На несколько минут в комнате повисает тишина.

Мерзкая. Глухая. Давящая.

Я почти не дышу, а незнакомец рассматривает меня как диковинную зверушку.

- Зачем? – спрашиваю совершенно чужим голосом. По холодной щеке стекает горячая слеза.

- Чтобы держать тебя под контролем. – Он поправляет манжету рубашки. – Ты оказалась очень важным человеком, Даша. Сама того не зная.

- Кто вы? – полностью поворачиваюсь к мужчине и нахожу в себе силы посмотреть ему в глаза.

- Кузин Юрий Николаевич. – говорит он и гасит сигарету о прозрачную хрустальную пепельницу. – Отец Анжелики.

Закрываю глаза.

Боже…

Значит, всё это время... Глеб работал на отца Анжелики.

Боль бьёт с ужасной силой, выкручивает мышцы, разъедает внутренности будто кислотой.

Несколько минут лежу неподвижно и всё это время чувствую на себе его взгляд. Он словно холодное лезвие скальпеля касается моей кожи.

- Зачем я вам? – открываю глаза. Голос звенит. – Что я вам сделала?

- Ничего, - он пожимает плечами. – Ты просто существуешь. И этого достаточно, чтобы мешать.

- Мешать чему? – горько усмехаюсь.

Разбитая. Поломанная. Вывернутая наизнанку… Чему я могу помешать??

- Моему бизнесу. Моей дочери. Моим планам. – Мужчина подаётся вперёд. Его взгляд меняется – из холодного и пустого вдруг становится ярким, звериным, хищным. – Твоя жизнь мешает мне, Даша.

Нервно сглатываю.

Его голос звучит тихо, опасно… и я понимаю – всё, что он говорит правда.

Отец Анжи поднимается, поправляет пиджак.

- Я привык убирать всё, что мне мешает. – Он снова бросает на меня свой жуткий взгляд, а я крепче впиваюсь в края покрывала. – Но тебе повезло. Ты мне нужна живой. Пока.

Глава 46.

* Даша *

«Пока».

Это короткое слово звучит страшнее любой угрозы. Оно словно его пальцы сжимается на моей шее.

Я смотрю на мужчину и понимаю – моя жизнь сейчас полностью в его руках. Одно слово, один жест, один щелчок – и меня не станет.

И никто не узнает об этом.

Никогда.

Чувствую, как кровь отливает от лица, а отчаянные удары моего сердца, кажется, слышит даже стоящий около меня хищник.

Да, хищник.

Именно так я буду называю его про себя.

Опасный. Хитрый. Способный в любой момент одним движением оборвать мою жизнь.

Ужас острыми иглами впивается в кожу.

Это какая-то жуткая, неправильная реальность…

Как я попала сюда??

Страх не даёт нормально дышать, а разрозненные обрывки воспоминаний вспыхивают в сознании - тогда, восемь лет назад Анжи говорила, что её отец связан с криминалом. Она никогда этого не скрывала, скорее наоборот, кичилась этим.

И вот спустя столько лет я стою у него на пути.

И мешаю.

Эта мысль обжигает сознание.

Он воротила огромного криминального бизнеса.

Я для него лишь жалкая букашка под подошвами его дорогих туфлей.

«Ты оказалась очень важным человеком, Даша», - звучит в моей голове мрачный голос хищника… но я не понимаю, о чём он говорит.

Не понимаю!

Молчу, а отец Анжелики смотрит на мои руки, сжимающие тонкое покрывало… под которым, кажется, я полностью обнажена. По крайней мере, я не ощущаю на себе ни белья, ни одежды – только холод шёлка.

Уголок губ хищника чуть дёргается – то ли в усмешке, то ли с презрением.

- Можешь не прятаться, - говорит он равнодушно. – Мне не интересно то, что у тебя под покрывалом. Ты лишь средство. Подходящий инструмент. Больше ничего.

Его слова бьют больнее пощёчины. Но я молчу.

- Никита, - продолжает он, а моё сердце пропускает удар и болезненно, яростно бьётся о рёбра, когда я слышу это имя. – Он очень дорожит тобой.

Что?!

Что он сейчас сказал?!

Хищник ловит мой шокированный взгляд и смеётся.

Тихо. Некрасиво. Жутко.

А через несколько секунд его смех резко обрывается, и на меня снова смотрят те же ледяные глаза.

