Леона внесла.

— И положение о добровольном согласии любого человека, чей источник используется системой.

Следователь поднял голову.

— Это значительно усложнит работу печи.

— Значит, инженерам придется создать безопасную процедуру, а не опираться на обязанность рода.

Леона дописала.

Северин подписал.

Не гербовой печатью.

Собственным именем.

Следователь, Ивара, Леона и представитель короны поставили подписи свидетелей.

Кольцо главы дома Северин положил на документ рядом с белым минералом.

Медный знак на камне погас.

Я почувствовала это даже через комнату.

Связь еще не разорвалась полностью, но магия признала начало отказа.

Северин побледнел.

Я сразу подошла.

— Что чувствуете?

— Будто внутри стало тише.

— Боль?

— Нет.

— Огонь?

— Есть.

— Связь с печью?

Он закрыл глаза.

— Слабее. Но не исчезла.

— Полный разрыв произойдет в нижнем узле.

— Похоже на то.

Эдита провела обследование.

— Источник стабилен. Начинать процедуру допустимо. Но при разрыве состояние может измениться мгновенно.

— Будете рядом? — спросил Северин.

— На поверхности нижнего зала. В рабочий круг войдет только Мирелла.

— Почему только она?

— Чем больше магии внутри, тем выше риск нового общего отклика.

Северин посмотрел на меня.

— Готовы? — спросила я.

— Да.

— Это не вопрос о долге.

— Понимаю.

— Не о том, хотите ли вы искупить развод.

— Понимаю.

— Не о желании доказать, что достойны меня.

Он выдержал мой взгляд.

— Я отказываюсь от права дома Аркхарт на печь, даже если ты никогда не станешь моей женой снова.

— Почему?

— Потому что ни один род не должен владеть источником силы всего города. И потому что пока связь принадлежит мне, Кассиан может использовать через нее других людей.

— Вы понимаете, что можете навсегда потерять драконью форму?

— Да.

— Можете потерять титул после семейного спора.

— Да.

— Можете умереть.

— Да.

— И все равно согласны?

— Согласен.

Я положила ладонь на документ.

— Тогда я согласна провести очищение. Но остановлю процедуру, если ваш источник начнет разрушаться быстрее, чем открывается общий канал.

— Даже если город останется без огня?

— Да.

Северин кивнул.

— Принимаю.

Я подписала приложение как лечащий аптекарь.

После этого в лаборатории стало необычно тихо.

Все приготовления закончились.

Оставалось только идти.

Перед выходом я поднялась в комнату над аптекой, чтобы сменить мокрое от работы платье на короткую темную юбку, плотную рубашку и старый аптечный жилет Беатрисы. В его карманах уже лежали нож, серебряные нити, диагностические пластины и письмо тети.

Я застегивала последний ремень, когда Северин постучал.

— Войдите.

Он остановился на пороге.

На нем была простая темная одежда без формы и герба. Раненое плечо перевязано. Кольца главы дома на руке больше не было.

Без него Северин выглядел непривычно.

Не меньше.

Просто иначе.

— Все ждут внизу, — сказал он.

— Знаю.

Он не уходил.

— Что?

— Хотел поговорить до спуска.

Я села на край кровати.

— Говорите.

Северин остался стоять.

— Если я не вернусь…

— Нет.

— Мирелла.

— Не начинайте с распоряжений о собственной смерти.

— Это не распоряжения.

— Тогда что?

Он медленно выдохнул.

— Я хочу сказать, что не считаю твое участие обязанностью завершить мою жизнь правильно. Если внизу придется выбирать между спасением моего источника и собственной безопасностью, выбирай себя.

— Я врач не хуже вас понимаю пределы.

— Ты уже продолжала процедуры после того, как дар начинал угасать.

— Ради Финна.

— И ради меня.

— Это было медицинское решение.

— Иногда. Иногда ты тоже считаешь себя единственным человеком, который обязан довести все до конца.

Я встала.

— Что вы хотите услышать?

