— Вы намекаете, что на борт экспресса могут проникнуть террористы?

— Я намекаю на то, что банда Авилеса — далеко не единственные террористы в этом мире, а завод на Альмонзис — не единственное предприятие Корпорации, которое можно обокрасть.

В разуме Акса украденный контейнер, содержащий вещество для рекомбинации ДНК, наконец совместился с криокейсами для хранения эмбрионов; Фонтейн похолодел. Если сложить это вместе и продать конкурентам «МТ»… Господи! Да ведь они начнут штамповать существ, не обращая внимания ни на правила, ни на нормы, и наводнят мир тысячами несчастных калек!

— Всегда так интересно наблюдать за прозрением, — заметил АльНилам и наколол на щипцы рахат-лукум. — А тебе, Мурад?

Ан-Файяз с недовольным видом высказал свое беззвучное мнение — какая у них двоих демократичность, однако.

— Именно об этом я и беседовал с достопочтенным Бассамом ибн-Сабри, пока нас не прервал журналист с восхитительными идеями насчет тайных дочерей султана. Теперь, как я вижу, мои методы уже не кажутся вам недопустимыми?

— Наша беседа конфиденциальна, ваша высочество? — спросил Фонтейн. — Я должен сообщать о подобных…

— Ваше руководство знает, что мы здесь, — пожал плечами АльНилам. — Я читал отчет службы дознания «МТ» о ликвидации группы Авилеса. Так что вы ничем не удивите ни начальство, ни меня.

— Я имел в виду… — Фонтейн запнулся. О, да ладно, не убьет же его Фан за намек! — Я имел в виду контролирующего рейс офицера из службы дознания. Она временно приписана к «Бриарею» для предотвращения… эксцессов.

Глаза вад-принца заинтересованно блеснули. Он поразмыслил, щелкая четками, и решил:

— Я вам этого не позволял и буду очень разгневан, если узнаю. Но, с другой стороны, кто мне об этом расскажет, верно?

— Разумеется, ваше высочество, — Акс поднялся. — Могу ли я идти?

— Да. Мурад, проводи.

Фонтейн уже шагнул к двери, но все-таки не смог удержаться. В конце концов, этот вопрос мучил его со вчерашнего дня.

— Почему сын его величества султана занимается такими вещами лично? Это опасная работа.

— У моего отца, да благословит его Аллах, двадцать детей, — с неприятным смешком ответил принц. — Надо же куда-то девать лишних.

Аксель нашел Фан на одной из «зеленых» палуб. Майор наслаждалась жизнью, растянувшись на кушетке посреди экзотического сада: пила коктейль, хрустела креветочными чипсами и с интересом смотрела рекламу воздушной экскурсии на большой панели — с завораживающими видами Таулана и окрестных лугов, лесов и гор.

— Фан!

— М? — лениво отозвалась майор и тут же сочувственно спросила: — У тебя что-то случилось? Неприятности на службе?

— Посмотри мои воспоминания, — потребовал Фонтейн.

— Какие?

— Недавние. Сегодняшние. Те, которые были только что!

— Ладно, хорошо, только не волнуйся так. Сядь, — Фан указала ему на край кушетки, — успокойся и очисти свой разум. Сделай два-три дыхательных упражнения, которые я тебе показывала.

Акс осторожно опустился на край кушетки, прикрыл глаза и несколько раз глубоко и медленно вдохнул и выдохнул. Через секунду он ощутил легкое прикосновение к сознанию, но ощущение присутствия тут же исчезло. В памяти появилась смутная картинка — беседа с вад-принцем, но как в ускоренной съемке, без звука. А еще через несколько минут в разум Фонтейна ворвался вопль Фан:

«Какого, вашу мать, черта⁈»

«Господи! — Акс так дернулся, что кушетка под ним жалобно заскрипела и закачалась. — Не кричи, пожалуйста! Теперь поняла, в чем дело?»

«Нет, какого черта⁈ — майор вскочила и нависла над Фонтейном с таким грозным видом, словно это он был виноват. — Какого черта мне никто ничего даже не сообщил⁈ Две группы! Две группы террористов, а не одна!»

«Может, и больше, чем две. Принц вполне мог упомянуть только одну, а на самом деле их может быть несколько».

«Жди здесь, — велела Фан; ее глаза горели от ярости. — Я сейчас задам начальству пару вопросов и вернусь», — она схватила сумочку и вылетела из сада, как ракета.

