Беатриса'.

Я закончила читать вслух.

Никто не говорил.

Тетя оставила мне не готовый ответ.

Границу.

Северин имел право выбрать риск.

Я имела право определить, допустима ли процедура.

Ни один из нас не мог забрать решение другого.

— Составим отказ, — сказал Северин.

— Сначала рассчитаем процедуру, — ответила я.

— Одно не мешает другому.

— Мешает, если документ подпишете до понимания последствий и превратите отказ в совершившийся факт.

— Последствия указаны.

— Не все. Мы не знаем, сколько противоядия понадобится, выдержит ли ваш источник и что сделал Кассиан с нижним узлом.

— Поэтому отказ подпишу сейчас, а к печи спущусь только после вашего медицинского решения.

Я смотрела на него.

— Даже если решу, что вы не выдержите?

— Тогда не пойду как проводник.

— И не попытаетесь попасть туда без меня?

— Не попытаюсь.

— Не передадите приказ другому лекарю провести очищение?

— Нет.

— Не используете отказ, чтобы заставить меня согласиться?

— Нет.

Леона положила перед ним лист.

— Я запишу эти условия отдельным приложением.

Северин кивнул.

Мы покинули банк с коробкой, страницей, письмом и заверенным актом.

На площади стало темнее.

Погасли последние магические фонари. Люди зажигали свечи в окнах, выносили обычные лампы на улицы и развешивали их возле перекрестков.

Астера не оставалась без света полностью.

Она просто вспоминала, как жить без драконьего огня.

По дороге к аптеке мы видели, как соседи помогают друг другу закрывать ставни, переносят воду и ведут детей из домов, связанных с защитными башнями. Стражники направляли людей к безопасным площадям. Ведьмы рисовали на дверях немагические белые знаки, обозначая лечебные пункты.

Над городом больше не было купола.

Темное небо казалось слишком близким.

В «Полыни и пламени» нас ждали все.

Тея стояла за прилавком с тремя журналами. Финн сидел на стуле рядом, завернутый в одеяло. Сейн проверял список тяжелых пациентов. Эдита готовила диагностические пластины. Селин работала с городскими картами.

— Коробка открылась? — спросила Тея.

Я положила страницу Беатрисы на стол.

— Да.

Мы собрались в лаборатории.

Места не хватало, поэтому дверь оставили открытой. За ней продолжала работать аптека, и каждый разговор сопровождался звоном чаш, шагами и голосами пациентов.

Я разложила схему.

— Чтобы очистить городскую систему, необходимо выполнить пять действий.

Тея взяла перо.

— Первое: Северин юридически и магически отказывается от исключительного права дома Аркхарт на Центральную печь.

— Второе: его сердечный огонь используется только как открытый проводник. Не как управляющий источник.

— Третье: противоядие вводится через родовой канал и проходит в нижний узел печи.

— Четвертое: я отделяю серый пепел и управляющий катализатор Кассиана от исходного защитного состава.

— Пятое: внешние ведьмы удерживают чистую основу в городских каналах, пока инженеры перекрывают вторичные линии.

Илар Тессен развернул новую схему.

— Вторичные каналы идут к пяти башням, старой казарме, коллегии и южной выработке. На каждом нужен инженер или подготовленный стражник.

— Без драконьей крови, — добавила я. — Иначе серый пепел может отозваться через них.

— Найдем.

Селин указала на восточную линию.

— Я могу руководить эвакуацией драконов из здания Совета.

— Вам нельзя приближаться к печи, — сказала Эдита.

— Я останусь на поверхности.

— И не используете форму.

— Ее все равно нет.

Она произнесла это спокойно, но пальцы сильнее сжали карту.

— Тогда отвечаете за список пациентов старших домов, — решила я. — Всех выводят из магических помещений до начала очищения. Никто не пытается помочь огнем.

Селин кивнула.

Леона разложила документы.

