Фокус стиснул зубы, но возражать не стал. Залез в фургон и прикрыл заднюю дверь. Он вытащил из кармана небольшой планшет, активировал экран и нажал на воспроизведение.

— Какой хронометраж? — спросил я.

— Чего?

— Сколько времени длится запись?

— Да хер её знает.

— Ладно, — вздохнул я. — Сейчас проверим.

Я достал из кармана свой мобильник и запустил приложение, которое мне прислал Мишка, а Фокус включил воспроизведение.

«Я, Севастьян Трофимович Фокин, тысяча девятьсот шестидесятого года рождения, без определённого места жительства, гражданин России, делаю заявление по вопросам, связанным с, так называемым, делом Ланского»…

Я включил ускоренное воспроизведение. Длительность записи составляла полтора часа. Перетаскивая ползунок, я переключал дорожку с одного места на другое, чтобы убедиться, что в течение всей записи Фокус выдавал связанный текст, а не песни пел и не анекдоты травил.

— Хорош, — раздражённо и нетерпеливо проговорил через какое-то время Фокус. — Вырубай. Потом послушаешь. Или чё, все полтора часа будем прогонять?

— А вдруг ты хрень какую-то несёшь? — хмыкнул я. — Надо же проверить.

На самом деле, запись была уже скопирована и улетела к Мишке, чтобы он мог проверить её на совпадение с общеизвестными фактами по этому делу. Судя по тому, что я слышал, перетаскивая бегунок, материалы были неплохие. Порезать на короткие видео для соцсетей — и разлетятся они просто на ура.

— Доволен? — усмехнулся он, вырывая планшет из моих рук и останавливая запись.

— Надо бы ещё проверить, не прогнал ли ты там фуфло, — кивнул я, — но в целом доволен. Дорого плачу, конечно, за эту древнюю болтологию и пустой трёп…

— Ты помело-то привяжи своё! — зло процедил он. — Пустой трёп!

— Да ладно, ладно, договор дороже денег, правильно?

— Зубы мне не заговаривай, малой.

Он приоткрыл заднюю дверь и подозвал своих парней. Они влезли в кузов и, надрываясь от тяжести начали таскать ящики, вытаскивая именно те, которые выбрал их босс. Наконец, всё было расставлено и переставлено.

— Чё ты лыбу давишь⁈ — с неприязнью спросил Фокус, глянув на меня.

— Люблю смотреть, когда люди работают.

— Давай, открывай вот этот ящик.

Фокус ткнул пальцем в ближайший.

— Как скажешь, — кивнул я. — Сейчас позову своих парней.

— Нет! — отрезал он и, отодвинув полу куртки, продемонстрировал рукоять «Макарова». — Сам открывай. Внутрь ящиков глядим только ты и я!

— Хорошо, — усмехнулся я.

— Ты камни нашёл? — спросил он.

— Камни? — хмыкнул я. — Нашёл кое-что. Но там мало было.

— Сколько там было, — скривился он, — я знаю точно. Открывай домовину. Давай, я с этой, ты с той стороны. Вместе. Посторонним это видеть незачем.

— Вместе — это можно, — согласился я, присаживаясь на корточки — Вместе мы сила.

Я с силой потянул рычажок, скидывая скобу с крючка и одновременно разрывая тонкую проволоку, на которой не понятно как держалась свинцовая пломба с тиснением «МПС». Фокус сделал то же самое и посмотрел на меня.

Момент был ответственный и, можно сказать, торжественный. Такие моменты не каждый день случаются. Даже мышка внутри затрепетала.

— Ну? — рыкнул он и ногой отбросил деревянную крышку.

Она отскочила, ударившись о соседний ящик, а Фокус вперил огненный орлиный взор в сокровище.

— Какого хрена… — пробормотал он и резко поднял на меня глаза. — Это чё за херня⁈

— Ты же сам хотел камни, — невозмутимо пожал я плечами. — Не нравятся что ли? По-моему, камни просто огонь…

В ящике не было ни баксов, ни золотых слитков. Там находились булыжники с берега реки. А ещё земля. Наша родная, Матушка-Земля. Полный ящик вот этой красоты, организованной Кукушей.

Лицо Фокуса исказила звериная ярость. Рука дёрнулась к поясу, но я его опередил. Я был готов и не сомневался в том, что он будет делать. Знал заранее. Ногой я пробил ему в брюхо, туда, где находился пистолет. Он отлетел на ящики, больно ударившись спиной и головой. Его секундного замешательства мне вполне хватило. Я кинулся к нему, врубил для верности в «солнышко», вытащил его пистолет, а ещё и финку из кармана. Передёрнул затвор.