Акс уперся локтями в колени и обхватил голову руками. Должен ли он докладывать Лавровой? АльНилам упоминал, что руководство в курсе — но он имел в виду шефа «МТ Экспресс» или начальницу поезда? Кого или что на самом деле ищет тут вад-принц? Попытаются ли террористы проникнуть на борт, чтобы найти контейнер? Вопрос исчезновения контейнера внезапно стал очень острым — одно дело, если Гектор успел его утащить, и тогда контейнер взорвался вместе с террористами в заброшенной промзоне. И совсем другое, если вещество все еще в поезде…

«Но тогда все обретает смысл, — подумал Акс. — Если бы Авилесу удалось сесть на поезд как пассажир, он бы встретился с Клод, получил бы контейнер, а в Таулане к ним присоединился бы террорист, который утащил кейс с эмбрионами. Рискованный план, но он вполне мог сработать».

Даже Фан — эпсилон-майор службы дознания «МТ» — не могла обыскивать багаж и пассажиров «Бриарея» без специального разрешения. Если бы террористам удалось обмануть СБ экспресса, они бы без проблем доставили контейнер и эмбрионы на любую остановку из маршрутного листа.

На лбу Акса выступил пот. Если бы молодняк не сбил Ференца, то Авилес оказался бы на борту экспресса, и никто бы этого не заметил! Но откуда у нищих, никому не известных террористов деньги на поддельные документы такого высокого качества? Общий Реестр и полицейская база распознавали документы Альмы Баррера и Савьера как настоящие.

Значит, кто-то финансирует. Но кто? Желающих захватить технологии, которыми владеет только «МТ» — целый табун, взять хотя бы медицинский концерн «Эсмира», принадлежащий Фатиху Аль-Темиру. Может, он-то и обеспечил базу террористам в колониях султаната. Да и Бассам ибн-Сабри тоже может облизываться на такую добычу — не зря принц тут же принялся именно за него. А уж сколько других…

Телефон просигналил о получении письма с высоким приоритетом. Фонтейн открыл почту и скрипнул зубами. Чертова секретность чертовой службы дознания! А раньше что мешало сообщить⁈ Или ждали, пока она поднимется на борт, чтобы затеять в экспрессе охоту на террористку⁈

Фан вернулась в сад, села на кушетку и залпом выпила коктейль. Акс протянул ей свой телефон.

— Надежда Яневич, — сухо сказал Фонтейн. — Твои коллеги наконец-то догадались прислать мне письмецо с именем террористки, которая купила билет.

— Еще бы они не прислали, — прошипела Фан. — Я поговорила кое с кем по душам насчет принципов сотрудничества между отделами.

— А раньше они мне не сообщали потому, что собирались устроить на нее облаву в моем поезде?

Фан удрученно поглядела на него и тяжело вздохнула.

— Интересно, им приходило в голову, что при этом могут пострадать другие пассажиры?

— Что поделать, не все мои коллеги одинаково полезны.

— Если бы молодые идиоты не сбили Ференца, мы бы вообще могли не узнать!

— Ну, не преувеличивай. Я уже села группировке Авилеса на хвост и все равно бы с тобой связалась.

— Да, извини. Приступ паники задним числом, — Фонтейн потер бородку. — Что теперь делать? Мне нужно доложить об этом Лавровой, но что насчет твоей секретности?

— Можешь доложить ей обо всем, что знаешь. Если хочешь, я пойду вместе с тобой, чтобы тебе не пришлось отвечать на вопросы вне твоей компетенции, — с некоторым сомнением добавила майор: Анна Дмитриевна была далеко не в восторге от ее присутствия в экспрессе.

— Было бы неплохо. Слушай, а тебе сообщили что-нибудь насчет этого АльНилама?

— Да, а что? — настороженно спросила Фан.

— Мне можно надеяться на то, что он помучает ибн-Сабри и исчезнет из экспресса через пару дней?

Майор покачала головой и сочувственно похлопала Акса по плечу.

12 июня 214 года NPrE

АльНилам, уютно устроившись среди подушек на диване, изучал предоставленную ибн-Сабри информацию; Мурад же благоустраивал их временное обиталище — вчера у него не было времени на то, чтобы толком этим заняться. Одну из комнат в купе он определил под спортзал и переносил туда легкие компактные тренажеры, в основном грави и стамина.