— Кто⁈ — ошалело воскликнул Хилков, когда я уже надевал пальто у двери.

— Именно он, — усмехнулся Перов и поднялся. — Наш капитан на короткой ноге с сильными мира сего.

— И об этом тоже никому не говорить. — Все правильно понял молодой князь.

— Да, даже маме на семейном обеде, — проворчал Андрей.

— Я понял с первого раза, господин поручик, — холодно ответил Хилков. — Да, вы так и не сказали, что и когда собираются красть?

— Уже все началось. Артефакты. Два предмета мы смогли отбить, один как раз перевезли в Канаду позавчера. Мы ждем еще четыре кражи, но что, где и когда только догадываемся. Часть из списка хранится в Нави, — пояснил я без особой конкретики.

— Поэтому тут бывал офицер Надзора?

— Да. Пока занимайтесь текущими делами. Но если понадобится, я привлеку вас и к этому делу, — пообещал я, а сам очень понадеялся, что не придется.

Мы вышли и я закрыл дверь. Рык безмолвно шел за мной. Корнету про него пока не говорили — еще выдаст случайно реакцией.

До дома я домчался быстро. Хорошо, что Хилков зашел сразу и разговор с ним продлился не так долго. Так что в Москве сейчас еще не глухая ночь и есть шанс, что никого не разбужу.

Так и случилось. Ответил мне Даниил. Он уже вернулся из Таганрога и порадовал хорошей новостью — мой предшественник пережил покушение и рассказал как все было. Чернышева сначала попытались убить, а когда ничего не вышло, состряпали ложное обвинение в измене. И предложили выбор: или он тихо уходит и молчит, или делу дают ход. Штабс-капитан попытался сунуться к Черкасскому, но оказалось, что он в деле. И он ушел, чтобы не навлекать позор на род. Жаль, что для меня эти сведения уже не актуальны. Зато будет еще один пункт в обвинении главы Алексеевска. А вот в вопросе с ним Даня еще не разбирался и позвал отца.

— Есть возможность придержать арест, Дима? — спросил Роман Алексеевич, когда я закончил отчет.

— Если только пару дней. Вряд ли он считает нас идиотами. Уверен, князь уже ждет нас с конвоем. Думаю, может попытаться сбежать.

— Вот если так, то берите, а пока придержите — нам надо время в Хайдеске.

— Не хочу огорчать вас, Роман Алексеевич, но и я не считаю Черкасского идиотом, — сдержанно сказал я. — Как только он поймет, что мы готовы его прижать, он позвонит своим подельникам в столицу губернии.

— Вот и отлично! Поставь прослушку на его телефоны. — По тону князя я понял, что эта идея пришла ему только что. В принципе, здравая мысль — глава Алексеевска сам выдаст нам остальных предателей.

— Займусь немедленно, если еще не поздно, — сказал я. — Звоните на этот номер, ваша светлость для координации действий — я попрошу домового ответить, если меня не будет.

На том мы и распрощались. Я в который раз пожалел, что в этом мире сотовая связь еще только в разработке, и устроил бурную деятельность.

Конечно, домовой не обрадовался роли секретаря, но отказать мне не смог. Потом я позвонил Перову, велел взять оборудование и ехать на АТС, куда и сам отправился.

Только не успел я дойти до двери, как появился домовой.

— Погодь, Темный. Альберт шлет тебе привет и послание.

— Что случилось? — спросил я с плохим предчувствием.

— Тот приятель убитого тобой Смита, Дэниел Вессон, ушел из консульства. Порталом.

— Он видел другую сторону? — мрачно уточнил я.

— Это какой-то город. В Европе.

Я снова бросился к телефону и набрал дом Юсуповых.

— Уже соскучился? — удивился Даня.

— Нет. У нас порталом ушел один британец. Его напарник погиб при краже Гостя.

— Куда ушел? — напрягся мой друг.

— В европейский город. Какой, не знаю.

— Спасибо, я в Оружейную палату, — протараторил он и бросил трубку.

Мне оставалось пожелать удачи и ехать на встречу к Перову. На всякий случай я еще предупредил Кощея.

Предельно тихо и осторожно они шли по коридорам и лестницам. Взламывали замки и открывали тяжелые двери.

