Тяжелые штурмовики медленно подняли свои чудовищные орудия, наводя их на наши хлипкие укрытия. Я закрыл глаза. Против «Омеги» не было защиты. Один выстрел — и эти пилоны испарятся вместе с нами.

Но выстрела не последовало.

Вместо этого все пространство Центрального Ядра внезапно залило пронзительным, кроваво-красным светом. Вращение колоссального Кристалла над нашими головами резко остановилось. Воздух стал настолько плотным, что казалось, его можно резать ножом. Волосы на моих руках встали дыбом от статического напряжения.

А затем голос. Это больше не был синтезированный перевод через коммуникаторы. Этот голос не нуждался в динамиках. Он звучал прямо в наших черепных коробках, вибрируя в костях, подавляя волю и заставляя инстинкты вопить от первобытного ужаса.

«ВНИМАНИЕ. КРИТИЧЕСКОЕ ПОВРЕЖДЕНИЕ ВНУТРЕННЕГО КОНТУРА. УГРОЗА ЦЕЛОСТНОСТИ ЯДРА. ФАЗА ПАССИВНОГО ТЕСТИРОВАНИЯ ЗАВЕРШЕНА. ВЫЯВЛЕНА АГРЕССИВНАЯ ИНФЕКЦИЯ. ПРОТОКОЛ “ЭРАДИКАЦИЯ” АКТИВИРОВАН. ПРОБУЖДЕНИЕ СТРАЖЕЙ».

Эл-Тарис замер. Его идеальное лицо исказила гримаса непонимания.

Из стен колоссальной сферы, прямо из переплетения светящихся фракталов и рун, начали выдвигаться платформы. На этих платформах, свернувшись в сложные, геометрически невозможные узлы, покоились ОНИ.

Големы Предтеч. Тяжелые стражи Центрального Ядра.

Их было шесть. Они не были похожи на роботов, мехов или киборгов, к которым привыкла человеческая или ксаарианская фантазия. В них не было ничего антропоморфного. Они представляли собой парящие в воздухе сгустки материи, состоящие из тысяч вращающихся черных пирамид, кубов и многогранников, соединенных между собой нитями изумрудной энергии.

Когда големы развернулись, их высота превысила пять метров. В центре каждого из них пульсировал ослепительно-зеленый энергетический узел — их «сердце» и «глаз» одновременно. Они не касались пола, а бесшумно скользили в воздухе, искажая пространство вокруг себя.

— Что это за мерзость?! — взвизгнул суб-командор Ваэль'Кор, пятясь назад. — Командор, сенсоры не могут определить их плотность! Они одновременно находятся в нескольких квантовых состояниях!

— Огонь! — обезумев, заорал Эл-Тарис. — Сжечь их всех! Мы — Великий Ксаар! Никто не смеет стоять на нашем пути!

Два штурмовика развернули свои деструкторы в сторону ближайшего Стража. Белое пламя с температурой в миллион градусов ударило прямо в центр геометрического голема.

Я затаил дыхание, ожидая, что древний механизм испарится. Но произошло нечто невообразимое.

Плазма, способная пробить линкор, ударила в Стража и… разделилась. Черные многогранники, из которых состояло тело голема, мгновенно перестроились, образовав идеальную параболическую зеркальную воронку. Изумрудная энергия внутри голема вспыхнула, поглощая термический удар, а затем, с ужасающим, гудящим звуком, отразила поток плазмы обратно.

Но это была уже не просто плазма. Голем пропустил ее через свои контуры, усилив и сфокусировав.

Отраженный луч ударил обратно в штурмовиков.

Один из ксаарианцев не успел даже вскрикнуть. Его хваленая броня «Монолит», способная выдерживать кинетические и энергетические удары, просто аннигилировала вместе с владельцем. На том месте, где секунду назад стоял элитный солдат Галактики, осталась лишь дымящаяся, идеально круглая дыра в полу.

Второй штурмовик отлетел на десяток метров, его броня полыхала, а деструктор разлетелся на куски.

— Не стрелять в них из плазмы! — заорал Воронов, перекрикивая гул сражения. Капитан мгновенно оценил угрозу. — Они поглощают энергию! Макс, Док, не высовываться! Мы для них сейчас такая же инфекция, как и ушастые!

Големы пришли в движение. Их танец был завораживающим и абсолютно смертоносным. Они перемещались рывками, мгновенно преодолевая десятки метров пространства, не подчиняясь законам инерции.

