездных масс! Предтечи не могли проложить маршрут через звезду!

Воронов на мгновение замер. Его мозг, привыкший к авантюрам, мгновенно оценил шансы.

— Ты предлагаешь прыгнуть по куску непонятного инопланетного кода туда, не знаю куда? — медленно произнес капитан.

— Это лучше, чем прыгать в никуда, — жестко ответил я. — И самое главное: если мы прыгнем по координатам Предтеч, мы окажемся в зоне, скрытой аномалиями. Ксаарианцы не смогут отследить наш гиперслед! Мы просто исчезнем с их радаров!

— Внимание. Вражеские крейсера легли на боевой курс, — синтетический голос Веры прорезал напряженную тишину. — Фиксирую накопление энергии в фазированных излучателях. Дистанция — восемьдесят тысяч. Время до залпа — девяносто секунд.

На тактическом экране два красных маркера неумолимо ползли к нашей одинокой зеленой точке.

— Делай! — рявкнул Воронов. — Гриня, заливай этот чертов Ключ в пульт Чехова! Макс, рассчитывай вектор прямо на коленке! Завьялов, помоги ему с компенсаторами массы!

Мостик взорвался сумасшедшей активностью. Гриня выскочил из-под стола, выдернул из своего дешифратора мерцающий золотым светом кристалл данных и воткнул его в порт моей консоли.

Экран тактика мгновенно погас, а затем вспыхнул россыпью непонятных рун, фракталов и геометрических фигур.

— Вера! Переведи это в стандартную систему координат XYZ! — крикнул я, колотя по клавишам.

— Попытка трансляции многомерного кода в трехмерную плоскость, — отозвалась ИИ. — Предупреждение. Данные фрагментированы. Возможна критическая погрешность вычисления вектора.

— Плевать на погрешность! Дай мне хотя бы направление!

На экране поверх золотых фракталов начала выстраиваться грубая, трехмерная сетка координат. Цифры бежали с бешеной скоростью. Я схватил резервный планшет и начал вбивать значения вручную, перенаправляя их на пульт гипердвигателя.

Шестьдесят секунд до залпа.

— Михалыч! — крикнул Завьялов. — Мы перебрасываем тебе пакет данных! Синхронизируй с катушками!

— Вижу какую-то дичь! — заорал механик по внутренней связи. — Ребята, эта точка находится в секторе Мю-Персея! Там же сплошные ионные штормы и туманности! Мы там ослепнем!

— Если мы останемся здесь, мы умрем! Синхронизируй! — рявкнул Воронов.

Сорок пять секунд.

Я обливался потом. Пальцы летали по сенсорной панели. Я вычленял из хаоса данных Предтеч обрывки безопасных векторов, отсекая все, что казалось мне гравитационными аномалиями. Это было похоже на попытку собрать пазл из тысячи деталей за минуту, при этом сидя в горящем доме.

— Вектор схождения… поправка на массу корабля… Завьялов, дай мне данные по текущей инерции!

— Инерция ноль-семь, скольжение по оси Z! — диктовал старпом. — Ввожу поправку!

Тридцать секунд.

На обзорном экране космос вдали начал наливаться зловещим, пульсирующим фиолетовым светом. Два ксаарианских крейсера синхронизировали свои главные батареи. Они не собирались брать нас на абордаж или требовать капитуляции. Они собирались стереть нас из реальности, чтобы наказать за дерзость.

— Координаты введены! — я ударил по клавише ввода, закрепляя маршрут. — Вектор построен!

— Вектор принят, — подтвердила Вера. — Расчетная точка выхода находится в неисследованной туманности. Вероятность успешного перехода — сорок два процента.

— Сорок два процента — это почти половина, мы выживем! — оскалился Воронов. — Михалыч! Давай! За Императора и Терру,

— Инициирую пробой! — проревел механик.

Корабль затрясся мелкой, зубодробительной дрожью. Пространство перед носом «Аскольда» начало искажаться, сворачиваясь в воронку. Звезды превратились в размытые полосы.

Десять секунд.

— Капитан! — в панике закричал Завьялов, глядя на радар. — Они стреляют!

Пространство за иллюминаторами вспыхнуло ослепительно ярко. Два колоссальных луча фазированной плазмы, способные прошить насквозь небольшую луну, сорвались с носовых орудий ксаарианских крейсеров. Они неслись к нам с околосветовой скоростью. Смерть в чистом виде, от которой нас не защитил бы ни один щит.

Я вцепился в подлокотники кресла так крепко, что пластик жалобно хрустнул.

Пять. Четыре. Три.

Свет плазмы заполнил всю рубку, ослепляя нас. Я инстинктивно зажмурился.

Две. Одна.

Михалыч дернул главный рубильник.

«Аскольд» издал звук, похожий на крик разрываемого пополам кита. Гравитационные компенсаторы отказали окончательно, и меня со страшной силой вдавило в кресло. В глазах потемнело. Желудок подкатил к горлу.

Пространство вокруг нас треснуло и рассыпалось.

За секунду до того, как сдвоенный залп ксаарианских орудий должен был испарить наш корабль, «Аскольд» просто перестал существовать в этой точке пространства. Мы нырнули в гиперпространственный тоннель, проложенный по чертежам тысячелетней давности. Плазменные лучи прошили пустоту, оставив после себя лишь облако ионизированного газа.

Переход был чудовищным. Нас швыряло из стороны в сторону, переборки стонали, казалось, что корабль сейчас развалится на атомы. Я чувствовал, как меня растягивает в бесконечность, а затем сжимает в точку. Слепой прыжок по фрагментарному коду Предтеч оказался похож на спуск по горной реке в дырявом корыте.

А затем все резко прекратилось.

Вибрация стихла. Перегрузка исчезла так внезапно, что я едва не вылетел из ремней безопасности. Свет на мостике мигнул и стабилизировался.

Я с трудом открыл глаза. Голова раскалывалась, во рту стоял вкус меди.

В рубке стояла гробовая тишина. Только тихо гудели серверы и тяжело дышал капитан Воронов.

Я посмотрел на обзорный экран.

Звезд не было. Привычного черного космоса тоже не было. Мы висели в центре колоссального, клубящегося облака из багрово-золотой пыли и газа. Вокруг нас медленно проплывали гигантские кристаллические структуры, похожие на обломки древних, замерзших во льду замков. Пространство здесь пульсировало, жило своей жизнью, переливаясь невероятными оттенками.

— Где… где мы? — прошептал Завьялов, ошарашенно глядя на радары, которые показывали абсолютный ноль информации. Сплошные помехи.

— Мы в Диком Космосе, старпом, — хрипло ответил Воронов. Он медленно отпустил поручни штурвала и выпрямился. — Там, где нас не достанут радары Ксаара. Там, где начинается путь к "Омеге".

Капитан повернулся ко мне. На его грязном, окровавленном лице появилась усталая, но абсолютно счастливая улыбка.

— Отличный расчет, лейтенант. Ты спас этот корабль.

Я откинулся на спинку кресла, чувствуя, как адреналин медленно покидает тело, оставляя после себя лишь дикую усталость. Мы выжили. Мы прыгнули в никуда и оказались в самом начале величайшего пути в истории человечества. И Ключ был у нас.