Это он мне сейчас про декана (считай себя!) напомнил? Но я, все равно, кажется покраснела до корней волос.

— Ты мне ещё за это ответишь! — прошипела я.

— Каюсь и заранее готов к любому наказанию, — он обезоруживающе улыбнулся.

-А вот фигушки тебе! Рано расслабился, декан. Думал, я всё забыла и простила? Как бы не так! Вчера был не голос сердца, вчера был чистый голос коньяка. Ты меня в лес отправил? Отправил. Маячок в грудь всадил? Всадил. Вот и мучайся теперь, гадай — то ли я реально так сильно люблю, то ли просто перебрала с алкоголем. Помучайся -помучайся, тебе полезно... Пятьсот лет как-то жил без меня, вот и ещё пару дней в неопределённости не развалишься!

— Маленькая злюка, — нежно прошептал Киллиан мне в самое ухо.

— Какая есть! Сам решил, что хочешь быть со мной, я никого насильно не держу.

- А я не собираюсь никуда уходить!

Глава 43

Глава43

Яркий луч сферы вёл нас вглубь леса практически весь день и, похоже, не собирался останавливаться. Я смертельно устала. Ноги гудели от напряжения, а в боку неприятно кололо. Рядом плёлся Шанти, практически всю дорогу нывший, что такая кочевая жизнь не для него, и вообще — у него нежные лапки, не предназначенные для хождения по лесу.

Наконец, когда стало смеркаться, Киллиан сжалился над нами. Он положил сферу назад в шкатулку и объявил привал. В эту минуту я готова была не то что расцеловать его, а простить за все обиды разом!

— Пока посиди, отдохни, а я соберу ветки для костра, — сказал он, сбрасывая вещи.

Ну я же говорю — святой человек!

Пока Киллиан обустраивал лагерь для ночлега, я облокотилась о ствол старого дерева и тихонько наблюдала за ним. У него были широкие плечи и мощная грудная клетка. Рукава чёрной рубашки были подвёрнуты до локтя, обнажая бронзовые от загара мускулистые руки. Мышцы перекатывались под кожей, когда он ломал ветки. Мускулистыми были и его ноги, которые сейчас туго обтягивали кожаные штаны, совершенно не оставляя места для воображения. Было видно, что физической подготовкой он занимался всерьёз и регулярно. Да и вообще, все черты его лица, начиная от густых тёмных бровей и заканчивая твёрдым, упрямым подбородком, носили отпечаток силы и, наверное, даже некоторой жёсткости.

И сейчас, когда он так трогательно заботился обо мне, помогал, не сказав ни одного слова в упрёк за мою медлительность, я как никогда была уверена: этот мужественный, но такой нежный мужчина — самый идеальный человек во всех мирах.

Я засмотрелась на его чёткий профиль и невольно поймала себя на абсурдной мысли: а ведь он неплохо держится для своего возраста! Пятьсот тридцать лет, на минуточку. Я-то, зная, как выглядят стары люди, подсознательно ожидала увидеть классического старика: с обвисшими брылями, кожей, сморщенной в индюшиную попу, и пигментными пятнами по всему телу. Думала, там вместо пресса — мешок с костями, а под глазами такие впадины, что в них можно хранить запасы на зиму. А этот… ничего так, бодрячком. Молодцом держится, пенсионер магического труда!

Боже, Даша, очнись! О чём ты думаешь? Ты сама о нём мечтаешь, грезишь о близости и плавишься от его поцелуев, а в голове при этом проводишь ревизию его морщин. Даша, ты в другом мире! Тут продолжительность жизни другая. Так что выдыхай и просто наслаждайся видом, пока дают.

Чтобы не казаться совсем уж бездельницей, я принялась готовить ужин. Как хорошо, что я догадалась купить столько продуктов и сразу засунула их в свой пространственный карман. Ну как чувствовала!

Периодически Киллиан беспокойно поглядывал в мою сторону, думая, что я этого не замечаю. А я видела каждый его взгляд и тихо радовалась, что он рядом. На самом деле, этот человек сделал для меня больше, чем все люди, которых я знала, вместе взятые. Нет, конечно, Роянну я помнила и понимала, что без её помощи, скорее всего, умерла бы тогда в лесу. Но потом она бросила меня в пылающем доме и просто исчезла. А Киллиан всегда был рядом. Учил, объяснял многие вещи, но главное — он всегда поддерживал меня и не смеялся, когда я творила глупости. А ещё главнее — от меня ему нужна была просто я.

