— Не только. — ухмыльнулся на претензию. — Астерион обучал меня не только работе с энергией. Старик, конечно, не мастер в технике, но на его корабля были материалы по моему старому профилю. Эм… — протянул я, пытаясь вспомнить, что именно он говорил. — Он называл их гипнограммами. Основы работы с имперскими системами, энергетическими интерфейсами и логикой управляющих контуров. — приняв стойку, в которой старик стоял, я спародировал его стиль речи. — «Хотя бы так твои глаза потеряют чуть-чуть блеска примитива». — потом прокашлялся, и вернувшись к своему голосу, продолжил. — В общем и все в этом духе, чего ждешь от безумного, долгоживущего монстра.

— И что, хочешь сказать, что тебе хватило пройденного обучения? — скепсис не переставал литься из уст девушки, с каждым новым словом, набирая все большие и больше оборота.

— В большей степени, думаю, да. Теоретическая база сильная.

— Но все равно, это ведь обычная теория. — зацепилась за сказанное наемница. Она не дает практических знаний, а что если ты активируешь самоуничтожение⁈

— Слушай. — потер переносицу, уже несколько напрягаясь от её недоверия. — А где, как не тут, брать эту самую практику? Да и все ж таки… могла бы чуть более доверительно относиться к моим решениям.

Ирис резко посмотрела на открытую панель, потом на меня. Несколько мгновений в помещении слышалось только слабое потрескивание её прибора.

— Допустим ты прав. — наконец сказала она. — А я не права, и, истинно перегнула. Так ответь, к какому слою надо подключаться?

Я подошёл к консоли, провёл пальцами над тёмными волокнами и почувствовал знакомое слабое сопротивление. Не такое, как у двери. Здесь энергия не отталкивалась, а будто ждала правильной последовательности.

— Дай мне попробовать.

Ирис отступила на полшага, всё ещё глядя с сомнением.

— Прошу, только будь осторожен.

Я положил ладони на мёртвую консоль. На этот раз отвечать мне должен был уже сам корабль.

Я положил ладони на мёртвую консоль и несколько секунд ждал, отмечая про себя момент старта. Старая привычка никуда не делась. Нормальный взлом, в моем понимании, начинался не с первой красивой команды, а с трёх вещей. Во-первых, это время. Во-вторых, граница, после которой азарт следовало выключать принудительно. В третьих, самое важное — цель.

Ирис молча стояла сбоку, скрестив руки на груди и ожидая ровно одного результата, что у меня ничего не получится. Когда тишина затянулась, она напомнила, что с момента входа прошло уже очень много времени. Очередная шарманка, что нам надо как можно быстрее отсюда валить. Кажется, ей просто тут было неуютно.

— Если ищешь повод признать поражение, командир, момент подходящий. — донеслось до меня. Жаль, что не видел её лица. Не сомневался, там была улыбка.

— Пока ещё рано. В моем мире… одна подготовка может занимать больше времени, чем весь наш поход по этому кораблю.

Наемница тяжело вздохнула, однако мешать работе не стала. Я же оставил правую ладонь на поверхности и выпустил тонкую нить пси, без давления и попыток что-либо открыть. Такой короткий импульс, несущий в себе вопрос.

Консоль ответила едва заметной вибрацией под пальцами, после чего по тёмным волокнам внутри панели пробежала серебристая линия и сразу погасла. Вот теперь стало понятно, она не была мертвой.

— Контакт есть. Терминал не просто принимает энергию, он различает импульсы. Кажется, проблема была в наших устройствах.

— Ты понял это по одному миганию или сейчас просто делаешь умное лицо, чтобы не облажаться?

— Какая ты недоверчивая. —отрицательно махнул головой.

Ирис посмотрела на меня как на человека, которому официально выдали разрешение мучить технику. Но даже так, запись не прекращала. Кто знает, что у неё плескалось в голове. Я прекратил обращать на это внимание, и повторял запросы, меняя по одному параметру: плотность, длительность, частоту, паузу. На шестой попытке терминал ответил красноватым отблеском и оборвал связь почти на минуту, а на девятой снова пропустил энергию внутрь.

Для меня это было подарком.

