— И сейчас говорит? — спросил я, завороженный.

— И сейчас. Но редко. Понял, что не со всеми говорить следует. Еще говорят, он до сих пор эту землю от беды хранит. Если убрать его из круга, беда будет.

— Лучшей цели не найти, — согласился я.

— Но ведь амулеты ты нашел. Значит, нарушил планы их.

— Вдруг они еще что придумают. Ты присмотри за этим местом, бабушка, — попросил я. — А я пока постараюсь из-под них еще какой камешек выбить, чтобы и не думали о черепе. А сейчас пора мне. Спасибо тебе. Но поздно уже, а я и без того у тебя время отнял.

— И куда ты собрался в такую темень? Вон, на печку ложись да спи себе.

— Так я же… — начал было я, помня, что людям в таких местах лучше не ночевать.

— Ты не совсем человек, тебе можно, — успокоила Яга.

Я не стал спорить — действительно темно, даже луны не видно, а я устал за день.

Утром проснулся с рассветом. Вроде и не доспал, но ощущения говорили, словно выспался на месяц вперед. Такой бодрости не ощущал уже давно. Яга уже тоже поднялась и хлопотала с завтраком.

Мы поели, я еще раз поблагодарил бабушку и отправился в город. Заехал в квартиру принять душ и переодеться и отправился в городскую управу.

Но не успел доехать, как увидел Перова. Он вышел из манакара, воровато оглянулся и зашел в какой-то дом в дворянском районе. Как интересно. Я посмотрел на адрес и стало еще интереснее — это дом городского главы.

Я припарковался неподалеку и стал ждать завершения этого неофициального визита.

Ждать пришлось недолго, всего минут двадцать. Потом Перов вышел, снова оглянулся, сел в манакар и уехал.

Разумеется, я отправился следом. Уже на повороте увидел, как из дома вышел грузный мужчина в костюме, подъехал манакар представительского типа, лакей открыл дверцу. Дальше настала мне пора сворачивать, но и досматривать смысла не было. Очевидно, что это глава города отправился по делам.

А Перов явно направлялся в контору. Если вдруг заметит, скажу, что еду туда же. Тем более это правда. По пути я размышлял, что же он там делал. Понятно, что это был не светский визит с чаем и кофе. Они быстро переговорили и разошлись. И понятно, почему не по телефону — звонок отследить проще, чем человека. Если бы я сейчас не ехал мимо, ничего не узнал бы. Но о чем они могли говорить?

Наверняка поручик уже узнал об инциденте на складе таможни от своего человека там. Или не человека. И что? Пошел докладывать начальству? Да, скорее всего. Без городского главы тут не обошлось. Им теперь нужен новый план. Его и обсуждали? Впрочем, слишком быстро завершился визит. Больше всего похоже на получение инструкций.

К конторе я подъехал сразу за Перовым и догнал его у дверей. Его взгляд, когда я вежливо поздоровался, удивил. Граф словно был ждал от меня чего-то. Ясно чего. После посещения склада я обязан выяснить с ним отношения. Но не в конторе. Если придется драться, объяснять причины будет долго и сложно. А мне хватает сложностей. Потому я прикрыл перед ним дверь.

— Предлагаю поговорить где-нибудь на природе, — с вежливой улыбкой сказал я.

— Что так? Чем вам не нравится кабинет, Дмитрий Михайлович? — с подчеркнутой вежливостью уточнил Перов.

— Вдруг разговор свернет не туда. Придется ремонт делать. Кому-то из нас, Андрей Николаевич.

— Оригинально, — со смешком заметил он и кивнул. — Ладно, поехали. Я за вами?

— Нет, думаю, одного манакара нам хватит. Мы же не будем начинать разговор в дороге.

Граф еще раз хмыкнул и пошел обратно на стоянку. Поехали на моем. Молча. Дважды Перов порывался что-то сказать, но сам себя останавливал. Один раз потянулся к колесу радио, но тоже передумал.

Так, в тишине, мы выехали из города. Я еще плохо знал окрестности, потому привез нас в то ущелье, где на меня напали тролли. Расчет у меня был простой — чтобы нас никто не увидел и не потревожил. А тут достаточно уединенно Периодически я поглядывал в зеркало заднего вида, но за нами никто не ехал.