Ужинали мы, сидя близко -близко друг к другу. Мне вообще казалось, что Киллиан специально выбирает место посреди лагеря так, чтобы как можно чаще, словно невзначай, дотрагиваться до меня. А я что? А я не против. Мне это было очень даже приятно. Но я, конечно, делала вид, что совершенно ничего не понимаю. Я же его ещё не простила… Пускай немного помучается. Это полезно для профилактики.

Утром, после плотного завтрака и традиционных стенаний Шанти, мы снова выпустили сферу и продолжили путь в глубь леса. Киллиан сегодня шёл рядом со мной и рассказывал о себе, о своей жизни в Светлой империи, о надеждах и мечтах, которые так и не осуществились. Я слушала и начинала больше его узнавать, понимать его как человека, а не как «мистера совершенства».

Оказывается, он мечтал стать моряком! Хотел плавать в кругосветки, открывать новые земли, находить новые товары для своей империи, которую он искренне любил. Но для того, чтобы отец отпустил его в море, тот поставил условие: для начала поработать в Тёмной империи, чтобы понимать, чем он потом сможет помочь в торговле с ней. Так он и оказался на государственной службе.

Во время одной из остановок, которые мы всё-таки решили делать, Киллиан подсел ко мне ближе, крепко обнял и ещё раз попросил прощения. Он обнимал меня так сильно, словно боялся, что я исчезну, и целовал мои руки и волосы. То в нос чмокнет, то в щеку, пока я наконец не повернулась, и наши губы встретились.

Поцелуй вышел невероятно нежным. Киллиан целовал с такой тоской и мольбой, что у меня сердце защемило. Я хотела сказать ему, что простила, что не держу зла, но промолчала. Не сказала, потому что в глубине души мне всё ещё было очень обидно за ту ложь. Но я продолжала отвечать на его поцелуй. Мы снова целовались, и время будто остановилось. В этот миг не существовало ничего, кроме нас двоих: ни порталов, ни источников, ни сумасшедших убийц.

— Неужели! Закончились мои муки! Да чтобы я ещё раз когда-нибудь согласился зайти в лес! Да ни за что! — вдруг раздался весёлый крик Шанти, разрушая магию момента.

— Что ты там орёшь, как ненормальный? — я поспешно отстранилась от Киллиана, чувствуя, как краснеют щёки.

— А вы бы отлипли друг от друга хоть на секундочку и посмотрели немного левее! — кот, кажется, пребывал в экстазе. — И тогда бы увидели, что мы находимся практически возле портала!

И действительно, мы не дошли всего лишь метров сто до цели. Портал представлял собой огромную каменную арку, настолько массивную, что через неё могла бы проехать, наверное, целая повозка с несколькими лошадьми.

— И что дальше? — спросила я, разглядывая древнее сооружение.

— Если честно, не знаю, — Киллиан подошёл ближе, осматривая камни. — Я таким порталом ни разу не пользовался. Может, тут есть какой-то рычаг?

— А я вообще первый раз вижу портал живьём, — пожала я плечами. — Смотри сам.

Киллиан обошёл арку несколько раз, трогая и нажимая на все выступы, пробовал воздействовать магией, но так и не понял, как её активировать. Камни оставались холодными и безжизненными.

— Как думаешь, куда он ведёт? — спросила я, проводя рукой по шершавой поверхности.

— Не имею понятия… Рина, может, ты попробуешь? Всё-таки у тебя магия немного другая, вдруг получится?

Я, так же как и Киллиан, обошла вокруг арки, дотрагиваясь до всех выступов, но совершенно не понимала, как эта махина вообще может работать. А потом вдруг увидела на её торце практически стёртые, едва заметные письмена. Я принялась осторожно обводить их пальцем, пытаясь понять, на каком же языке это написано. Естественно, языка я не знала. Но когда я обводила последнюю, самую замысловатую руну, арка на секунду завибрировала, потом задрожала и… ничего. Всё стихло.

— Ты видел то же, что и я? — я обернулась к Киллиану с расширенными от удивления глазами.