Старший из них, мужчина немного за сорок, с прилизанными рыжими волосами и гладко выбритым круглым лицом нес большой палец старшего охранника этого места. Ноша кривила его лицо в гримасе предельной брезгливости, потому что он даже не мог положить палец в пакет — приходилось поддерживать в нем циркуляцию крови и температуру живого тела. А иначе система охраны поймет, что палец мертв и поднимет тревогу.

Его подельники, два ловких молодых человека, то и дело бесшумно скрывались в ответвлениях коридора и так же бесшумно возвращались. Иногда старший слышал вздох или стон и знал, что помощники убирают свидетелей и охранников. И они шли дальше. Пока все выглядело легко и просто.

И вот она, дверь в главную сокровищницу. Охрану сняли помощники. Рыжий главарь достал палец второго охранника, поморщился и тоже напитал его кровью и теплом. Передал одному из подельников и они одновременно приложили пальцы к датчикам по обе стороны от двери. Металлические створки разъехались в стороны, но расслабляться еще рано.

Их взглядам открылись богатства этого места. Артефакты разных времен и народов. Некоторые считались легендой или вымыслом, а еще о десятке вещиц не писалось ни в одном учебнике, сказке или каталоге. Они пришли за одним из них, большим темно-красным рубином.

Только чтобы достать его, надо было пройти через лазерные ловушки. Для этого он и взял этих ловких и гибких ребят. Один из них надел специальные очки и увидел лучи лазера. Кивнул и отправился внутрь.

Вскоре он вернулся с рубином. Но удача расслабила и он задел последний лазер. Рыжий недовольно поджал губы, взял из его рук рубин и втолкнул обратно, когда двери почти закрылись под завывание сигнала тревоги. А потом движением головы приказал второму следовать за собой.

Они пробегали и двери захлопывались у них за спиной. И вот, наконец, портал за одной из них, там, где защита от магии Подмиров заканчивается. А перед порталом дверь. Закрывалась.

Ловкий помощник быстро оценил ситуацию, вырвал рубин из рук главаря и бросился вперед.

— Стой! Нет! — крикнул рыжий и побежал следом.

«Приказ князя Юсупова: немедленно арестуй консула и главу города. Из Ватикана только что похищен Глаз Дьявола». Прочитал я в блокноте всего через час прослушивания звонков Черкасского и альбионского консула. И тяжело вздохнул. Ничего интересного мы не услышали, так что вряд ли они замешаны в этой краже. Консул тут причастен только тем, что давал приют Вессону.

— Наручники при себе? — спросил я Перова. — Идем.

— Что случилось? — спросил он.

Я пояснил по дороге. Поручик поморщился и покачал головой.

— Если из Ватикана, то вряд ли они будут переправлять сюда. Один раз они чудом успели. Вряд ли будут рисковать снова, — заметил он. — Кажется, в Москве паника.

— Или хотят обезвредить их перед следующим шагом Скралетт.

Мы подошли к двери дома князя Черкасского. Андрей нажал кнопку звонка. И раздался выстрел.

Мы удивленно переглянулись.

— И все? А молния? А «кто там» хотя бы? — с насмешкой сказал Перов так, чтобы услышали с той стороны двери.

Я уже собирался зачитывать пункты обвинения, но слова поручика натолкнули на неприятную мысль. Черкасский чародей. А ни один чародей в мире не подумает брать в руки огнестрельное оружие, пока способен чертить руны. Значит, там не он. А кто? И где сам князь?

— Погоди, — сказал я тихо и повернулся к Рыку. — Горбунков поблизости нет? Или уже ушел?

Волк прислушался, принюхался и оскалился.

— Ты проницателен, Темный. Горбатый спешит сюда со всех копыт. Я слышу его цоканье в Нави, — сказал он, снова прислушался и издал звук, ближе всего похожий на человеческий смешок. — Только проблема у него будет. Изба эта защищена от проникновений. Этот человек даже домового своего выгнал. Теперь лошади придется ждать его снаружи.

— Значит, у нас есть шанс его перехватить, когда выйдет, — воодушевился Андрей. — Где это будет, Серый? Э… Рык.