Язык оставался чужим, однако защита, следуя собственным принципам, выдавала себя поведением. Одни запросы глохли у самой поверхности, другие проникали глубже, несколько сочетаний передавались ещё дальше, а одна из частот неизменно вызывала сброс системы, после которой приходилось начинать все заново. Значит, перед нами была проверка с условиями…получается, эту систему можно было убедить, что я, как пользователь, вполне им соответствую.

— Похоже на защитные экраны сети. — тихо сказала Ирис. — Красный отклик появляется только после определённых сочетаний запросов, и каждый раз терминал на какое-то время перестаёт принимать энергию и команды. Если это блокировка, лучше не проверять, сколько ошибок он терпит подряд. Помнишь, это может вызвать самоуничтожение… в теории.

— Или на проверку прав. — поправил девушку. — Ломиться в закрытую ветку бессмысленно, надо найти корректное сочетание, которому система, как бы, доверяет. Не думаю, что оно одно единственное. Слишком опасно замыкать на таких принципах.

Старые ощущения вернулись неожиданно легко. В памяти то и дело всплывала ночь, ноутбук, выставленные таймеры, и чужие системные администраторы, которые пытались меня найти. Обычно спасало простое правило: не маскировать всё подряд, а подменять нормальную, привычную картину, только там, где работал в моменте, не заставляя систему обслуживать огромный пласт лжи и фальши, которую протоколы защиты легко вычисляли.

Позже, в одном из диалогов с Вейлой, у меня получилось понять, как правильно смотреть на продвинутые сети. Но этого Ирис знать было необязательно. Теперь я их воспринимал не как экраны с командами, то есть не в парадигме Земных технологий. А, скорее, как узлы и потоки связи. Вместе с тем чему обучили гипнограммы… это давало потрясающую синергию.

В квантовом пространстве я протягивал мысленный зонд к защите и вплетал в нужное место поддельные подписи. Только тогда у меня была капсула, помогающая выйти на нижний уровень, а сейчас её заменяла моя чистая пси, вместе с емкостями корабля, к которым подключался терминал. Интересно, а как работают те, у кого нет энергии? По старинке? Надо будет это узнать у Ирис…

Я разделил поток энергии на четверку отдельных нитей, каждую из которых вел отдельно. Одна отвечала за общий ориентир внутри системы. Вторая за постоянное взаимодействие, на уровне запросов — ответов. Третья была «защитной», чтобы предупредить, если что-то пойдет не так. А четвертая — резервная. Через несколько минут ко мне поступила информация о структуре. Внешний слой определял форму энергии, с которой работали устройства. Следующий же выбирал направление работы, нечто похожее… на наш терминал, для доступов на низком уровне.

Одна из веток вела себя иначе. На любой импульс она отвечала одинаково — короткий толчок, пауза, и второй толчок, слабее. Я повторил, чтобы убедиться, что это закономерность, и с закрытыми глазами попросил Ирис отметить канал данных отдельно на карте системы.

— Ирис, похоже, что это сервисный контур, работающий с внутренним оборудованием. А значит, по идее, он обязан как-то подтверждать себя без постоянной идентификации владельца системы. — прошептал в адрес девушки, надеясь, что она записывает. Будет интересно потом пересмотреть, как выгляжу со стороны. Во всех спектрах.

— Или это ловушка от таких любопытных умников, как ты. Точнее мы. — пришел быстрый ответ от напарницы.

— Нет, сомневаюсь. — уверенно ответил ей. — Ловушка, десяток раз возвращающая одни и те же ответы? Либо она живая, и терпеливая, либо живая и очень плохо воспитанная. Но это все ещё система. Понимаешь?

— Нет. — коротко и медленно ответила девушка.

Что ж, это была не её специфика, так что удивляться смысла не было. Поэтому продолжил свою работу. Запросы уходили по найденной ветке, получали подтверждение от внутренней системы, и ждали продолжения. То есть, ждали следующего корректного шага. А неверный ответ продолжал сбрасывать всю цепочку. Это уже было знакомо, нет, не пароль в человеческом смысле, а скорее преддверие к нему, энергетическое рукопожатие, где каждая сторона должна выдать ожидаемый друг от друга результат.