— Интересное место, — прокомментировал Перов, когда вылез из манакара.

С гор дул холодный ветер, по небу бежали низкие облака, но дождя не обещали. Тела троллей уже пропали и ничто не говорило о недавнем бое. Мы прошли чуть дальше, где ветра не было и не приходилось повышать голос.

— Итак? — начал мой оппонент. — На каком языке будем говорить?

— Я бы начал с русского разговорного. Желательно без перехода на матерный. Язык рун оставим на крайний случай, — предложил я.

— Начинайте, капитан.

— Начинаю, — вздохнул я, а так надеялся на его первый ход. — Вы уже знаете о вчерашнем инциденте на складе таможни. Знаете, что я там нашел. Знаете, что могу предъявить вам обвинение по нескольким статьям. По логике вы сейчас должны уже сидеть в дирижабле и лететь вглубь губернии или даже в Сибирь, где еще проще скрыться. Или даже идти в Канаду. Вместо этого вы тут, Андрей Николаевич, спокойно ходите в гости к главе города и на работу. Это я молчу о том, что вы наследили в других документах. В чем подвох?

Он вздохнул. Мне даже показалось, что с облегчением. И осмотрелся по сторонам.

— Тут никого нет, — успокоил я его.

В прошлый раз я увлекся изучением следов, потому и не заметил приближения троллей сразу. Сейчас я активизировал новое умение, каким тогда в Нави нашел Горыныча, и точно знал, что на километр вокруг нет ни единой разумной души.

И тут я немного напрягся. А не потому ли Перов так легко согласился на разговор наедине? И не от того ли облегчение, что он готов начать драку? Я начал продумывать, какие руны чертить, но это не понадобилось.

— У меня была неделя, чтобы подчистить все по документам в конторе, но я этого не сделал. И тем, что забрал квартиру, хотел тебя лишний раз позлить, — заявил он, перейдя на «ты». Я удивился, но прерывать не стал. — Теперь что касается склада. Я уже знал, что скоро меня сменят. Я узнал, кто именно едет мне на замену, и обрадовался, что это именно ты. Потому намеренно сделал так, чтобы ты заметил это нарушение и предотвратил его развитие.

— Польщен. Но давай ближе к делу, — поторопил я.

— Хорошо. Я виновен. Ради лучшей жизни я работал на леди Скарлетт, — прямо заявил граф. Руки при этом держал опущенными и раскрытыми ладонями ко мне, показывая, что ничего не делает и ничего не прячет. — Сначала это была ерунда, ничего серьезного — выяснить то да се. Мне тогда казалось, что ничего серьезного. Но недавно она приказала кое-что сделать. И я понял, что все это звенья одной цепочки. И ведут они меня к измене. А я не предатель.

— Ты сознательно начал работать на иностранную подданную и считал, что это не измена? — искренне удивился я такой наивности. — Или маленькая измена — не измена?

— Я на половину альбионец, — с тяжелым вздохом сказал он. — Я скрыл это, когда поступал на службу. Официально моей матерью записана жена отца, но на самом деле я сын его любовницы из Канады.

— Уверен, это трогательная история. Но сейчас важно другое: она тебя шантажировала?

Перов коротко кивнул. Теперь многое становилось понятно. Но не все.

— Но я никогда не считал себя одним из них. Я русский и всем обязан России. Просто… немного обидно стало, что меня из Новосибирска отправили сюда. Вот я и… — он болезненно поморщился. — Позволил ей собой крутить. Очнулся, когда, Скарлетт потребовала дать первый коридор фейри. В тот раз я не мог ничего сделать. Группа прошла. Благо, Яга с Баюном не спали. Во второй раз я уже сам предупредил.

— Я говорил с ней, Яга не упоминала тебя.

— Разумеется. Знаешь же — что знают двое, то знают все. Я боялся, что если расскажу ей, она или ее кот случайно могут выдать меня. Так что я сделал все аккуратно. А потом они поняли, что попытки прорваться будут регулярными, и больше сами не дремали.

— Значит, ты сделал так, чтобы я заметил нарушения и вывел на этот разговор, — задумчиво произнес я. — А ты не думаешь, что это все выглядит так, словно ты специально себя выгородил, хотя на самом деле продолжаешь работать на Скарлетт? Я бы все равно на тебя вышел, даже если бы ты подчистил концы.