– Надеюсь, у меня будет время свалить. – Я отогнал мысль, продолжая медленно идти вперёд.
С каждым шагом деревня оставалась всё дальше. И вроде до частокола теперь было всего несколько десятков метров, но почему‑то именно сейчас он казался удивительно маленьким.
«Интересно… а если эта махина всё‑таки решит ворваться внутрь?»
Я невольно посмотрел на собранный наспех забор. Ещё вчера всё это выглядело вполне надёжно. Сегодня же…
– Да кого я обманываю…
Если двухтонная ящерица всерьёз захочет попасть внутрь, этот частокол задержит её разве что на несколько секунд. Получается, вся защита держалась вовсе не на брёвнах, а на надежде. Надежда, в свою очередь, как известно, материал крайне ненадёжный.
Я невольно усмехнулся собственным мыслям и снова плеснул кровь. До опушки оставалось совсем немного.
Организм, мелко подрагивая, очень настойчиво намекал, что сейчас самое время развернуться и начать быстро удаляться в противоположном направлении. Я был полностью с ним солидарен, но продолжал идти. Каждые несколько шагов земля окрашивалась очередными тёмными пятнами.
«Ещё немного – и хватит.»
В этот момент взгляд сам собой зацепился за едва заметное движение между деревьями. Я замер и увидел, как огромная тень скользнула между стволами. По спине мгновенно пробежал холодок.
– Вот же…
Дальше не было смысла растягивать удовольствие. Я опрокинул ведро полностью, выплеснув остатки крови широкой полосой прямо перед собой. Следом вытащил кусок щуки и швырнул его туда же.
– Угощайся… – хмыкнул я, после чего развернулся и со всех ног рванул обратно.
Ведро так и осталось в руке, а ноги сами несли меня к деревне. Позади вдруг раздался тяжёлый топот, настолько мощный, что земля будто слегка дрожала под каждым ударом.
Я даже не пытался оглядываться. До частокола оставалось совсем немного. Ускорившись, я буквально влетел за укрытие, только теперь рискнув обернуться, и облегчённо выдохнул.
Ящер действительно вышел из леса. Огромная рептилия медленно приблизилась к брошенному куску рыбы и теперь, низко опустив голову, внимательно его обнюхивала. Она никуда не спешила, просто изучала неожиданную находку.
– Заинтересовался… – едва слышно прошептал я.
Это уже было хорошо. Выходит, запах щуки действительно привлекал его сильнее обычной добычи. Теперь оставалось понять самое главное: пойдёт ли эта скотина дальше… по кровавому следу.
Я проскользнул за частокол и сразу прижался к бревну, стараясь лишний раз не высовываться.
Ящер тем временем перестал обнюхивать добычу. Широкая пасть сомкнулась на еде, и увесистый кусок исчез за один укус.
– Даже не пожевал… – невольно пробормотал я.
Огромная голова медленно поднялась. Рептилия застыла на несколько секунд, втягивая воздух раздвоенным языком, а потом уверенно двинулась вперёд, точно по кровавому следу.
За спиной послышалось нервное сопение. Я обернулся и понял, что от первоначального плана почти ничего не осталось. Половина деревенских уже исчезла. Часть людей забежала за дома, кто‑то вообще захлопнул за собой двери. Из‑за заборов выглядывали перепуганные лица, но подходить ближе никто не собирался.
– Стоять! – прошипел я. – Только не сейчас…
Ящер неторопливо приближался к ловушке. А через минуту его огромная морда уже почти нависла над ямой.
Он остановился, опустил голову и начал принюхиваться. Ещё полшага. Ну же…
Именно в этот момент раздался отчаянный вопль.
– Он сейчас нас всех сожрёт!
Я резко повернул голову. Мужик, которому поручили стоять возле удерживающей верёвки, окончательно потерял самообладание. Вместо того чтобы ждать сигнала, он с остервенением рубил канат топором.
– Нет! Стой!!! – я рванулся к нему изо всех сил, но было поздно.
Верёвка лопнула, подвешенные валуны с грохотом рухнули вниз, а тяжёлая решётка сорвалась следом.
Оглушительный удар разнёсся по всей округе, но ящер уже успел среагировать на шум и развернуться. Вместо того чтобы накрыть его сверху, решётка лишь краем со страшной силой врезалась ему в шею. Раздался хруст, и из свежей раны брызнула кровь. Несколько толстых деревянных балок буквально пробили шкуру, оставив глубокую рваную рану. Монстр издал такой рёв, что у меня невольно заложило уши.
