Периодически я отходил к яме, проверяя, как продвигается работа. Крестьяне устали настолько, что даже ругаться уже перестали. Лишь тяжело дышали, раз за разом вгоняя лопаты в землю. К закату глубина наконец стала такой, какой я и хотел.

– Хватит, – остановил я их. – Дальше не нужно.

– Слава богам… – кто‑то тут же сел прямо на край ямы.

Последние лучи солнца медленно скрывались за верхушками деревьев. Лес темнел буквально на глазах, и вместе с этим люди всё чаще оглядывались в его сторону. Даже Барсик, спокойно лежавший неподалёку почти весь день, поднялся и настороженно посмотрел туда же. Я тоже невольно прислушался, но ничего не услышал. Лес словно замер в ожидании чего‑то.

– На сегодня достаточно, – громко сказал староста, оглядев собравшихся. – Все по домам. Отдохните как следует. Завтра продолжим.

Никто спорить не стал. Люди начали быстро расходиться по дворам, словно опасались задержаться здесь хотя бы на лишнюю минуту.

Я ещё раз посмотрел на яму и массивную решётку, лежавшую рядом, потом перевёл взгляд на тёмную стену леса.

– Надеюсь, – тихо пробормотал я, – до завтра ты потерпишь… Потому что иначе мы ещё не готовы.

Когда люди начали расходиться, я ещё раз окинул взглядом будущую ловушку. Яма, груда камней, тяжёлая решётка, сваленная рядом… Работа получилась далеко не идеальной, но за один день деревня сделала всё, что могла.

Барсик уже нетерпеливо крутился возле ног, всем своим видом показывая, что давно пора домой.

– Да иду я, иду.

Мы медленно направились к дому. За спиной постепенно стихали голоса. Кто‑то ещё продолжал таскать брёвна, кто‑то укреплял забор, но большинство деревенских спешило укрыться по домам до наступления полной темноты. Я тоже чувствовал, что вымотался. За последние дни на меня навалилось столько всего, что организм уже начинал намекать: неплохо бы хоть немного отдохнуть.

До дома оставалось всего ничего, когда по спине неожиданно пробежал неприятный холодок – ощущение, словно кто‑то пытался прожечь мою спину взглядом.

Я машинально остановился и, медленно обернувшись, посмотрел в сторону леса. Сумерки уже почти полностью накрыли деревню. Между стволами деревьев сгущались тени, превращаясь в сплошную чёрную стену. И именно там, на самой границе леса, мне показалось, будто что‑то мелькнуло – какая‑то небольшая тёмная фигура. Я прищурился и несколько секунд всматривался в неподвижные кусты, но больше ничего не увидел, лишь лёгкое покачивание ветвей от вечернего ветерка.

– Быть может, показалось?..

Я ещё немного постоял, не сводя взгляда с того места, но всё без толку. Даже Барсик больше не проявлял беспокойства. Он лишь лениво зевнул и вопросительно посмотрел на меня.

– Много работать вредно, – махнул я рукой. – Уже всякие тени мерещатся.

Ещё раз скользнул взглядом по опушке. Если там действительно кто‑то и был, то уж слишком мелкий.

Утром работа закипела с новой силой. Видимо, за ночь люди немного успели прийти в себя, потому что ворчали уже не так активно. Хотя стоило кому‑нибудь случайно бросить взгляд в сторону леса, как разговоры тут же стихали сами собой.

Первым делом закончили яму. После этого я велел нарубить десяток толстых кольев.

– Остриё делайте подлиннее, – показал я рукой.

Через некоторое время мужчины притащили готовые заготовки. Каждый кол был толщиной с хорошее бревно и доходил мне почти до груди.

– Теперь устанавливайте их в яму и получше укрепите.

Спорить никто не стал. Колья расставили так, чтобы между ними ещё оставалось место для зверя, но при этом, куда бы он ни рухнул, обязательно напоролся. Потом тяжёлыми деревянными колотушками начали загонять их в землю.

– Глубже!

– Да куда уж глубже⁈

– Пока шататься не перестанут.

Пришлось даже самому спуститься вниз и проверить несколько штук. Один немного гулял, пришлось заставить переделывать.

