— Потому что все слишком далеко зашло, да? — шмыгнула носом я. Мне не хотелось плакать, особенно в присутствии Хосе, но мое дурацкое уязвленное «Я» решило иначе.

— Потому что с тобой мне так хорошо, как никогда не было. И я не хочу тебя терять, — сказал Хосе. Я обернулась и посмотрела на него. Он наклонился ко мне и поцеловал.

— Ты ведь пожалеешь об этом, — сказала я, не зная, как еще предупредить его о своем коварстве.

— Не думаю, — уверенно проговорил Хосе. Глупец!

— Это потому, что ты ударился головой, — сказала я. Хосе рассмеялся. — Больно?

— Ерунда. По снимку тоже все хорошо, так что я здоров и адекватен.

— Идеальное состояние, чтобы писать завещание, — пробормотала я.

— Ты где-то училась так шутить? — смеясь, спросил Хосе.

— Нет, это детская травма.

— Сашка, моя Сашка, — притягивая меня к себе, прошептал Хосе.

— Козочка, — машинально поправила я. Как можно признаться в чем-то плохом, когда тебя называют? Невозможно же.

— Именно. Козочка. Пойдем обедать, Лиза там пирог испекла, — ласково проговорил Хосе, и я в один миг поняла, как сильно голодна. — Давай, вставай.

Я подчинилась и Хосе, взяв меня за руку, повел за собой.

Обед прошел на редкость приятно, без подколов моих женщин, заставляющих меня выкручиваться. Мы ели, шутили и атмосфера была доброй и расслабленной. Даже Марат вел себя прилично, спрятав свое жало. Лиза бросала на него осторожные взгляды, которые, конечно, видели все. Ну может быть, кроме Марата.

После обеда мы начали убираться и собирать вещи. Я обошла дом, благодаря его за эти дни, за смех и слова, что прозвучали здесь. Мне было грустно покидать его, словно я уезжала не из конкретного места, а от очень родного человека. Если даже я когда-то снова вернусь сюда, все будет иначе. Ведь это буду уже друга я, в ином настроении и опыте. А нынешняя Саша была очень счастлива тут. К горлу подступил ком, и я смахнула слезы с ресниц. Порадовалась, что меня никто не видит и от души расплакалась. Я знала, что волшебство дважды не повторяется. Мой идеальный новый год все-таки случился.

В аэропорт мы приехали за два часа до вылета. Бабушка уже не находила себе место от волнения и сумела заразить им всех. Лиза старалась угодить ей во всем, но это не помогало.

— Смотри, кто там стоит! — взволнованно проговорила Лиза, тронув меня за локоть. Я проследила за ее взглядом и увидела Анюту Ромашову. — Пойду поздороваюсь, я сто лет на нее подписана!

Я не успела остановить ее, как Лиза восторженной фанаткой бросилась к Анюте.

— Саша, дыши, — проговорила я себе. — Просто дыши.

— Что такое? — спросил Хосе, подойдя ко мне.

— Волнуюсь перед полетом, — сказала я, кладя ему руки на грудь. — А ты? Боишься летать?

— Нет, наоборот. Мне нравится, — убирая пряди волос от моего лица, сказал Хосе.

— Поделишься своей храбростью? — кокетливо проговорила я, вставая на цыпочки.

— С удовольствием, — ответил Хосе, и мы поцеловались.

Если бы я знала, то будет значить этот поцелуй! Если бы знала!

Негодяй выбирает меня

Я принципиально даже не взглянула в сторону Анюты — кожей чувствовала, как она смотрит на нас, как пожирает нас взглядом. Заметил ли это Хосе и значит ли это что-то для него? Я знала, что делаю Анюте больно, но я хотела, чтобы она поняла, Хосе теперь со мной и больше не питала иллюзий на его счет. И я еще крепче обняла его.

— У тебя все в порядке? — спросил Хосе.

— А что такое?

— Обычно ты не хочешь задушить меня так сильно, — сказал Хосе и обвел взглядом зал ожидания. Увидела Анюту, болтающую с моей сестрой, и нахмурился.

— Они знакомы? — спросил он.

— Лиза читает ее блог.

— Вот как.

— Опасаешься, что она увидит про тебя что-то неприличное?

— Вряд ли, — улыбнулся Хосе. — Большую часть времени до скуки приличный.

— Значит есть все-таки надежда, что в меньшую часть времени ты безудержно неприличный? — глядя ему в глаза, проговорила я.