— Я передам оригиналы следственной палате и королевской канцелярии. Кассиан должен быть объявлен в розыск официально, а не только как исчезнувший лекарь. Если мы не вернемся, доказательства останутся действующими.

— Вы вернетесь сюда после передачи, — сказала я.

— Нет.

— Леона.

— Внизу тебе потребуется человек, который понимает документы и зафиксирует отказ Северина.

— Это сделает следователь.

— Следователь не знает всей цепочки событий и не отличит добровольный отказ от давления Совета.

— Вы не медицинский специалист.

— Поэтому останусь за пределами рабочего круга и буду писать.

Я хотела возразить.

Беатриса будто говорила со страницы: не решай за другого.

— Хорошо. Но при первом приказе стражи на эвакуацию вы уходите.

— Согласна.

— Тея остается в аптеке.

Она вскинула голову.

— Почему?

— Потому что здесь будут готовить внешний раствор для ведьм на каналах. Ты знаешь формулу и уже провела все лабораторные опыты.

— Другие могут готовить по рецепту.

— Могут. Но если пропорции начнут меняться из-за городского отклика, нужен человек, который видел состав с первого опыта.

— Я хочу идти с вами.

— Я знаю.

— Тогда почему…

— Потому что твоя работа здесь важнее желания находиться рядом.

Тея сжала перо.

— А если вы не вернетесь?

— Продолжишь аптеку.

— Не говорите так.

— Я обязана оставить порядок на случай любого исхода.

— Вы говорите как Северин.

— Нет. Я не скрываю риск и не принимаю решение за тебя. Ты можешь отказаться от управления лабораторией. Тогда назначим другую ведьму.

Тея смотрела на меня несколько секунд.

— Не откажусь.

— Хорошо.

— Но это не значит, что мне нравится.

— Не должно.

Финн появился в дверях.

— А я?

— На койку, — ответили сразу несколько человек.

— Я могу носить сообщения.

— Не можешь долго ходить, — сказала Марта из торгового зала.

— Могу недолго.

— Финн, — позвала я.

Он подошел.

— Ты останешься возле Теи и будешь записывать время отправки каждого состава. Сидя.

— Это настоящая работа?

— Настоящая.

— Оплачиваемая?

— После открытия постоянной лицензии.

— Она уже открыта чрезвычайно.

— Не спорь с работодателем.

Он важно кивнул.

— Тогда согласен.

Сейн распределил пациентов между старой баней, аптекой и районным госпиталем. Эдита выбрала шесть ведьм для внешнего контура. Илар назначил инженеров на вторичные линии. Городская стража подготовила две группы: одну для нижнего зала, вторую для поиска Кассиана.

Я занялась противоядием.

Для отдельного пациента требовались капли.

Для городской системы — большой медный сосуд.

Белого минерала из двух коробок могло не хватить. Илар привез еще несколько кусков из опечатанной выработки под охраной стражи. Каждый я проверила обычной диагностикой.

Один оказался загрязнен серым пеплом.

Его сразу убрали.

Остальные измельчили.

Тея следила за весом.

Эдита за чистотой.

Шесть ведьм поочередно насыщали раствор мягкой очищающей магией. Не своей личной силой, а одинаковым внешним импульсом, чтобы состав не принадлежал одной из них.

Северин сидел за столом с Леоной и следователем.

Перед ним лежал документ об отказе.

Я видела только отдельные строки.

«Дом Аркхарт добровольно и безусловно отказывается от исключительного права владения, управления и наследственного контроля над Центральной драконьей печью…»

«С момента подписания система признается городской защитной собственностью, управляемой совместно короной, Гильдией ведьм, инженерной палатой и представителями пяти домов на равных условиях…»

«Ни один будущий наследник Аркхартов не может восстановить исключительную привязку без согласия всех сторон…»

Северин прочитал документ трижды.

— Нужно добавить отказ от права единолично назначать главного проводника, — сказал он.