Мужики недовольно заворчали, но всё‑таки снова принялись трамбовать землю вокруг основания, забивая её камнями и плотной глиной. Минут через сорок я наконец удовлетворённо кивнул.

– Вот теперь нормально.

Следующим этапом стала решётка. Восемь мужиков с натугой подняли тяжёлую конструкцию и установили её над ямой, словно огромную крышку. Один край лёг на землю, второй поднялся вверх примерно градусов на шестьдесят.

Я быстро протянул толстую верёвку через середину решётки и закрепил её на вбитом неподалёку столбе. Потом мы подвесили к решётке несколько здоровенных валунов. Под их тяжестью деревянная конструкция заметно просела, а канат натянулся так, что казалось, ещё немного – и лопнет.

Я несколько раз осмотрел получившуюся конструкцию и пришёл к выводу, что лучшее – враг хорошего. Оставалось только хорошенько рубануть топором – и вся эта тяжесть рухнет вниз.

Теперь наступила очередь приманки.

– Мне нужна кровь, – сказал я. – Чем больше, тем лучше.

По толпе сразу прокатился недовольный ропот.

– И где мы тебе её возьмём?

– Думаешь, у нас тут кровь по бочкам хранится?

К счастью, вскоре выяснилось, что хранится… почти. Оказалось, ещё вчера часть деревенского скота пришлось пустить под нож. Оставлять животных без корма люди не собирались.

– Всё равно бы передохли, – буркнул один из мужиков, таща два тяжёлых ведра. – Хоть мясо не пропадёт.

Я, в свою очередь, принёс несколько крупных кусков щуки и без лишних объяснений бросил их прямо в кровь. Несколько человек удивлённо переглянулись.

– Это ещё зачем?

– Для повышения вкусовых качеств. Хотите попробовать?

Желающих не нашлось.

На самом деле объяснять было особо нечего. Если мои догадки верны, запах пропитанной эфиром рыбы должен был заинтересовать ящера гораздо сильнее обычного мяса.

Одно ведро я осторожно спустил на дно ямы. Немного крови специально выплеснул по пути. Тёмные капли быстро впитались в землю.

Второе же ведро оставил наверху настаиваться.

Я ещё раз обошёл ловушку, проверяя каждую мелочь. Всё выглядело именно так, как я и представлял. Оставался последний пункт. Я тяжело вздохнул.

– А вот теперь начинается самая неприятная часть плана.

Все сразу насторожились.

– Нужно разлить кровь от ямы… в сторону леса. Настолько далеко, насколько получится.

На несколько секунд стояла полная тишина. Потом деревенские заговорили все одновременно.

– Совсем сдурел⁈

– Да мы туда и шагу не сделаем!

– Если бы хотели красиво помереть, давно сами побежали бы на этого ящера!

– Ищи других дураков!

Я устало потёр переносицу.

– Именно этого ответа я и ожидал.

Кто‑то облегчённо кивнул.

– Значит, придумал что‑нибудь другое?

– Нет.

Я спокойно взял ведро.

– Сделаю сам.

Наступила уже другая тишина.

– А вы, – я посмотрел на ближайших мужиков, – займёте свои места.

– И что нам делать?

– Ждать. – Я указал на натянутую верёвку. – Как только монстр полностью окажется над ямой – разрубаете канат.

Охотники переглянулись, а я продолжил:

– И ещё… Это, пожалуй, самое важное. – Все внимательно смотрели на меня. – Сидеть будете настолько тихо, насколько вообще способны. – Я обвёл взглядом каждого. – Если эта тварь услышит вас раньше, чем доберётся до приманки… она может решить, что свежие люди гораздо вкуснее какой‑то крови.

После этих слов желающих нарушать тишину резко поубавилось. Даже самые разговорчивые заметно посерьёзнели.

Я подхватил ведро.

– Ну что… посмотрим, насколько далеко способен учуять запах этот крокодил‑переросток.

Я крепче перехватил ручку ведра и, не оглядываясь на деревенских, направился к лесу. За спиной стояла такая тишина, что казалось, люди вообще перестали дышать.

Первую порцию крови я выплеснул прямо возле ямы. Затем сделал ещё несколько шагов и снова плеснул немного на землю. Получалась своеобразная дорожка, уходившая в сторону леса. Запах стоял такой, что даже мне становилось не по себе.