А мне он похоже нравился. И я все чаще ловила себя на том, что думаю о нем.

Что же это за напасть и зачем мне это? Что и когда пошло не так? А ведь обещала ему, что нынешняя ведьма на герцогов заглядываться не будет. Прямо в лицо бросила. Вот кто за язык тянул?

По большей части я валила все на ежедневную рутину и отсутствие ярких впечатлений. И успокаивала себя мыслями, то тут особо и думать-то больше не о чем. Точно, в этом все дело. У меня здесь ни книг, ни интернета, ни социальной жизни, ни личной, в конце-то концов. И тут он, весь такой красивый и необычный, кто бы не обратил внимание? На кого еще его обращать?

Но обидно. Кто из нас тут ведьма? Почему у меня ощущение, что прокляли здесь именно меня, и теперь это я вздрагиваю, увидев любую мощную мужскую фигуру, а взгляд так и норовит скользнуть к башням замка? Как-то это нечестно.

Чудище откликнулось на мои невысказанные вопросы возмущением пополам с тоской, видимо, вспомнив предыдущего герцога и несчастную любовь к нему той самой первой ведьмы, и так полыхнуло чувствами, что на мгновение замерли все, а несколько особо нервных гостей даже рванули в сторону границы.

Нет, так дело не пойдет. Этак мы тут с Чудищем на пару обратим в руины все плоды наших усилий.

— Можете спокойно идти развлекаться. И ни о чем не волнуйтесь хотя бы сегодня.Ничего страшнее уничтожения приличной доли наших запасов этой ночью здесь не произойдет.

Не прощаясь, я натянула улыбку и поспешила назад. Ворвавшись в несколько деморализованную толпу празднующих, я схватила за руки первых попавшихся людей и помчала вскачь вокруг елки, голося:

— Потолок ледяной, дверь скрипучая,

— За шершавой стеной тьма колючая…

Отплясывая и распевая песню, я изо всех сил транслировала Чудищу, что предалась безудержному веселью. Нужно вернуть на наши территории правильный настрой. Но вот что это за жизнь, когда даже страданиям от безответных чувств толком предаться возможности нет?

С другой стороны, когда им предаваться-то? Упомянув про запасы, я немедленно погрузилась в мысленные подсчеты, не размахнулась ли я с гостеприимством. Самим-то есть тоже нужно. Оставалось рассчитывать, что надежды оправдаются, и таверна начнет приносить стабильный доход.

Первыми попавшимися мне людьми, с которыми я возглавила хоровод, оказались Нирка с одним из ее поклонников, которые тут же запомнили припев и теперь горланили его от души, вовлекая в цепочку все больше людей, так, что очень быстро вокруг елки возникла толчея. По-моему, все решили, что это важный ведьмовской ритуал по типу того, когда сжигали чучело, и теперь те, кому не хватило места во флагманском хороводе, скакали возле таверны, сбиваясь в свои кружки.

— А что делаем-то? — пробасил какой-то мужчина, не забывая тщательно отплясывать.

— Тьму разгоняем, — крикнула Нирка, и с удвоенной силой затянула: — Тьма колючая!..

— Годно, — загомонили вокруг, и в этот момент из облаков выплыла огромная сияющая луна, заливая нас своим светом.

Луна была встречена таким дружным воплем, что я понадеялась, что Его Светлость отъехал достаточно далеко. А то ведь опять вернется и предъявит претензии за устроенный шабаш.

«Сработало! Получилось!» — орал народ, будто в жизни своей никакой луны не видел, и никогда еще она не всходила над этим миром, а я почувствовала, как ко мне возвращается спокойствие, которое удалось поколебать герцогу Нордену.

Сработало. Получилось. И на наших Проклятых землях пируют довольные гости.

— Сильна леди Черная Хозяйка! — восхищенного выдохнула одна из женщин, любуясь луной.

— А чего сразу Черная⁈ — вызверился вдруг на нее Рест. — Сама-то больно цветная!

— Эээ… — растерялась женщина, разглядывая подол своей серой юбки, а потом робко сказала: — Леди…Хозяйка?

Так, в эту зиму из Черной Хозяйки я для всех превратилась просто в Хозяйку.

Таверна пользовалась популярностью. Я бы даже не постеснялась назвать это успехом, но не хотела ставить перед собою такие мелкие цели. Вот достроим гостиницу, запустим дело… там и посмотрим, успех это или еще нет.

