Дверь открылась. В сарай вошёл солдат лет тридцати с мачете в руке. Живые мертвецы немедленно рванули к нему. Он начал рубить, а я прорвалась сквозь толпу к двери.

— Скорее! Уходим! — закричала я, дёргая дверь. Но она была заперта. Солдат храбро сражался, но зомби задавили его числом, повалили на пол и принялись рвать на части.

— О, Боже! Спасите его! — я отпрянула в самый дальний угол, не в силах смотреть, как из человека вырывают внутренности.

— Впустите меня! — раздался властный голос Матери.

Дверь открылась, и она вошла в сарай. Она прошла сквозь строй зомби, и те её не тронули — прямо как меня. Матерь протянула мне руку. Я вытерла слёзы, и мы вместе вышли, минуя кусак.

На улице я прищурилась от яркого солнца.

— Это невероятно! — воскликнул один из жрецов, ожидавших у двери.

Я нашла глазами Раиса. Он стоял в тени, опёршись плечом о каменную ограду, и внимательно наблюдал за происходящим — и за мной в частности.

— Благословенная Солнцем Дитя! — провозгласила Матерь.

К нам подбежала Эсмина. Она была в маске, но я узнала её по чёрным вьющимся волосам. Как мне рассказывали анциллы, только жрицы могли не покрывать голову, а послушницы носили маски с прикреплённой белой тканью, скрывавшей волосы.

— Матерь? — изумлённо посмотрела она на нас. — Как это возможно?

— Мы получили дар Небес, Эсмина! Бог Солнца благословил это дитя, и мы не можем отрицать, что она особенная. Переведи её из анцилл в послушницы. Я хочу, чтобы она была рядом, — распорядилась Матерь и удалилась.

Эсмина тут же взяла меня под руку и повела в корпус анцилл. Я обернулась, чтобы в последний раз взглянуть на Раиса. Он тоже следил за нами взглядом.

— Думаю, ты всё поняла, Луция. Собери вещи. Я буду ждать тебя в своей комнате, — сказала она.

— Хорошо.

Я упаковала зелья в рюкзак. Нервничала, не зная, что ждёт меня в храме. Что значит «быть рядом»? И, конечно, не могла не думать о Раисе. Он не выходил у меня из головы.

Эсмина аккуратно собрала мои волосы в пучок, надела на меня маску с покровом и проводила в храм.

Если анцилл было около двадцати, то послушниц — около пятидесяти. Они трудились, как пчёлки. В своих комнатах они могли снимать маски, поскольку вход туда мужчинам был запрещён. Но в коридорах, церемониальных залах и лазарете маски были обязательны.

Как объяснила Эсмина, лучшие из послушниц становились помощницами жрецов, а затем, при безупречной службе, — жрицами. Мне всё это было не важно. Моей целью был Раис. Раз он здесь, мне нужно задержаться и заставить его вспомнить меня. Меня также мучила мысль, что Раис — муж Матери и у него целый гарем. Но я старалась гнать эти мысли прочь.

Мне выделили кровать у двери в огромной общей спальне. У меня была своя тумбочка и место в шкафу. Я поставила пузырьки с зельем в тумбочку — прятать их было некуда. Их оставалось всего шесть.

— Что это? — поинтересовалась одна из послушниц.

— Отвар. У меня больной желудок. Только им и спасаюсь.

— У нас в лазарете есть склад трав. Сможешь сделать новый, когда закончится.

— Замечательно! Спасибо.

Я надела длинное белое платье, маску и отправилась искать лазарет. Если корпус анцилл был устроен просто, то храм представлял собой сложную систему коридоров и переходов. Наконец я нашла нужную дверь.

Большое помещение было заставлено шкафами и столами; дальняя часть отгорожена для стационара. Несколько девушек занимались работой: одна скручивала бинты, другая мыла инструменты.

— Девочки, привет! — поздоровалась я, подходя ближе.

— Благослови тебя Небо, сестра! — синхронно ответили они. Видимо, это было принятое приветствие.

— Где у вас хранятся травы? Мне нужно сделать отвар.

— В той комнате, — указала одна из девушек в глубину зала.

Я увидела белую дверь. Войдя, я обнаружила стеллажи, заставленные мешочками с подписанными травами.

— Вот это да! — оценила я склад.

