Первый подходящий кусок обнаружился довольно быстро. Я присел на корточки, расковырял грязь палкой и вытащил наружу тяжёлый комок размером с кулак, вроде похожий на то, что искал.

— Уже что-то, — пробормотал я.

Выбрав на берегу место посуше, я закинул туда первую добычу.

Следующие полчаса прошли значительно менее приятно. Приходилось бродить по колено в воде, тыкать палкой в дно, копаться руками в грязи и периодически вытаскивать наружу не руду, а обычные камни. Несколько раз я вообще уходил в трясину почти по пояс.

После очередного такого погружения остановился и посмотрел на себя: штаны покрыты грязью, руки тоже, сапоги вообще плавно переходили в те самые модные болотные брюки, и стыков я не заметил, сплошная «маскировка».

— Инженер, знающий высокие технологии и видевший будущее человечества, ковыряется в болоте в поисках ржавых камней, — проворчал я.

Болото не оценило шутку.

А вот руда постепенно находилась. Иногда попадались целые пласты, которые удавалось вытащить практически без усилий. Порой же приходилось минут десять выковыривать один несчастный кусок из вязкой жижи. Пару раз я даже пожалел, что не прихватил из кузницы нормальную лопату.

К обеду на сухом островке выросла вполне приличная куча бурых комков. Я выбрался из воды, уселся рядом и дал себе немного времени, чтобы перевести дух. Ноги гудели, спина тоже начала напоминать о своём существовании, зато результат выглядел обнадёживающе.

Если память не врала, из такого количества руды после обжига и плавки можно получить вполне приличный объём железа. Правда, появилась новая проблема.

Я посмотрел на гору добычи.

— И как мне теперь всё это тащить?

Вопрос оказался крайне своевременным. Руды накопилось прилично: килограммов сто, а то и больше. Таскать такое на себе до деревни совершенно не хотелось, особенно учитывая, что обратно придётся идти через лес.

Я поднял один из кусков. Мало того что неудобный, ещё и очень тяжёлый.

— Замечательно.

На некоторое время я погрузился в размышления. Вариантов было немного: сделать волокушу, найти телегу или совершить несколько ходок. Последний вариант нравился меньше всего.

Я ещё раз посмотрел на груду руды. Потом перевёл взгляд на молодые деревца неподалёку. В голове начали медленно формироваться первые идеи.

— Ну да… — задумчиво протянул я. — Если нет телеги, придётся её заменить.

В конце концов человечество тысячи лет что-то перевозило ещё до появления колёс, а значит, и я как-нибудь справлюсь. Наверное.

Идея с волокушами выглядела значительно лучше, чем перспектива таскать руду на собственном горбу. Правда, как обычно, на словах всё оказалось гораздо проще.

Сначала пришлось искать подходящие деревья. Потом рубить их ножом, что само по себе было удовольствием сомнительным. Затем очищать от веток и коры. Последняя неожиданно оказалась самой полезной частью работы.

Память Сержа подсказывала, что свежая кора некоторых деревьев прекрасно расслаивается на длинные прочные полосы. Именно они и заменили мне верёвки.

— Человечество деградирует, — пробормотал я, сдирая очередной кусок коры.

Ещё вчера инженер, сегодня же специалист по первобытным технологиям.

Через пару часов передо мной лежала вполне приличная конструкция из двух длинных жердей и нескольких поперечин. Выглядело это не слишком надёжно, но, когда я попробовал нагрузить волокушу несколькими кусками руды, сооружение не развалилось.

— Уже успех, — улыбнулся я.

Впрочем, быстро выяснилось, что у успеха имеются пределы. Вся добытая руда на волокушу просто не помещалась. Я некоторое время смотрел на кучу, борясь с жадностью и желанием побыстрее разобраться с этой проблемой.

— Отлично. Значит, придётся делать два рейса, — вздохнул я, схватив волокуши и потащив их в сторону деревни.

Оставалось только запеть какую-нибудь строевую песню и вышагивать маршем, ну или пародировать бурлаков с прекрасной картины великого художника.

