Сегодня деревня выглядела необычно тихой, скотину никто не выгонял. Люди ходили хмурые, переговаривались вполголоса, а возле одного из дворов я заметил того самого мальчишку‑пастуха. Судя по его виду, вчера ему досталось от всех, кому только не лень. Впрочем, помочь пацану я всё равно ничем не мог.

Я примерно помнил направление, куда обычно гнали стадо, поэтому вскоре мы с Барсиком вышли к знакомой поляне. Ошибиться оказалось невозможно. Земля была буквально истоптана сотнями копыт.

Мы медленно пошли вдоль следов, внимательно рассматривая землю. Основная масса животных держалась вместе, что вполне ожидаемо. Но спустя несколько минут взгляд зацепился за странность: три цепочки следов уходили в сторону, причём каждая отдельно от остальных.

– Любопытно…

Я двинулся по следам, желая выяснить, куда животины направились.

Далеко идти не пришлось. Примерно через сотню метров трава стала примятой, а на земле обнаружились бурые пятна, которые сложно было спутать с чем‑то другим. Видимо, коровки решили здесь устроить день донора. Причём крови оказалось довольно много. Рядом ещё и хорошо читались следы борьбы. Видимо, пациенты сопротивлялись, изрыв землю копытами и сломав ближайшие кусты. Однако это их не спасло, потому что дальше… Я невольно нахмурился. От места схватки в сторону леса тянулись широкие полосы волочения, словно кто‑то утащил добычу, а коровка, на минуточку, не десяток килограммов весит.

Барсик тихо зарычал, и шерсть вдоль позвоночника слегка приподнялась. Я внимательно посмотрел на кота.

– Что‑то чувствуешь?

Тот не сводил взгляда с леса, но, что удивительно, вперёд всё равно пошёл первым. Это немного успокоило. Если бы опасность была совсем рядом, он вёл бы себя иначе, например предложил свалить.

Мы осторожно вошли под кроны деревьев. Лес встретил нас привычной прохладой, сняв часть напряжения.

Я старался ступать как можно тише, чтобы не привлекать лишнего внимания. К счастью, следы читались довольно легко, и играть в следопытов не было необходимости.

Далеко идти не пришлось. Я даже остановился от неожиданности, когда увидел на пути то, что ещё недавно было коровой. Остались, правда, от неё только рожки да ножки, ну и шкуры немножко… Тьфу блин, всякий бред в голову лезет.

Я медленно выдохнул.

– Ничего себе аппетит…

Такое не мог сделать обычный волк, даже несколько.

Я быстро проверил остальные следы и ожидаемо обнаружил ещё две туши. Картина повторялась почти полностью. Кто бы ни устроил здесь пир, он сожрал больше тонны мяса. Причём максимум за ночь. Мне стало откровенно не по себе.

– Нет… – я покачал головой. – С таким знакомиться желания нет.

В этот момент позади послышались голоса, заставив меня присесть от неожиданности.

Барсик тоже повернул голову, а через несколько секунд голоса стали отчётливее.

Я осторожно выглянул из‑за дерева и увидел, как по лесу двигалась группа деревенских. Человек восемь с копьями и топорами. Похоже, они наконец решили самостоятельно разобраться с исчезновением коров.

– Вот только вас мне сейчас и не хватало…

Встречаться с ними совершенно не хотелось. Даже если кто‑то видел, как я уходил из деревни, объяснять своё присутствие здесь было бы слишком долго. А главное – слишком много вопросов. Почему именно сюда пошёл? Откуда вообще догадался искать здесь? Что ещё видел? Нет, пусть без меня разбираются.

Я дождался, пока деревенские пройдут чуть дальше, после чего аккуратно обошёл их стороной и двинулся обратно.

К полудню мы с Барсиком уже вернулись домой. Закрыв за собой калитку, я устало опустился на лавку и некоторое время просто молча сидел.

Совесть неприятно шевельнулась ещё раз, но теперь уже значительно слабее. Если подумать… Моей вины здесь действительно не было. Да, кристалл исчез, и его проглотила ящерица. Но передо мной лежали три растерзанные коровы. Это сделал какой‑то новый хищник, крупный и очень прожорливый. Самое главное, что ящерица здесь ни при чём.

