— Спасибо, что ты здесь, — прошептала я, прижимаясь ближе. — Ты мне очень нужен.

— Спасибо, что ты здесь, — ответил он, обнимая меня крепче. — Я постараюсь всегда быть рядом.

Засыпая в его объятиях, я понимала, что этот момент — последний. Последний раз его тепло, последний раз его руки вокруг меня, последний раз мы вместе. Но даже зная это, я была счастлива, что он пришёл.

ИНАР

Я тихо выскользнул из комнаты, стараясь не разбудить Альму и не дать Роджеру снова устроить панику из-за моего отсутствия. Однако судьба сыграла со мной злую шутку: меня заметил Колин. Он шел по коридору с букетом свежесорванных цветов, и его лицо светилось радостью. Острый укол ревности пронзил моё сердце при виде его попыток ухаживать за моей Альмой.

— Что ты здесь делаешь? — строго спросил Колин.

— У меня к тебе тот же вопрос, — парировал я.

Мы стояли и сверлили друг друга хмурыми взглядами, словно два воина перед битвой. Пришло время серьёзного разговора.

— Поговорим, — я махнул головой в сторону своего кабинета, и друг кивнул.

Войдя в кабинет, он плотно закрыл за собой дверь и сразу же перешёл в наступление:

— Какого черта, Инар?!— воскликнул Колин, не сдерживая эмоций.

В этом вопросе была вся его боль — злость, ревность, отчаяние. Впервые я почувствовал к нему искреннюю жалость, ведь прекрасно понимал, что он испытывает.

— Я люблю её, — это признание легко сорвалось с моих уст. Мне хотелось, чтобы он понял меня без лишних слов.

Колин долго смотрел на меня, словно не веря своим ушам. Затем он резко бросил букет на диван возле стены. Цветы разлетелись в разные стороны, а сам друг схватился за голову и провел руками по лицу, пытаясь прийти в себя.

— И когда ты это понял? — спросил он, глядя на меня с болью в глазах. Его голос дрожал, и я видел, как ему трудно сдерживать эмоции.

— Когда приехал ты, — горько усмехнулся я, вспоминая свою ревность к его открытой симпатии к Альме.

Колин тяжело опустился в кресло, его плечи опустились.

— И что теперь? — тихо спросил он. — Ты собираешься сделать её своей любовницей?

— Нет, — твёрдо ответил я. — Я хочу отказаться от титула.

Друг внимательно посмотрел на меня, словно пытаясь прочитать мысли. Он знал меня слишком хорошо, чтобы сомневаться в серьёзности моих намерений. Знал, что я не бросаю слова на ветер и всегда держу свое слово.

— А Альма? — спросил он, потом хмыкнул, отвечая сам на свой вопрос. — Хотя, судя по тому, что ты ночевал у неё, она согласна, верно?

Я видел боль в его глазах и не хотел ранить его еще больше. Но мы давали клятву всегда говорить друг другу правду.

— Она тоже ко мне неравнодушна, — признался я. Колин издал нервный смешок и отвёл взгляд.— И я только спал рядом.

Зачем то добавил я, пытаясь смягчить ситуацию.

Друг повернулся ко мне, в его глазах мелькнула надежда.

— Альму периодически мучают кошмары, — продолжил я, решив рассказать ему правду. — Точнее, воспоминания девушки, которую приговорили здесь к казни семьсот лет назад.

Я подошёл к столу и уселся на край столешницы, зная, что он ждёт продолжения.

— Дело в том, что в Гроссфорте до сих пор живет Искра.

— Не может быть!

— Может. И Альма нашла к ней подход. Ты сам видел, что происходит, когда она соединяет свои силы с сердцем замка.

— Я думал, что Искры сохранились только в Огненных землях. — задумчиво сказал друг.

— Я тоже так считал, — кивнул я. — Но, как оказалось, нет. Именно она прогоняла всех моих предков и магов-бытовиков, а не древний призрак. И, кстати, проклятий здесь тоже нет.

— А как получилось, что Искра впустила вас? — спросил Колин, его голос стал более заинтересованным.

Я улыбнулся, вспоминая тот момент.

— Альма её просто попросила.

Друг удивленно поднял брови.