Первую половину добычи удалось доставить без особых приключений, правда, к деревне я добрался совершенно вымотанным.

Волокуша постоянно цеплялась за корни, застревала в кустах и норовила перевернуться на каждом втором ухабе.

Зато в итоге груз всё-таки оказался возле кузницы, да ещё и с несколькими порциями матов, которые я решил не произносить вслух под суровым взглядом Грега.

Кузнец наблюдал за процессом молча, что можно было счесть скорее похвалой с его стороны.

Я свалил руду возле стены, размял затёкшую спину и сразу отправился обратно.

Солнце уже начало клониться к горизонту. Лес постепенно менялся, дневные птицы затихали, зато всё чаще слышались незнакомые звуки: какие-то шорохи, потрескивание веток, шелест в кустах. Несколько раз я ловил себя на том, что начинаю прислушиваться к каждому подозрительному звуку.

— Нервы шалят, — проворчал я.

Однако шаг всё равно ускорил. Несмотря на скорость, до болота добрался уже в сумерках. Вторая куча руды терпеливо ждала там, где я её оставил, ну хоть здесь меня не пытается никто ограбить. Погрузка заняла совсем немного времени, сказывался опыт и нарастающая тревога.

Я уже собирался отправляться обратно, когда вдруг заметил, насколько сильно потемнело вокруг. Солнце практически скрылось за деревьями, а над болотом медленно поднималась серая дымка. Тени вытянулись и стали какими-то неправильными, неприятными, словно между деревьями стояла какая-то сволочь и наблюдала за моими потугами.

Я мотнул головой.

— Хватит уже себя накручивать.

Руки потянули волокушу, сдвинув её с места. Именно в этот момент где-то далеко в лесу раздался вой: протяжный, низкий, такой, от которого пробирает до самых костей.

Вой длился всего несколько секунд, после чего резко оборвался, и наступила полная тишина. Даже птицы замолчали.

Я медленно выпрямился и посмотрел в сторону леса, туда, откуда донёсся звук.

— Это был точно не волк… — шёпотом произнёс я.

Собственный голос прозвучал неожиданно тихо. В ответ из темноты никто не отозвался, однако где-то среди деревьев снова хрустнула ветка, а через секунду ещё одна, но сильно ближе, словно что-то большое медленно двигалось между стволами.

Я крепче сжал рукоять ножа, хотя мне почему-то совершенно не верилось, что эта железка способна помочь против существа, издавшего такой вой. А потом в глубине леса вспыхнули два бледно-голубых огонька.

Вторая рука разжалась, отпустив волокушу. Конструкция рухнула, заставив меня вздрогнуть от неожиданности.

Мозг лихорадочно искал выход из сложившейся ситуации, и побег, к которому он меня подталкивал, хоть и выглядел привлекательно, но был худшим из возможных вариантов.

Тем временем монстр приближался. Сквозь разодранные тучи выглянула луна, пробившись сквозь редкую листву и осветив площадку передо мной.

В двадцати метрах от меня стояло нечто, отдалённо напоминающее волка-переростка. И как только лунный свет коснулся его шерсти, монстр начал светиться лёгким синим светом. Пасть приоткрылась, обнажив здоровенные клыки, и тварь шагнула в мою сторону.

Тварь шагнула вперёд, заставив меня инстинктивно отступить. Манёвр повторился ещё раз, а потом мозг наконец закончил анализировать ситуацию и выдал единственно разумный вывод.

— Да ну тебя к чёрту! — вырвалось у меня.

Развернувшись, я рванул прочь, вкладывая в этот рывок всю доступную энергию. Позади раздался утробный рык, а следом захлюпало болото. Монстр бросился догонять добычу.

Первые несколько секунд я ещё надеялся просто удрать. Всё-таки молодое тело, адреналин и огромное желание жить творят чудеса. Но проблема заключалась в самом болоте: каждый второй шаг нога проваливалась в грязь, и мне становилось всё сложнее передвигаться, и это при том, что волокуши я бросил сразу вместе с рудой.

Плевать на добычу, сейчас меня интересовало исключительно собственное выживание.