– Значит, это уже не моя проблема…

Я ещё немного посидел, пытаясь прийти к согласию с собой, но потом всё‑таки поднялся.

– Тем более деревенские меня и так не особо жалуют.

С чего вдруг я должен рисковать своей шеей ради людей, которые совсем недавно готовы были смотреть, как меня убивают? Ответа, естественно, не нашлось, да и искать его уже не хотелось.

Я вышел под навес, посмотрел на остатки огромной щуки и принялся дальше разбирать трофеи. Работы хватало и без очередного неизвестного чудовища, объявившегося в окрестностях деревни.

За несколько следующих часов двор наконец приобрёл нормальный вид. Остатки рыбы я перенёс в чулан. Там было заметно прохладнее, чем на улице. Конечно, мясо этой щуки вряд ли испортится за пару дней, но привычки – штука упрямая.

Следом туда же отправились засоленные свёртки шкуры. Пока соль вытягивает влагу, трогать их всё равно бессмысленно. Я ещё раз осмотрел двор: добыча убрана, инструменты разложены по местам, даже коптильню успел привести в порядок.

– Красота…

Я с удовольствием потянулся. Солнце уже заметно сместилось к западу. Полдень давно миновал, а вместе с этим пришла самая настоящая жара. Я лениво огляделся.

– И чем теперь заниматься?

Все ближайшие планы неожиданно закончились. Разве что выполнить обещание, данное Марте. Разделочный нож сам себя не выкует, но делать его здесь… Я посмотрел на пень, заменявший мне наковальню.

– Не на коленке же его ковать.

Для нормальной работы всё равно придётся идти к Грегу и снова договариваться насчёт кузницы. Я тяжело вздохнул. Именно в этот момент с улицы донеслись голоса, которые приближались к моему двору, и было их слишком много.

– Чего там эти товарищи снова затеяли?

Подойдя к калитке, осторожно выглянул наружу и невольно замер. По дороге прямо к моему дому двигалась внушительная толпа. Человек пятьдесят, а может, и больше. Создавалось впечатление, что собралась не только вся деревня, но ещё и соседей для убедительности позвали.

– Очень интересно…

Ничего хорошего подобный визит явно не предвещал. Сильно сомневаюсь, что они решили поздравить меня с днём рождения. Хотя… Я даже задумался.

– А вдруг сегодня действительно мой день рождения?

Мысль показалась настолько нелепой, что я сам невольно усмехнулся. А толпа тем временем остановилась прямо возле моего двора, и вперёд вышел один из охотников.

– Серж! Выходи!

Я пожал плечами.

– Уже иду.

На всякий случай оставил Барсика во дворе. Незачем лишний раз нервировать людей. Закрыв за собой калитку, спокойно подошёл к собравшимся.

Охотник внимательно посмотрел мне в глаза.

– Мы пришли от имени всей деревни.

– Очень рад за вас, – попытался я выдавить дружелюбную улыбку.

– Твой зверь виновен в гибели трёх наших коров.

Я даже не сразу понял смысл сказанного.

– Чего?

– Твой питомец убил их, и потому ты должен возместить ущерб.

Я поперхнулся от неожиданности.

– С чего вы вообще решили, что это сделал Барсик?

Охотник развёл руками так, словно ответ был очевиден.

– А больше некому. В округе уже давно не видели крупных хищников. Зато у тебя живёт дикий зверь.

Кто‑то из толпы сразу поддержал:

– Да ещё и магический!

– Говорят, они жрут в несколько раз больше обычных!

– Коров нашли совсем рядом с деревней!

Я несколько секунд молча смотрел на этих людей, потом всё‑таки решил попробовать объяснить.

– Хорошо. – Я поднял ладони. – Давайте рассуждать спокойно.

Толпа немного притихла.

– Каждая корова весит килограммов четыреста… а то и все пятьсот. – Несколько человек согласно кивнули. – Три коровы – это больше тонны мяса. Даже если убрать кости, внутренности и всё остальное…

Я посмотрел прямо на охотника.

– Вы серьёзно считаете, что мой маленький котёнок сожрал полторы тонны мяса?

В толпе послышался недовольный ропот.

– Какой ещё маленький котёнок?