Можно было подойти к окну или сесть в одно из двух вращающихся кресел и наблюдать за этой постоянно меняющейся картиной. Медитировать.

— Сергей Иванович, — заглянула ко мне секретарша. — Добрый день. Вы как прошли, что я вас не видела?

Приёмная с Чердынцевым у нас была общей, так что секретарша эта была скорее его, чем моя.

— Привет, Вера, как дела? Не жалеешь, что к нам пошла работать? Времени свободного поменьше теперь, да?

— Ой, Сергей Иванович. У Руднёва я вообще ничего не делала, а тут работа интересная и деньги, опять же. Там Степушин несколько раз звонил. Хотел к вам зайти.

— Ну пусть идёт, скажи ему.

— Я поняла. Вам перекусить принести?

— Да, но после Степушина.

— Ой, он же надолго наверное.

— Ничего, — ответил я. — Выдержим.

Вера вышла и почти сразу на пороге появилась Альфа.

— Серёж, есть минутка?

— Сейчас Степушин придёт.

— О, хорошо, что я раньше него успела.

— Хорошо выглядишь, — улыбнулся я.

Она действительно выглядела отлично. Животик уже увеличился так, будто у неё внутри был большой арбуз, черты лица тоже укрупнились, но не слишком, и это её не портило.

— Спасибо.

— Тебе не тяжело работать? — поинтересовался я. — Ты же знаешь, если надо куда-то, или просто настроения, например, нет.

— Ой, Сергей, нормальное у меня настроение.

— Ну, хорошо. Как у Пети дела?

— Тоже всё хорошо, — чуть смутилась она и, меняя тему, заговорила деловым тоном. — У меня два вопроса. Во-первых, грант на инновационные педагогические технологии, помнишь, про которые мы говорили?

— Геймификация?

— Ну, Серёж, там много различных подходов, далеко не только геймификация. Куча всего. Мы же хотели на базе нескольких продвинутых учебных заведений разработать передовые программы.

— Я помню, конечно.

— Вот, в Томске есть отличная школа. Там коллектив уже провёл довольно большую работу в этом направлении. И если мы сейчас их поддержим, предоставим финансирование, у них будет прекрасный результат, я не сомневаюсь.

— Нужно только… — начал я.

— Да понятно, понятно, — перебила она. — Не думай, у них вообще не будет шансов злоупотребить. Сергей Владимирович все эти вопросы на контроле держит. Ты же знаешь, его не проведёшь.

Я усмехнулся. Степушин действительно все цифры держал в голове, требовал подробные отчёты, и провести его не было никакой возможности.

— Это, кстати, знаешь, что за школа? — улыбнулась Альфа. — Там наша Настя Глотова учится. Я завтра к ним поеду. У них там будет концерт, вернее, интерактивное шоу, в котором вся школа принимает участие. Я очень хочу посмотреть, а потом поговорю с педагогическим коллективом.

— А тебе можно на такие расстояния ездить? — нахмурился я.

— Ой, да перестань. Тут ехать-то пару часов всего. В общем, нужна машина будет.

— После концерта они пьяные все будут.

— Сергей!

— А второй вопрос? — спросил я.

Она вздохнула.

— Что такое?

— Серёжа, пообещай, что не будешь ругаться и выслушаешь…

— Что за вопрос, Алёна? Говори. Я заранее обещать ничего не буду.

— Ну, Серёжа…

— Говори.

— У меня в кабинете сидит Ангелина Нащокина. Она очень просит, чтобы ты её принял.

— У тебя в кабинете Ангелина? А почему она сама не позвонила?

— Она говорит, что звонила, но ты не стал разговаривать. Серёжа, пожалуйста, поговори с ней. Она сама не своя.

— Врёт, что я не стал с ней говорить.

— Ну, может, она просто боится, что ты не станешь. Тебе что, трудно?

— Нет, пусть идёт.

— Ну, вот. Молодец. Не строжься, ладно?

— Посмотрим, — пообещал я.

Альфа, переваливаясь с ноги на ногу вышла из кабинета и буквально через пару минут в дверь заглянула Ангелина.

— Привет, — почти прошептала она кротким голосом.

Я вышел из-за стола и подошёл к ней. Встал напротив и внимательно посмотрел на неё. Она выглядела смущённой, неуверенной и уставшей.

— Привет, — ответил я. — Проходи. Садись в кресло. Что будешь? Хочешь чего-нибудь?

