— Максим, Илья, — заканчивает он.

Максим протягивает мне руку.

— Мы уже встречались. Правда, Власов не уточнил, кем ты ему приходишься.

— Я его друг детства.

— Подруга, — исправляет Соня.

Я бросаю на неё предупреждающий взгляд.

— Это неважно.

— Ему важно, — замечает Илья.

Данил поворачивает голову. Илья спокойно делает глоток кофе, но в его глазах появляется улыбка.

— Мы идём обедать, — говорит Данил.

— У нас через сорок минут семинар, — напоминает Максим.

— Успеем.

Он забирает у меня блокнот, кладёт его в сумку и всё-таки снимает её с моего плеча.

— Данил!

— Что?

— Отдай.

— В столовой.

— Я сама донесу.

— Знаю.

— Тогда почему ты постоянно её забираешь?

Он смотрит на меня сверху вниз.

— Потому что могу.

Ответ звучит спокойно и так естественно, будто полностью объясняет происходящее. Данил разворачивается и идёт к выходу из корпуса. Максим провожает его взглядом, затем смотрит на меня.

— Он всегда такой?

— Нет, — отвечаю я и догоняю Данила. — Раньше был хуже.

Столовая находится на первом этаже соседнего корпуса. Мы доходим туда через внутренний двор, где после дождя уже включили фонтан. На мокрых скамейках никто не сидит, зато под навесом у кофейни собралась целая компания студентов. Данил идёт рядом, придерживая стеклянную дверь, когда мы заходим внутрь.

В столовой светло и шумно. Вдоль стены тянется линия раздачи, за стеклом стоят салаты, горячие блюда и выпечка. За дальними столами уже нет свободных мест. Пахнет супом, свежим хлебом и кофе.

Мы встаём в очередь. Соня берёт поднос передо мной, Максим и Илья остаются позади. Данил ставит мою сумку у ног и тянется за двумя подносами.

— Я сама.

— Крис, если ты повторишь это ещё раз, я посчитаю.

— Считай. Я сама.

Он отдаёт мне поднос.

— Один.

Я толкаю его локтем и беру салат. Данил внимательно следит, что я выбираю, а когда я прохожу мимо горячего, ставит на мой поднос тарелку с пастой.

— Я не просила.

— Ты проголодалась.

— Я хотела взять суп.

— Бери и суп.

— Я столько не съем.

— Тогда я доем.

— Может, сразу положишь всё на свой поднос?

— Могу. Но ты будешь таскать у меня еду.

Я открываю рот, чтобы возразить, и вспоминаю утренний тост. Данил замечает мою заминку. Веселье появляется в его глазах раньше улыбки.

— Вот именно.

Мы занимаем большой стол возле окна. Я сажусь между Соней и Данилом, напротив устраиваются Максим и Илья. Пока остальные обсуждают преподавателя по гражданскому праву, я пробую пасту. Она оказывается вкусной, но сообщать об этом человеку справа не собираюсь.

Телефон Данила лежит рядом с тарелкой и несколько раз загорается от сообщений. На экране мелькают женские имена. Женя. Вика. Какая-то Милана.

Я не разглядываю специально. Просто телефон находится в пределах моего зрения, а буквы крупные.

— У тебя очередь, — говорю тихо.

Данил отрывается от разговора с Ильёй.

— Куда?

— На знакомство. Тебе три девушки написали.

Он переворачивает телефон экраном вниз.

— Наблюдательная.

— Экран светится мне в лицо.

— Могу убрать.

— Мне всё равно.

Я накалываю помидор и отправляю его в рот. Данил продолжает смотреть на меня, и приходится сосредоточиться на салате сильнее, чем он того заслуживает.

— А тебе кто писал на паре? — спрашивает он.

Вилка останавливается над тарелкой.

— Ты следишь за мной?

— Ты улыбалась телефону, когда спускалась.

— Может, у меня смешной одногруппник.

— Кто?

Вопрос вылетает быстро. Данил слегка сдвигает тарелку, поворачиваясь ко мне всем корпусом.

Я смотрю на него, затем на Соню. Она старательно ест суп, но ложку держит у губ слишком долго.

— Это личное, — отвечаю я.

Лицо Данила остаётся спокойным. Он только проводит большим пальцем по краю стакана и откидывается на спинку стула.