Я взяла бумажный пакет и стала собирать нужные травы. Не успела закончить, как в комнату ворвалась взволнованная девушка.

Бахар

— Где Алфита? — спросила она с порога.

Я обернулась и увидела Бахар — ту самую, что два года назад ушла из Тельца с Эсминой. Я совсем забыла о её существовании.

— Бахар? — удивилась я.

— Луция? — воскликнула она и крепко обняла меня. — С ума сойти! Ты с нами! — Она была такой же стремительной и похорошела. Каштановые волосы собраны в объёмный пучок, круглое лицо с румянцем делали её очень милой.

— Да, я здесь!

— А где Алфита? Мне срочно нужна!

— Не знаю, кто это, — призналась я.

— Алфита ушла за травами! — крикнула девушка из основного зала лазарета.

— Вот чёрт! — взмолилась Бахар. — Амир убьёт меня!

Я насторожилась, услышав другое имя своего возлюбленного.

— Почему? Что случилось?

— У него снова дико болит голова. Он приказал сделать отвар. Алфиты нет! Что же делать? — она схватила меня за плечи. — Ты ведь разбираешься в травах! Сделай что-нибудь! Пожалуйста, Луция!

— Ладно, — улыбнулась я. Помочь ему было для меня счастьем.

Я отложила свой пакет, взяла новый и стала вспоминать рецепт Далии от головной боли. Бахар тем временем поставила на плиту чайник. Я заварила травы, настояла и налила отвар в кружку.

— Держи, — протянула я Бахар.

Но она не взяла.

— Ты уверена, что он поможет?

— Не знаю, я его никогда не пробовала, просто запомнила рецепт.

— Э-э-э… Проводишь меня? — попросила она.

Я согласилась. Надев маски, мы понесли отвар Амиру.

— И часто у него такие боли? — спросила я по дороге.

— Да, почти через день. Лучше в такие моменты ему не попадаться.

— Из-за чего?

— Говорят, последствие старой травмы головы. Ты его вообще видела? Всё лицо в шрамах!

— Видела… — ответила я и задумалась. Если Раис действительно упал с высотки, то мог удариться головой и потерять память. Иначе он бы меня вспомнил. Однозначно.

Бахар привела меня на третий этаж. Длинный коридор с дверями слева и арочными балконами справа. Она остановилась у последней двери и испуганно взглянула на меня.

— Луция, зайди сама. Отдай ему. Если не поможет — он меня убьёт! А ты новенькая, он, может, пощадит.

— Что ты! Именно новенькую он и не пожалеет! — сделала я испуганный вид.

Из-за двери донёсся голос Раиса:

— Входи быстрее! — прорычал он раздражённо.

Бахар бросила на меня молящий взгляд и убежала. Я сняла маску и вошла, предвкушая встречу.

В комнате было темно, окна завешены бордовыми шторами. Раис сидел на краю большой кровати, упираясь локтями в колени и держась за виски. Он даже не взглянул на меня. Подойдя ближе, я увидела, что глаза его закрыты, лицо искажено болью.

— Я приготовила отвар, — сказала я почти шёпотом.

Он медленно поднял голову.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он раздражённо.

— У вас болит голова. Вот, — обиженно ответила я, поставив стакан на тумбочку.

Он взял его и сделал глоток.

— Что это? На вкус другой.

— Я сама приготовила.

— А где Алфита? — он встал.

— Мне сказали, она ушла за травами. Я решила позаботиться о вас, — сказала я с лёгким сарказмом, вздёрнув бровь.

— Ха-ха-ха! — рассмеялся он и тут же схватился за голову от резкой боли. — После того как я запер тебя в сарае, мне даже интересно, каким ядом ты решила обо мне «позаботиться». Он залпом допил отвар. — На удивление, недурно. — Раис медленно подошёл ко мне и вернул стакан. — Спасибо. Я старалась, — улыбнулась я.

— Но… если мне станет хуже от твоего зелья, ты будешь жить в том сарае со своими разлагающимися друзьями, — сурово сказал он, глядя мне в глаза.

Я выдержала его взгляд. Он был так близок и так недосягаем. Я злобно прищурилась.

— Для вас я придумаю что-нибудь поинтереснее банального яда, Ами-и-ир! — протянула я его имя.

Он улыбнулся, сдерживая смех.