Я действительно эффектно выглядела. Тем более если представить меня в поле.

В общем, с одобрения и помощью Эзги я нарядилась как покойница Детей Солнца, дождалась, пока зелье, которое я выпила, подействует, и вышла в поле. Я ушла далеко: прошла поле, потом лес и снова вышла на другое поле. Мне нравилось гулять в маске и платье. Маска была удобной и защищала от солнца. По пути я выпила еще одну порцию зелья — эффект первой уже должен был закончиться, а возвращаться в лагерь не хотелось.

Я уже приближалась к следующему лесочку, как услышала звук мотора. Обернулась к трассе. Это был желтый багги Крейна. Он свернул с дороги на поле и ехал в мою сторону. Конечно, его заинтересовал мой наряд, и он не мог упустить возможность пообщаться с очередной сектанткой. Когда я поняла, что он едет ко мне, я прибавила шаг и вошла в лес. Он, остановившись у первого дерева, вышел из багги и поспешил за мной.

— Постой! Я хочу поговорить! — кричал он мне вслед, догоняя.

Я не хотела с ним разговаривать и бежала вглубь леса. Как вдруг услышала:

— Луция! Остановись!

Я тут же остановилась. Бежать не было смысла. Он узнал меня. Я повернулась к нему навстречу. Он подошел. Его лицо было обеспокоенным.

— Что ты хочешь, Крейн? — спросила я недобрым голосом.

— Я хотел поговорить. Был в лагере, но ты уже ушла. Эзги сказала мне, что ты разгуливаешь в погребальном наряде.

— Хорошо, о чем же ты хочешь поговорить? — спросила я и сняла маску.

Несколько кусак спешили к нам на голоса. Крейн достал мачете, наспех порубил их и подошел ко мне поближе. Я обиженно отвела взгляд от его лица.

— Луция, я понимаю тебя. Я наговорил тебе всякого. Ты имеешь полное право обижаться. Но прошу, прости меня, — он взял меня за руки и крепко сжал. — Без тебя я просто существую. Все это время я пытался выкинуть тебя из головы, но чем сильнее старался, тем чаще ловил себя на мысли, как ты одна уходишь в поля. И меня охватывал такой страх, что все обиды тут же казались ерундой.

Я тяжело вздохнула. Я не ожидала такого поворота. Максимум, на что я рассчитывала, — это новые упреки.

— Кайл, я больше не способна любить… быть с кем-либо. И дело не в тебе.

— Стой! Не говори так. Давай все обсудим, — его руки скользнули вверх по моим рукам и схватили меня за плечи. — Кайл…

— Дай мне провести этот вечер с тобой. Уже закат через пятнадцать минут. Поехали?

Я кивнула. Согласиться было проще, чем объяснять, почему кусаки меня не трогают. Он за руку отвел меня к машине, открыл дверь.

Маска

Мы поехали в небольшой безопасный домик с маленьким садом на заднем дворе. Крейн быстро включил ультрафиолет по периметру и развел костер.

Я села на скамейку, прислонившись спиной к стене дома. Крейн поставил чайник на костер и сел рядом. В его руке были стаканы и бутылка виски.

— Ты пьешь? — удивилась я, вздернув брови.

— Очень редко. И сейчас мне это просто необходимо… — вздохнул он и передал мне стаканы. —

Подержи.

Он разлил золотистый напиток до краев. Я вспомнила годы в Болгарии, когда напивалась с подругами и мы танцевали до утра.

— Ты можешь не пить, я не настаиваю. Просто поддерж меня, — улыбнулся Крейн и сделал пару глотков.

— Мне тоже не помешает расслабиться, — сказала я и отпила немного. Тут же закашлялась. Крейн рассмеялся.

— Ты уверена?

— Да, — кивнула я. В пустом желудке жгло от крепкого напитка, и по ногам уже растекалось приятное тепло.

Крейн смотрел на костер и вдруг заговорил:

— Я сильно скучал по тебе… тосковал, как пес, готов был выть на луну. Это бред какой-то…

— Кайл, нам лучше больше не видеться. Так будет лучше для тебя.

— Забудь про это. Я буду ждать столько, сколько тебе потребуется. Но я хочу быть рядом.

— А если мне потребуется вечность? — усмехнулась я.

Тут он наконец оторвал взгляд от костра и посмотрел на меня.