– Стреляйте! – заорал я. – В рану! Быстро!
Однако ответом мне стала… тишина.
Я обернулся, чтобы увидеть, что охотников возле меня уже не было. Луки валялись прямо на земле вместе с копьями. Люди бежали к домам, даже не пытаясь оглядываться.
– Да чтоб вас…
Времени ругаться не осталось. Я подхватил ближайший лук, быстро наложил стрелу, натянул тетиву.
– Только бы попасть…
Я прицелился в окровавленную шею, выдохнул и отпустил тетиву. Стрела ушла… куда‑то в сторону. Метра на два левее цели.
– Твою…
В ту же секунду тетива с громким щелчком ударила меня по запястью. Кожу словно полоснули раскалённой проволокой.
– Ай! – я невольно разжал пальцы, едва не выпустив лук.
На запястье мгновенно выступила кровь, скатываясь каплями на землю.
– Отличный из меня лучник…
Ящер перестал реветь, поднял голову и посмотрел прямо на меня. Жёлтые глаза сузились, а широкая пасть приоткрылась, обнажив несколько рядов длинных зубов.
– Кажется… теперь он понял, кто здесь главный источник неприятностей.
Я невольно сглотнул. В этот момент до меня наконец дошло ещё кое‑что. Ведь во мне тоже не простая кровь течёт, а вполне даже богатая эфиром. Для такого нюхача это наверняка выглядело как праздничный стол.
Рептилия медленно обошла ловушку, даже не пытаясь больше к ней приближаться. Теперь её интересовал только я. Она неторопливо двинулась к частоколу.
Каждый шаг сопровождался небольшим землетрясением. Я огляделся, пытаясь понять, что делать дальше, но не нашёл ни одной мысли, которая могла бы остановить двухтонную тушу, уверенно приближавшуюся к деревне.
– Вот ведь… инженер… – пробормотал я, чувствуя, как сердце начинает колотиться с первой космической скоростью. – Давай… придумай уже хоть что‑нибудь… Пока эта скотина не придумала первой.
Ящер больше не спешил. Он уже понял, что добыча никуда не денется, и теперь методично проверял прочность нашего убежища. Глухой удар сотряс частокол. Брёвна жалобно заскрипели, осыпав меня мелкой щепой. Однако на этом монстр не остановился. Каждый новый толчок заставлял толстые брёвна заметно дрожать. Пока они держались, но долго так продолжаться не могло.
– Держись… – пробормотал я, сам не понимая, к кому обращаюсь: к забору или к себе.
Я быстро оглянулся в надежде увидеть хоть кого‑нибудь из деревенских, но помощь даже не планировала приходить. Ещё совсем недавно здесь стояли десятки людей, а теперь улица словно вымерла. Двери домов были наглухо закрыты, ставни захлопнуты. Никто даже не выглядывал наружу.
– Отличные союзники. – Я сплюнул себе под ноги. – Хотя на что я рассчитывал?
Новый удар заставил одно из брёвен опасно затрещать. Думать было некогда. Возле самого частокола валялось копьё, брошенное одним из охотников. Я тут же подхватил его и, дождавшись, когда между брёвнами мелькнула огромная туша, изо всех сил ткнул вперёд. Наконечник ударил точно в бок. Раздался глухой звон, но ящер даже не вздрогнул. Копьё просто соскользнуло по толстой чешуе, будто я ткнул не в живое существо, а в каменную стену.
Монстр снова навалился на частокол. Я едва успел отскочить, когда брёвна опасно прогнулись внутрь. Вторую попытку я сделал почти сразу. Теперь целился ниже, надеясь попасть между чешуйками, но результат не изменился. Я стиснул зубы и дождался следующего удара. На этот раз пасть приоткрылась совсем рядом со щелью между брёвнами.
– Получай!
Я резко выбросил копьё вперёд. Наконечник вошёл прямо между зубов, вонзившись в мягкую плоть. Ящер мгновенно захлопнул челюсти, и в моих руках осталось лишь короткое древко с рваными щепками на конце. Вторая половина копья исчезла в пасти монстра. Я несколько секунд тупо смотрел на деревянный обломок. Потом перевёл взгляд на чудовище, которое с явным безразличием выплюнуло перекушенный наконечник прямо мне под ноги.