— Более чем, — голос Хосе прозвучал многообещающе.

Лиза обнялась с Анютой и поспешила к нам.

Надеюсь, мы не полетим с Анютой на одном самолете. Хотя надежда очень маленькая.

— Анюта такая милая! — радостно проговорила Лиза, подходя к нам. Обернулась назад и помахала ей рукой. Та помахала ей в ответ. — Она подарила мне пробник своего бренда!

Лиза достала из кармана маленькую капсулу с духами и понюхала, а потом пшикнула ими на запястья. Меня замутило от излишней сладости в аромате, и я отошла на пару шагов от сестры. Мне стало неприятно, что Лиза в таком восторге от этой девицы, словно она предавала меня, хотя даже не была в курсе утреннего конфликта — я не успела ей ничего рассказать. Но и мешать ей общаться с людьми, которые ей нравятся из-за меня, тоже не хотелось.

— Тебе нравится? — спросила я.

— Да, очень! — поднося запястье к носу, ответила Лиза. — Куплю себе такие! Ну и приятное воспоминание останется.

Выпив еще кофе и заев его шоколадными батончиками, мы пошли на посадку.

Конечно же, Анюта полетела в том самом самолете, что и мы. И ее место оказалось рядом с метом Хосе, отчего я ощутила на себе всю несправедливость этого мира. А видя, как Хосе садится рядом с ней, и она мертвой хваткой вцепляется ему в руку несмотря на то, что я смотрю на них, во мне закипела настоящая злость. Если бы я не верила Хосе, то не сомневалась бы в том, что это подстроено! Что они и планировали лететь обратно вместе, просто во время отдыха что-то пошло не так и они поссорились. Интересно, какой штраф придется заплатить за драку в самолете? Я должна быть готова к любым последствиям!

Хосе что-то сказал Анюте, и та замотала головой. Еще сильнее вцепилась в Хосе, но тот отстранился и встав со своего места, подошел к стюардессе. Не знаю, о чем он говорил с ней, меня попросили занять свое место, и я села рядом Лизой, слушающую музыку в наушниках. Мама с бабушкой сидели позади нас.

Я включила мобильник и экран запестрел сообщениями изо всех соцсетей и чатов. Я искренне порадовалась, что провела неделю без интернета и этот шум не отвлекал меня от настоящего момента. А теперь я чувствовала себя обязанной на все это ответить, ведь если промолчать, то будет обида. Первым делом я зашла в рабочий чат, мне хотелось прочитать еще что-нибудь про Хосе, но там сменились темы и уже вовсю осуждалось как вкусно приготовить еду и на какую диету лучше сеть после праздников.

— Лиза, можешь помочь? — подойдя к нам, спросил Хосе. Я толкнула сестру и она, сняв наушник непонимающе уставилась на него.

— Чем?

— Поменяешься со мной местами?

— Зачем?

— Тебе интересно общаться с Анютой Ромашовой, а мне со своей невестой. Я считаю, это справедливым обменом, — сказал Хосе.

— Твоя невеста, моя любимая сестра между прочим! — поднимаясь, сказала Лиза. — Но спасибо за предложение.

Хосе сел рядом со мной и взял за руку.

— Ты победил Анюту и знаки судьбы, что вы должны быть вместе, — поддразнила его я.

— Подумал, что это будет неуважительно к тебе, — сказал Хосе. — Да и Анюте это может дать ложную надежду.

— Ты уникальный человек, Хосе, — искренне проговорила я, сжимая его пальцы. Он рассмеялся и тут же поморщился от боли. — Я таких еще не встречала.

— Надеюсь остаться таким для тебя в единственном экземпляре, — улыбнулся Хосе и его слова ранили меня в самое сердце. лгунья и обманщица, разве я заслуживаю такого счастья?

— Останешься, — пообещала я. — Чтобы не случилось, так и будет.

4 января, Москва

В Москву мы прилетели под утро. Почти весь полет я проспала. Обычно я молюсь, пока лечу, вслушиваюсь в каждый шорох, но присутствие Хосе настолько снизило мою тревожность, что я позволила себе крепко спать. От мысли, что мы выйдем из самолета и расстанемся, сердце сжимала тоска. Я так привыкла, что Хосе рядом, что от одной мысли о том, что я не буду его видеть, ощущала себя несчастной. В очередной раз поймав себя на этом ощущении, испугалась, что впала в зависимость от Хосе. Только этого не хватало!