— Я все равно буду рядом…

— Знаешь, звание местного психа от меня плавно перешло к тебе, — рассмеялась я. Настроение заметно улучшилось под действием алкоголя. — Ты слышишь, что говоришь? Собираешься держать целибат?

— Если потребуется! Я ведь выдержал целый год!

— Идиот! — хихикала я.

Мы весело проболтали около часа. Ночь выдалась на удивление прохладной по сравнению с дневным зноем. Крейн уже допивал второй стакан виски, а я — первый. Когда темы для разговора иссякли и наступило минутное молчание, Крейн вдруг спросил:

— Ты согласна быть со мной?

Я рассмеялась. Теперь меня смешило абсолютно всё.

— Ты, видимо, хотел спросить, согласна ли я, чтобы ты был со мной?

— Если для тебя важна постановка вопроса, то да.

— Я не согласна. Уверена, у нас ничего не выйдет. Отношения без секса — это полный бред! — сказала я и допила виски, что оставался в стакане.

— Я не против секса! — улыбнулся американец, загадочно глядя на меня.

Я встала и надела маску на голову, скрыв лицо.

— Тебе идет! — оценил Крейн.

— Ты так считаешь? — прошлась я вокруг костра манерной походкой.

Смесь зелья и алкоголя оказалась взрывной. Я ощущала невероятное счастье, радость жизни и возбуждение, словно впервые за долгие годы мое тело пробудилось от спячки и требовало этой близости. Я пошла в сторону сада, спряталась за деревом и выглянула оттуда, хихикая. Крейн хитро улыбнулся, допил виски и пошел в мою сторону. Я убежала и спряталась за другим деревом. Мы стали играть в прятки, и Кайл позволял мне ускользнуть, пока ему не надоело. Я снова хотела убежать, как столкнулась с ним. Лицом к лицу. Вернее, лицом к маске. Он поймал меня крепкими руками за талию. Я попятилась назад и освободилась. Крейн не удерживал, боялся, что я снова буду истерить. Но он явно не ожидал дальнейших моих действий. Как и я не ожидала их от самой себя.

Я опустила лямку платья с одного плеча, потом со второго. Погребальное платье, шурша, слетело на землю, на секунду задержавшись на торчащих сосках. В глазах парня вспыхнул огонь страсти. Крейн осмотрел меня с ног до головы и тут же оказался рядом. Он сорвал с меня маску и стал целовать; я же просто позволяла ему это делать, почти не отвечая. Он уложил меня на мягкую траву и сам лег рядом. Он покрывал мое тело горячими поцелуями, шептал, какая я красивая, что он без ума от меня, что не отпустит, не обидит и будет всегда рядом. Он околдовал меня своим шепотом. Полная луна светила прямо в лицо. Я закрыла глаза и слушала, как шуршала листва от летнего ветерка и трепетное дыхание Кайла, который, не переставая, упивался моим телом, страстно целуя каждый сантиметр.

Я поддалась его ласкам, поддалась его страстным поцелуям и была словно в трансе — не знаю, от чего больше: от виски, ударившего в голову, или от его ласк. Он был невероятно нежен. Его руки не прекращали изучать мое тело. А я, истосковавшаяся по мужским ласкам и изрядно выпившая, уже не была себе хозяйкой.

Он устроился сверху, и я почувствовала, как он жмётся ко мне между ног напряжённым членом. Меня накрыло возбуждение, которое я чертовски давно не ощущала. Крейн целовал мою шею и снова вернулся к губам. Я схватила его за голову и впилась в его губы. Я страстно целовала его и почувствовала, как его крышу снесло от моего языка. Он задышал ещё чаще и потянулся рукой к моим трусикам.

— Как же я ждал этого, милая… — прошептал он.

И я открыла глаза. Протрезвела в одну секунду.

Это слово… «милая»… Мой Раис… Он всегда называл меня так, и, конечно же, оно пробудило меня от алкогольного дурмана. Я поняла, какую ошибку совершаю, поняла, что изменяю себе и своим чувствам. Ведь в действительности я не хотела быть с Крейном. Я не испытывала к нему ничего, кроме приятельской симпатии. Более того, я не хотела забывать Раиса. Я просто была внушаемой дурочкой и шла на поводу чужого мнения, не прислушиваясь к себе. Крейн навязывал мне, что я должна забыть Раиса, но сейчас я поняла — я никому ничего не должна! Я должна жить ту жизнь, которую хочу! И я осознала в один миг, что всё, что сейчас произошло между нами, было ошибкой. Моей ошибкой. Моей слабостью.