— Что не останешься в разрушающемся круге только потому, что я внутри.

Я смотрела на него.

Это не было красивой просьбой пожертвовать любовью ради города.

Наоборот.

Он просил не делать его центром моего решения.

— Хорошо, — сказала я. — Если круг станет смертельно опасным для меня и продолжение не сможет вас спасти, я выйду.

— А если сможет?

— Тогда оценю риск.

— Очень аптекарский ответ.

— Другого не будет.

Северин кивнул.

— Теперь вы, — сказала я.

— Что?

— Если внизу станет ясно, что разрыв убивает вас, а система уже открыта достаточно для другого способа, вы позволите мне остановить процедуру.

— Позволю.

— Не скажете, что город важнее одной жизни.

— Не скажу.

— Не попытаетесь удержать канал силой.

— Нет.

— И не будете скрывать боль.

— Обещаю.

Я подошла ближе.

Между нами оставался один шаг.

— Я все еще не простила вас, — сказала я.

— Знаю.

— Но доверяю вам войти туда вместе со мной.

Северин закрыл глаза на короткое мгновение.

Когда открыл, в них не было победы.

Только ответственность за то, что я дала.

— Это больше, чем я заслужил.

— Не вам решать, что я могу дать.

— Правильно.

Я сама взяла его за руку.

Не поцеловала.

Сегодня обещания требовали большей осторожности, чем прикосновения.

Мы спустились вместе.

У входа Тея проверила мои карманы, браслет и защитные перчатки.

— Серебряные нити?

— Здесь.

— Нейтрализующий настой?

— В левом кармане.

— Письмо Беатрисы?

— Со мной.

— Веревка?

— У Брана.

Она продолжала искать повод задержать нас.

Я позволила.

Потом обняла ее.

Тея замерла.

— Это зачем?

— Потому что хочу.

Она обняла в ответ крепко и быстро.

— Вернитесь.

— Сделаем все возможное.

— Опять не обещание.

— Нет.

— Ненавижу честных аптекарей.

— Сама такой станешь.

Финн протянул мне маленький медный жетон доставки.

— Возьмите.

— Зачем?

— Я с ним никогда не терялся.

— Ты потерялся три раза за прошлое лето, — сказала Марта.

— Но возвращался.

Я взяла жетон и положила в карман.

— Верну после работы.

— С процентами.

— Очень деловой подход.

Во двор вынесли сосуд с противоядием. Его поставили на специальную тележку и закрепили четырьмя ремнями. Шесть ведьм получили по малой чаше внешнего состава. Илар распределил инженеров. Стражники проверили оружие и маски.

По улицам мы двигались длинной группой.

Люди расступались.

Никто не приветствовал Северина как герцога.

Не кричал мое имя.

Они просто видели сосуд, аптечные знаки и городскую стражу и понимали: кто-то идет к печи.

Чем ближе становился Совет, тем сильнее я чувствовала серую сеть.

Она проходила под мостовой, стенами и домами.

Не живая.

Но связанная с тысячами живых источников.

У входа в здание нас встретил Бран.

Кольцо Аркхартов висело у него на цепочке.

— Нижняя дверь открыта. Двое людей Кассиана задержаны возле инженерного зала. Самого внутри не нашли.

— Стражники спускались к печи? — спросила я.

— Только до внешней площадки. Дальше серый контур вызывает слабость даже у людей без драконьей крови.

— Значит, катализатор насыщает воздух.

— Маски помогают ненадолго.

Бран вернул Северину кольцо.

Тот не надел его.

— Оно больше не мое.

— Документ еще не утвержден Советом.

— Отказ уже действует.

Он передал кольцо Иваре.

— Сохраните как доказательство прежнего права доступа. После очищения передайте короне.

Ивара приняла.

Мы вошли.

Зал Совета опустел.

Церемониальная чаша продолжала гореть серым пламенем. По полу тянулись линии пяти домов. Теперь они были тоньше, но уходили вниз, к Центральной печи.