Она покачала головой. Но я выглянул в приёмную и попросил кофе и бутерброды.

Мы уселись в кресла друг напротив друга.

— Как живёшь, Анжелик? — спросил я. — Рассказывай, что на сердце.

Она покачала головой.

— Сначала всё было спокойно, как обычно, — сказала она, чуть помолчав, — а сейчас начинается какая-то дичь…

— Что за дичь?

Вошла Вера с подносом и поставила его на столик между креслами.

— Угощайся. И я с тобой тоже перекушу.

— Я есть не буду, только кофе выпью.

— Да ешь, не стесняйся. Ты когда прилетела?

— Сегодня, — вздохнула она и, чуть поколебавшись, взяла бутерброд.

Она откусила большой кусок и тщательно начала жевать. Заглянул Степушин.

— Сергей Владимирович, извините, давайте на полчасика наше совещание перенесём.

— Хорошо, — холодно ответил он и вышел.

— Что за дичь? — повторил я вопрос.

— Во-первых, у отца начались проблемы. Комиссия по этике. Подняли декларацию, ещё каки-то глупости. Начали трясти предприятие, над которым он как бы шефствует…

— Шефствует, — хмыкнул я.

— Ну-у… да…

— А что ещё?

— Вокруг него вообще полный мрак. Всех партнёров в тиски зажали. Он говорит, что скоро ему конец.

— Я к этому никакого отношения не имею, — покачал я головой. — И оказать какую-то протекцию не имею возможности. Правда, Ангелина.

— Да я понимаю, я и не прошу ничего.

— Что ещё происходит.

— Имущество дедовское… Дом… Тот, в котором мы с тобой…

Она вздохнула.

— Из дома вывезли всю обстановку, абсолютно всё, представляешь?

— Кто? — нахмурился я.

— Я не знаю, — покачала она головой. — Даже не представляю.

— Это можно выяснить…

— Да я не хочу, Серёж. Мне это вообще пофиг.

— А что не пофиг?

— Проблема в том, что дед несколько предприятий переписал на меня. Я не знаю, почему, я раньше в подробности не вдавалась. Он говорил, и я подписывала бумажки. Он же мне плохого не сделает, правда?

— Да, — ответил я, хотя был в этом уверен не на сто процентов.

— Ну, и… В общем, в последние несколько дней пошли звонки от разных неизвестных мне людей. Или от малоизвестных…

— Чего хотят?

— Объясняют, что мне будет очень трудно и опасно управлять этими активами.

— Опасно?

Она кивнула и снова откусила от бутерброда.

— Хотят выкупить?

— Кто-то предлагает выкупить за копейки, кто-то готов принять безвозмездно. Мне кажется, за мной следить начали… Я не хотела тебя втягивать, но просто мне страшно стало. От отца помощи ждать бесполезно… Я понимаю, ты меня не уважаешь, но всё-таки… были же у нас и хорошие моменты, правда?

— И чего ты от меня хочешь? — спросил я, откладывая свой сэндвич на тарелку.

— Что я могу хотеть… — вздохнула она. — Посоветуй, что делать…

Я задумался.

— Ты знаешь названия предприятий, о которых идёт речь? — спросил я.

— Парочку знаю… Но их, наверное, довольно много…

Я достал телефон.

— Анжелик, слушай, — нахмурился я. — Я к тебе хорошо отношусь. Нормально. У меня нет никакого неуважения или ещё чего-то. Я тебе говорил, мне кажется, что ты можешь на меня рассчитывать и что я тебе помогу. Поэтому зря ты мне не позвонила. Могла и без Альфы ко мне обратиться.

— Правда? — с надеждой спросила она.

— Да, правда.

Я набрал номер Чердынцева.

— Александр Николаевич, привет. Вы сильно заняты сейчас?

— Нет, — ответил он. — Не сильно.

— А можете зайти, пожалуйста?

— Да, один момент.

Он вошёл в кабинет.

— Добрый день.

Я поднялся и пожал ему руку.

— У меня просьба. Можете помочь найти предприятия, в которых Ангелина имеет долю? Это предприятия из портфолио Лещикова.

— Можем, — подтвердил он. — Какое-то время займёт, но можем, да.

— Хорошо. Сделайте, пожалуйста.

— Лады.

— Это не всё ещё. Свяжитесь, пожалуйста, с Джейн. Она от предыдущего своего клиента освободилась, насколько я понимаю?