— Уже появились секреты?

— У меня всегда были секреты.

— От меня — нет.

— Теперь будут.

— Посмотрим.

Он произносит это без угрозы и возвращается к разговору. Я ещё несколько секунд наблюдаю за ним. Данил спрашивает Илью о задании, кивает на ответ, берёт вилку. Обычный. Спокойный. Только челюсть на мгновение напрягается, когда мой телефон снова вибрирует в сумке.

Наверняка Кирилл пишет, что уже освободился.

Я не достаю телефон. Расскажу Данилу после занятий. Лучше лично, а не посреди столовой в окружении людей, которые знают нас меньше суток, но уже смотрят так, будто между нами идёт отдельный разговор.

После обеда Данил провожает меня до экономического корпуса. На этот раз сумку я не отдаю. Он не спорит, только шагает медленнее, подстраиваясь под меня.

У дверей мы останавливаемся. На ступенях толпятся студенты, кто-то курит у урны, кто-то торопливо допивает кофе перед парой.

— В четыре здесь, — напоминает Данил.

— У тебя до четырёх двадцати.

— Освобожусь раньше.

— Не нужно уходить с семинара из-за меня.

— Я разберусь.

— И у меня могут появиться планы.

Он опускает взгляд на моё лицо.

— Смешной одногруппник?

— Может быть.

Несколько секунд Данил молчит. За его спиной открывается дверь, двое парней выходят наружу, и нам приходится отойти в сторону. Он пропускает их, затем снова поворачивается ко мне.

— Напишешь, если уйдёшь.

— Напишу.

Его плечи расслабляются. Данил легко касается пальцами моей косы, словно собирается сказать что-то ещё, но передумывает.

— Иди. Опоздаешь.

— До вечера.

Я поднимаюсь по ступеням и вхожу в корпус. Возле турникета оборачиваюсь. Данил всё ещё стоит на улице и смотрит мне вслед. Заметив, что я остановилась, кивает в сторону лестницы.

Мол, иди уже.

Я показываю ему язык и направляюсь на пару.

Оставшиеся занятия проходят быстрее. На микроэкономике преподаватель сразу задаёт нам вопрос, который половина аудитории не понимает, а вторая делает вид, что не слышала. Я отвечаю, получаю одобрительный кивок и записываю первую тему. Соня рисует на полях блокнота человечка с графиком вместо головы.

К четырём часам за окнами светлеет. Серые облака расходятся, на мокром асфальте появляются солнечные пятна. Преподаватель заканчивает на пять минут раньше, и аудитория сразу наполняется скрипом стульев и звуком застёгиваемых сумок.

Я достаю телефон.

От Кирилла два сообщения:

«Я уже у главного корпуса».

«Выйдешь?»

От Данила одно:

«Освободился. Иду к тебе».

Очень вовремя.

Я пишу Кириллу, что буду через несколько минут, а Данилу отвечать не успеваю. Соня застёгивает джинсовую куртку и заглядывает в мой экран.

— Начинается?

— Ничего не начинается. Я познакомлю их, и все будут довольны.

— Особенно Данил.

— Соня.

— Молчу.

Мы выходим из аудитории вместе с остальными, спускаемся по лестнице и забираем вещи в гардеробе. Я надеваю жакет, поправляю косы перед зеркальной колонной и перекидываю сумку через плечо.

До главного корпуса идём через внутренний двор. После занятий здесь ещё шумнее. Возле фонтана фотографируются первокурсники, у кофейни играет музыка, на дорожках приходится обходить компании студентов. Соня держится рядом и оглядывается с таким интересом, словно пришла не знакомиться с моим парнем, а смотреть финальный выпуск какого-то шоу.

Кирилла я замечаю первым.

Он стоит у нижних ступеней главного корпуса в светлой толстовке и чёрных джинсах. Одной рукой держит телефон, второй поправляет ремень рюкзака. Когда наши взгляды встречаются, его лицо сразу оживает.

Я улыбаюсь и направляюсь к нему.

На широком крыльце появляется Данил. Он спускается вместе с Максимом и Ильёй, слушает что-то вполуха и одновременно ищет меня взглядом. Находит. Сначала смотрит на меня, затем на Соню и только потом замечает Кирилла.

Я поднимаю руку, собираясь позвать его.