- Ты не знала. А ведь он сейчас будет готов на всё, чтобы сохранить тебе жизнь. – мужчина усмехается. – Вернётся к моей дочери. Забудет её «ошибки» и будет жить с ней душа в душу. Внуков мне нарожают. И всё это он сделает ради того, чтобы ты дышала, Даша.

- Я не понимаю… Нет, это точно ошибка. – нахожу в себе силы, опираюсь на локоть и немного приподнимаюсь. Голова начинает кружиться, но обратно на подушку я не опускаюсь. – Никита ненавидит меня. Он сам отправил меня сюда, чтобы избавиться...

- Чтобы спрятать, - перебивает он. – От меня.

Никита... он хотел меня защитить?

Нет. Не верю.

Из меня вырывается нервный смешок.

- Это не может быть. Никите давно плевать на меня.

- Ошибаешься. – ледяной мрачный голос мужчины ползёт мурашками по моей холодной коже. – Он уже обыскал полгорода. Мои люди докладывают – он в ярости. А что сейчас может быть лучше? - он улыбается. - Мой зять в отчаянии.

- Я для него ничего не значу, - упрямо повторяю, ощущая, как каждое произнесённое слово царапает горло. – Он сам так сказал.

Говорю, а внутри что-то дрожит, ломается, трещит…

И надежда – глупая, безнадёжная, давно раздавленная и забытая – вдруг вспыхивает внутри… и я не могу погасить её. Она словно тонкий слабый лучик пробивает сквозь ледяной ужас в душе и согревает меня.

- Люди – лицемеры. Они говорят одно, а чувствуют другое. – Мужчина закуривает новую сигарету и теперь с каким-то непонятным интересом сытого хищника лениво рассматривает меня. – Ты – его слабость. Именно поэтому ты здесь.

«Слабость».

Это слово – приговор.

Ему. Мне. Нам.

Или хищник ошибается и всё это неправда?

Снова со вспыхнувшим в душе сомнением смотрю в голубой лёд глаз отца Анжи… и вижу там уверенность в своих словах, а ещё удовлетворение.

Он рад, что сумел заполучить меня.

Тихо сглатываю вставший в горле ком.

Застывший в нескольких шагах от меня хищник шумно выдыхает горький сигаретный дым, и он медленно поднимается к потолку и там рассеивается.

- И что будет со мной дальше? – тихо спрашиваю.

Я задерживаю дыхание. Внутри – пустота и страх, пульсирующий в венах и на огромной скорости разгоняющий ледяную кровь.

Мужчина снова затягивается сигаретой, тут же наклоняется и тушит окурок в пепельнице.

Его взгляд прикован ко мне, губы размыкаются.

Я вижу это движение словно в замедленной съёмке. И всё внутри меня замирает – даже сердце перестаёт биться.

А хищник уверенно произносит своё решение…

Глава 47.

* Даша *

- Ты останешься здесь. Будешь жить. – он выделяет последнее слово голосом, даёт призрачную надежду… а потом снова бросает на дно: – пока мне это будет нужно.

Хищник с удовлетворением ловит мой испуганный взгляд, а с моих губ вдруг неосознанно срывается:

- Вы не можете...

Хотя я отлично понимаю – он может всё.

И даже больше.

- Цени то, что я даю тебе, Даша, - холодно произносит мужчина.

Он бросает на меня последний предостерегающий взгляд и уходит.

Дверь за ним закрывается.

Дёргаюсь от тихого щелчка... и остаюсь одна.

Медленно обвожу взглядом комнату.

Белая мебель с тонкими завитушками, туалетный столик с овальным зеркалом, кресло, в котором только что сидел мой тюремщик – всё здесь чужое, холодное… будто ненастоящее.

Внутри расползается пустота и страх.

Липкий, вонючий, оглушающий.

Он медленно ползёт под кожей, сжимая внутренности в один ледяной комок.

Поворачиваю голову к окну. Плотные шторы закрыты, но сквозь щель пробивается серый свет.

Наверное, сейчас раннее утро... или уже вечер?

Не понимаю. Да и время сейчас совершенно теряет для меня смысл.

Когда кто-то держит в руках твою жизнь, разве уже что-то может быть важным?

Пытаюсь сесть, но не получается. Тело не слушается. Голова кружится, руки дрожат.

- Чёрт…

Беспомощно падаю обратно на подушку.