После новогодней ночи нижние залы больше не пустовали, а иногда и мест не хватало, чтобы рассадить своих собственных работников, прибывших на обед.

Аристократы сопротивлялись дольше, но я знала, что их любопытство победит их же пренебрежение. Как же не сходить и не посмотреть, в какой дыре оказалась блистательная некогда графиня Мелисса Нойр? Как не позлорадствовать, в какую грязь втоптала судьба эту гордячку? А как она сейчас выглядит? А правда ли, что страшно подурнела? Или стала еще красивее, ведь говорят, там в Проклятом Озере бьет особый источник…

Слухи, которые я лично с удовольствием запускала с помощью Арды, ползли, молва шла, и первые ласточки появились и на втором этаже, осваивая элитные кабинеты, а вслед потянулись и остальные, ведь если один побывал на печально известных Проклятых землях и теперь вовсю этим хвастается, то как не сделать то же самое? Отстать от модных трендов люди не хотят во всех мирах.

Я же публике являлась редко, и в основном издали. Не нужно их баловать, так атмосфера загадочности сойдет на нет. Пусть ходят чаще, пусть соревнуются, кто рассмотрит меня лучше всех.

В тот день я как раз давала очередное представление. Дело шло к весне, день выдался достаточно теплым, поэтому сняв свою фуфайку и теплый платок, в которых трудно производить впечатление злой черной ведьмы — мало ли какая баба бежит по делам в телогрейке? — я облачилась в черный длинный плащ, накинула капюшон и вышла на длинную веранду, опоясывающую мой дом со всех сторон.

Вид на таверну отсюда открывался отличный, и прилипших к окнам гостей заметить было не трудно. Теперь требовалось быстро пройтись туда-сюда и загадочно скрыться на тропинке, ведущей в лес, спеша по своим черным ведьмовским делам. Потом я обычно скрючившись пробиралась обратно вдоль озера — в зимнем лесу особо не разгуляешься.

Но сегодня все мои планы разрушил холодный голос.

— Что это за маскарад, леди Нойр? — спросил герцог Норден, а я порадовалась, что у моей веранды высокие и крепкие перила. Сейчас они очень пригодились. Я схватилась за полированную древесину, надеясь, что ему не видно, как у меня дрожит рука. Вот с чего так пугаться на ровном месте? Нужно, нужно попить каких-то травок, ведьма я или кто.

Итак, мое жилище впервые посетили высокие гости. Шерман Норден стоял у крыльца и даже поставил одну ногу на первую ступеньку. Он действительно собирался зайти? На таверну я больше не смотрела, но нисколько не сомневалась, что там сейчас вообще вся жизнь остановилась — такого зрелища Проклятые земли еще не видели.

— Какой маскарад? — удивленно вскинула я брови. Брови у Мелиссы красивые, одно удовольствие вскидывать. — Собираюсь на прогулку.

— В одном плаще?

— Почему в одном? У меня и кофта под ним есть.

В доказательство я подняла руки и принялась медленно расстегивать пуговицы. Как это выглядит со стороны я сначала не подумала, а потом не захотела остановиться. Мне понравилось, как он побледнел. По его застывшему лицу мысли я прочитать не могла, но ведь что-то там внутри он сейчас думал, что-то чувствовал?

— Оденьтесь немедленно, леди Нойр! — рявкнул наконец герцог Норден, и я поняла, что чувствовал он вовсе не то, чего бы мне хотелось. — И прекратите мистифицировать людей!

— Не прекращу, — ответила я, однако послушавшись и перестав раздеваться. Не собираюсь я платить простудой за удовольствие показать ему стриптиз. — Вы не находите, что за то, чтобы иметь возможность сказать: «Видал, до чего докатилась нынче Мелисса Нойр?» нужно платить? Нет? А вот я нахожу. И они заплатят.

— В жизни своей не встречал такой беспринципной и меркантильной особы.

— А вот это мне часто говорили! — обрадовалась я такому единодушию двух совершенно разных миров.

— Оденьтесь подобающе. Я жду вас… там, леди Нойр.

Герцог Норден кивнул в сторону таверны, а ведь «там», прямо над дверями, висела большая красивая вывеска, почти настоящее произведение искусства. Дед Вигор ее неделю выстругивал. Так почему бы не сказать: «Жду вас в Волшебстве»? Уважить чужой труд?