Один из Стражей оказался прямо над укрытием Михалыча. Геометрические фигуры, составляющие его «руку», сложились в массивный, вращающийся бур, пронизанный зелеными молниями. Голем обрушил этот бур на энергетический пилон, за которым прятался наш механик.

Пилон, выдерживавший тысячелетия, разлетелся в пыль.

Михалыч, проявив чудеса пролетарской прыти, кувырком ушел в сторону, волоча за собой верещащего Гриню.

— Ах ты ж геометрия недобитая! — рявкнул механик.

Инстинкт взял верх над разумом. Михалыч вскочил на ноги, размахнулся своей верной, закопченной кувалдой и с яростным ревом всадил ее прямо в «корпус» парящего голема.

И тут сработала физика, неподвластная квантовым щитам. Големы были настроены на отражение колоссальных энергетических атак, лазеров и плазмы. Но тридцать килограммов грубой, легированной земной стали, прилетевшие с размаху от очень злого сибирского механика, не являлись энергетической атакой.

Кувалда с хрустом врезалась в скопление черных кубов. Несколько деталей голема с лязгом отлетели в сторону. Страж пошатнулся, его зеленый глаз удивленно мигнул. Он не получил критического урона, но это грубое, примитивное воздействие явно сбило его вычислительные алгоритмы.

— Кинетика! — крикнул я, высовываясь из-за укрытия и вскидывая свой старенький импульсный карабин. — Они уязвимы к кинетике и физическому урону! Капитан, бьем болванками!

— Понял тебя! — Воронов переключил свой плазмомет в режим стрельбы бронебойными магнитными капсюлями. — Бьем по сочленениям! Не дайте им сфокусироваться на нас!

Я открыл огонь. Импульсные заряды барабанили по черным многогранникам Стража, откатившегося от Михалыча. Отколотые куски материала летели во все стороны.

В это же время на другом конце зала разворачивалась настоящая бойня.

Эл-Тарис, потеряв рассудок от ярости, вступил в открытую схватку с двумя големами сразу. Его силовые щиты мерцали, отражая удары их энергетических хлыстов. Он двигался с грацией хищника, используя уцелевший фазированный излучатель в режиме коротких, режущих импульсов.

— Вы не остановите меня! — орал ксаарианец, полосуя пространство белыми лучами. Ему удалось отсечь одному из големов его манипулятор. — Я — Эл-Тарис! Я покоритель миров!

Но Стражей было больше. Третий голем бесшумно оказался за спиной уцелевшего штурмовика Ваэль'Кора. Черные кубы голема мгновенно перестроились, образовав нечто вроде гигантской гильотины, и с хрустом сомкнулись на талии суб-командора. Раздался тошнотворный влажный звук. Броня «Монолит» была перекушена пополам, как сухая ветка.

Поле боя превратилось в абсолютный хаос. Это был танец смерти, где никто не был союзником.

Зеленые лучи големов Предтеч резали воздух, оставляя на полу расплавленные борозды. Белая плазма ксаарианцев слепила глаза, а глухие хлопки нашего импульсного оружия задавали рваный, истеричный ритм этой безумной симфонии.

Я перекатился за другой выступ, едва увернувшись от зеленого гравитационного импульса, который сплющил кусок пола там, где я находился долю секунды назад. Моя сломанная ключица горела адским огнем, каждый выстрел отдавался болью в позвоночнике.

— Макс, слева! — заорал Док.

Судовой врач, оказавшийся удивительно проворным, метнул прямо в парящего рядом с нами голема тяжелый металлический ящик из своей аптечки. Ящик отскочил от силового поля Стража, но отвлек его внимание на долю секунды.

Я вскинул карабин и выпустил очередь точно в центральный изумрудный узел голема. Стекловидная поверхность треснула. Голем издал звук, похожий на скрежет металла по стеклу, закрутился вокруг своей оси и рухнул на пол, рассыпаясь на сотни бесполезных черных кубиков.

— Минус один! — крикнул я, тяжело дыша.

— Не расслабляться, студент! Их еще четверо! — голос Воронова звучал напряженно. Капитан прихрамывал, его кибернетическая нога искрила — касательный удар зеленого луча оплавил сервомоторы.

Внезапно раздался вопль, полный боли и отчаяния.

Я обернулся и увидел, как один из големов нанес сокрушительный удар Эл-Тарису. Энергетический хлыст Стража пробил персональный щит командора, как бумагу, и ударил его прямо в грудь.