— Тебе конец… — отдышавшись, прохрипел Фокус.

— Закрой крышку, — кивнул я. — Алё, слышишь? Крышку закрой.

Он наклонился и приладил крышку на место, защёлкнув пружины замков.

— Тебе конец, щегол… Фраерок дешёвый. Я лично с тебя шкуру спущу. Лично! Слышишь?

Он поднял палец вверх, и я прислушался. Снаружи донёсся звук моторов. На территорию въехало два… да, судя по звуку, два автомобиля. Они ворвались, быстро меняя расклады.

— Сучонок… — прохрипел Фокус. — Убери пушку, ты ещё можешь спасти свою жопу. Ты думал, я как мокрощелка недоразвитая буду подставляться? Ты думал, я поверю хоть одному твоему слову и приду без страховки? Фуфломёт малолетний. Говори, тварь, где бабки!

Снаружи захлопали двери, забегали люди, раздались отрывистые крики, приказы. Кто-то с силой постучал по борту. В тот же момент двери распахнулись и внутрь «Крафтера» влетели четверо вооружённых людей в броне, балаклавах и касках. У них были короткие «калаши», фонари, разные приблуды на ремнях. Прямо морпехи, не иначе.

— Стоять на месте! — закричал старший. — Руки поднять!

— Вломите вот этому шакалёнку, — кивнул на меня Фокус. — Отхерачьте по полной, только, чтоб не сдох. Давайте, прямо здесь. Начинай, хули смотришь!

Глаза его пылали, щёки горели, руки дрожали от возбуждения, от предчувствия и от негодования, а губы растянулись в зловещей улыбке. Он чувствовал себя триумфатором. Не полным, конечно, бабла он пока не нашёл, но зато поймал меня. А это уже было неплохо, ведь за долгие годы профессиональной деятельности, он научился вытаскивать из людей самые потаённые секреты.

— Сделайте его инвалидом! — рявкнул он и указал на меня пальцем.

Но бойцы не двинулись с места.

— Это вряд ли, — усмехнулся я. — Это вряд ли, месье Северин Фокс. Ты, конечно, молодец, что подстраховался, нанял зондер-команду, да вот только забыл за годы, проведённые в Аргентине, что городок у нас маленький, все друг друга знают, а чужаков не любят. Особенно бывших своих. Забыл? Признайся.

— Что⁈ — воскликнул он и попятился.

Глаза его полезли из орбит, рот перекосился, а пальцы сжались в кулаки. Не хватало только, чтобы его удар хватил.

— Ну, что тут у нас? — раздался знакомый голос.

Перед открытыми дверьми фургона возникла фигура Садыка. Он был одет по-спортивному. Выглядел неплохо. Он подобрался, сделался энергичным, почуяв азарт охотника и скорый триумф.

— Это и есть твой Фокус? — с пренебрежением спросил он. — Плюгавенький какой-то. Гроза, блин, девяностых. Террорист, сука.

— Ты сам-то чьих будешь? — проскрипел, гроза девяностых, постепенно приходя в себя. — Кто такой? Назовись.

— Назовусь, когда время придёт, — усмехнулся Садык и повернулся к старшему из бойцов. — Так парни, этого гуся пакуйте. Сергей, все ящики одинаковые по содержанию?

Он повернулся ко мне.

— Абсолютно, — кивнул я. — Клянусь. Все, как один.

— Чего? — прохрипел Фокус и глаза его снова полезли из орбит. — Слышь, ты, деловой, ты знаешь вообще, что там такое? Ты знаешь, что это за груз, дурашка?

— Пасть захлопни! — грозно прорычал Садык, не желая раскрывать перед бойцами, что именно находится в ящиках. — А то завалю на месте при попытке к бегству!

Фокус повернулся ко мне и покачал головой. В глазах его стояло настоящее изумление.

— Взяли водителя фуры и ещё одного гражданского с ним! — доложил старшему один из спецназовцев. — А «Крафтер» пустой. В нём никого не было.

— Так, — продолжил распоряжаться Садык, — пакуйте, я сказал. Время, время! Этого в «крузак» в багажник! Быстрее!!!

Фокуса выволокли из фургона. Садык посмотрел ему вслед и кивнул. Повернулся ко мне.

— Молодец, Сергей, — кивнул он. — Крови ты у меня много попил, конечно, но ничего. Оно того стоило. Где водитель фургона?