— Потом замок сам начал ей помогать в восстановлении, — продолжал я. — Но, как ты знаешь, Искра дает не только силу, но и хранит воспоминания о всех жителях замка. Видимо, последний, кто к ней прикасался, была управляющая Эббет. Может, поэтому Альма видит её глазами.

— Или она была ей, — вставил Колин, задумчиво нахмурившись. Видимо он тоже вспомнил того старичка у храма. — Тогда Альма может узнать, что же произошло в прошлом.

Я тяжело вздохнул, отводя взгляд. В комнате повисло напряжённое молчание, и я всё же продолжил:

— Домиел, первый, кто стал герцогом Вестерским, не мог не заметить способности молодой служанки, и быстро поднял её по карьерной лестнице. А ещё он влюбился в неё. Однако, чтобы получить титул, ему пришлось жениться на родственнице короля. — Я сделал паузу, тяжело вздохнув, перед самой тяжёлой частью этой несчастной истории. — В итоге бедную Эббет объявили ведьмой и приговорили к казни.

— Какая ирония, не находишь? — произнёс Колин с сарказмом, его голос прозвучал холодно. — Скорее всего, его дорогая женушка решила просто избавиться от соперницы.

— Я тоже так думаю, — кивнул я, соглашаясь с его версией. — К тому же магия девушки как раз подходила под параметры «ведьмы». Но Эббет смогла сбежать. А дальше нам известно, что происходило только по записям из дневника. Замок восстал против хозяев.

— Думаешь, Эббет могла с помощью Искры выгнать всех из замка?

— Сомневаюсь, — ответил я, качая головой. — На тот момент она спасала только свою жизнь. К тому же она была разбита предательством Домиела.

— Ты сам знаешь, на что способны девушки, когда их предают, — сказал Колин, выразительно глянув на меня. — А уж ради мести...

— Чтобы воздействовать на Искру, нужно находиться в пределах её досягаемости, — ответил я, задумчиво потирая подбородок. — А девушка скрылась в стране Огня.

— Откуда знаешь? — спросил Колин, приподняв бровь.

Я обошёл стол и достал из нижнего ящика чёрную папку.

— Я попросил Айка кое-что для меня разузнать, — передал папку другу. — Кстати, прапрадед Альмы переехал в Мервену через триста лет после тех событий. Он был талантливым лекарем, как и её отец.

— Подожди-ка, — озарение промелькнуло на лице Колина, и он выпрямился. — Нестор Фриманн — отец Альмы?!

Я кивнул, подтверждая его догадку.

Колин снова погрузился в документы.

— Он был лучшим, — тихо сказал он. — Альма получается тоже может лечить?

— Наверно, — ответил я, возвращаясь на своё место и снова садясь на край столешницы. — Но она решила пойти по другому пути.

— Почему? Такой редкий дар, — Колин поднял голову и посмотрел на меня с недоумением.

Я неопределённо пожал плечами, стараясь не смотреть ему в глаза.

— Таков её выбор.

Колин захлопнул папку и уставился на меня, его взгляд был пронзительным.

— Не боишься повторения истории? Принцесса Корнелия не из тех, кто любит уступать. Одно слово Его Величества, и...

На самом деле этого я боялся больше всего. Сердце сжалось от тревоги, и я молчал, не находя ответа. Колин был прав — во всей этой ситуации больше всего могла пострадать именно Альма. Но я этого не позволю.

— Если придётся, мы уйдём в Огненные земли вместе.

Для себя я всё решил. Не важно где, главное с ней рядом.

Колин долго смотрел на меня, затем покачал головой.

— Не глупи, Инар. Тебя преподнесут Королю Лурдену с большой радостью, того, из-за кого они проиграли войну. Тебе некуда бежать.

Эти слова повисли в воздухе, словно холодный приговор. Моё сердце забилось быстрее, и я почувствовал, как внутри всё сжимается от страха.

— Ты испортишь ей жизнь, — продолжал Колин, его голос стал ещё более серьёзным. — И не только ей, но и её семье. Всё королевство знает о вашей помолвке с Корнелией, это ударит по их репутации. Его Величество этого так не оставит. Ты должен отпустить Альму.

Я понимал, что он прав. Но как найти выход из этой ситуации, я не представлял. Как и не представлял свою жизнь без Альмы.

— Я не могу её отпустить, — тихо произнёс я. — Даже если весь мир будет против.

Колин вздохнул, понимая, что дальнейшие уговоры бесполезны.