— А ты кто такая? — она окинула меня подозрительным взглядом.

—Свидетели Иегова, блин! Соседка, я. Он выйдет? Ик... В смысле, позовите его, пожалуйста. Ик!

И тут из глубины дома донёсся его голос:

— Дорогая, кто там пришёл?

«Дорогая?!» Ах ты гад! Это что ещё за двойные стандарты? Вот, получается, кому он цветы носил! Пока я тут страдала и карму Роззи чистила, он тут с «дорогими» воркует!

— Козёл! — выпалила я прямо в лицо вышедшему Киллиану.

— Рина? Это не то, что ты подумала! Это…

— Пошёл ты! Козел! - Я была в ярости. Знала же, знала, что все они одинаковые! Киллиан оказался ровно таким же, как Егор и Лиам. Никакой разницы.

Оттолкнув его с пути, я бросилась к своему дому. Но, застыв у двери, поняла,что заходить внутрь не хочу. Не могу. Одиночество сейчас душило сильнее, чем хмель. «Вернусь к Лисе, — решила я. — Надо выплакаться. И выпить ещё».

Схватив свой самокат, я потащилась обратно к общежитию Академии. Но Лиса уже была не одна — к ней пришёл Чарро. Конечно, меня пригласили войти, и я даже честно просидела на краешке стула несколько минут. Но смотреть на их счастливые лица было невыносимо. Они так мило ворковали, что к горлу подступила горькая, чёрная зависть, а следом за ней — жгучая обида.

Почему меня никто не любит? Неужели я такой плохой человек? Что я делаю не так? Даже Шанти, единственный, кто понимал меня без слов, и тот меня бросил ради какой-то «цыпочки».

Кстати, а где он?

- А вы не знаете, где мой Шанти? Ик.

- Так ты его выгнала. – ответил мне Чарро.

- Я? Ик.

- Да! Сказала, что он мужик. А раз он мужик, значит тоже козёл.

- Да?

- Да! Он просил тебе передать, что будет ночевать у тёлочек. Я, конечно, не совсем понял причём тут телята…

- Понятно. У вас есть что-нибудь попить? Ик.

- Да, держи. - Чарро протянул мне кружку.

У меня дрожали руки, но я упорно поднесла её к губам и начала пить. По началу мне казалось, что это живительная влага, так было хорошо, но потом я поняла, что что-то тут не так.

- Фу! Что это за гадость?

- Это вода, Рина.

— Вода?.. — я разочарованно посмотрела в пустую кружку. — А где настойка? Ик!

— Вы её всю выпили, Рина, — вздохнул Чарро, аккуратно забирая у меня посуду. — Мне кажется, вы сегодня приговорили даже все соседские запасы. Давай, ложись уже спать.

Он попытался мягко уложить меня на кровать рядом с Лисой, которая уже мирно сопела, но я проявила чудеса гибкости и упрямства.

— Не-е-ет, — я решительно (как мне казалось) отстранилась. — Пойду домой.

— Куда ты пойдёшь в таком состоянии? — всполошилась Роззи. — Темно же!

— Домой! — отрезала я, пытаясь найти свои ноги где-то под столом. — В свой... ик... пустой дом. Где меня никто не ждёт. Где нет никаких «дорогих»!

Я встала, пошатнулась, поймала равновесие за счёт честного слова и косяка двери.

— Я сама! Я самостоятельная... независимая... женщина с самокатом!

Оставив друзей в полном шоке, я вышла в коридор общежития. Я шла покачиваясь,пытаясь удержать равновесие и тут дорогу мне преградила чья-то широкая фигура. Я с трудом сфокусировала взгляд. Роберт. Тот самый, который когда-то уже пытался распускать руки, за что и получил магический разряд вместе со своей Саяной. Видимо, память у него была короткая, потому что на его лице снова сияла эта самоуверенная, приторная улыбка.

— Рина? — он сделал шаг навстречу, преграждая путь. — Послушай, я тут подумал... нам всё же стоит сходить на свидание. Забудем старое? Я сожалею что так поступил в прошлый раз.

Я посмотрела на него как на надоедливое насекомое. Хмель в голове требовал справедливости, а злость на «всех мужиков -козлов» искала выход.

— Так иди исповедуйся, может легче станет!? Ты кто вообще такой? — я грубо оттолкнула его плечом, едва не завалившись вместе с самокатом. — Сгинь с горизонта! Я тебя не знаю и знать не хочу. Чего пристал? Шёл бы ты мимо, пока цел.

— Не дури! Я хотел познакомиться поближе, — процедил он, преграждая путь. — А ты...

— Чего? Что ещё ты там хотел? — я вызывающе вскинула подбородок. — Слушай, «герой», в этом мире что, инкубатор по производству парнокопытных заработал на полную мощь? Все вы козлы, один другого краше! Отвали, пока я тебе копыта не поотрывала!

— Тоже мне, принцесса нашлась! — огрызнулся Роберт, и его улыбка моментально сползла. — А я вообще-то хотел предложить тебе руку и...

— Себе свою руку предложи! — отрезала я, даже не оборачиваясь. — Думаю, и приятней будет, и быстрее!

Я гордо пошагала прочь, стараясь, чтобы самокат не вихлял из стороны в сторону. Вот же придурок! И Киллиан придурок, и этот Роберт — два сапога пара. Один бьёт друзей, другой лезет со своей «рукой», когда его не просят. Если уж и выбирать из всех зол, то лучше бы я действительно выбрала декана Вэйна. Он хотя бы надёжный, как старый шкаф.

Хотя... декан. Он же старый! Ему, по ходу, перед поцелуями, а уж тем более перед сексом, нужно обязательно ЭКГ и Эхо делать. А лучше — сразу к нотариусу его затащить, пусть на всякий случай завещание напишет, а то ещё хватит инфаркт от избытка чувств, а мне потом объясняй страже, почему на теле почтенного руководителя академии обнаружены следы моей губной помады. Старость — не радость, зато наследство может быть интересным...

Боже, Даша, о чём ты думаешь?!

Холодный ночной воздух немного привёл меня в чувство, но только для того, чтобы я снова вспомнила лицо той девицы на пороге у Киллиана. Обида нахлынула с новой силой.

Ну и ладно! Ну и сиди там со своей... куклой! А я... а я лучше постою, пока ступеньки не пересчитала своим носом.

Глава 26

Глава 26

Киллиан

День не задался с самого утра. Сначала я шёл по ложному следу, потом навалилась гора бумажной работы, а под конец вызвал император. Пришлось отменить свидание с Риной.

Малышка... Такая страстная, такая весёлая... Вечная «девочка -катастрофа». Столько всего пережила, но, кроме мудрости и света, ничего в своё сердце не пустила. Моя!

Столько лет ожидания — и не зря. Впервые в жизни мне хотелось пойти на всё ради одной женщины. Последние месяцы я был счастлив. Так счастлив, что забил на дела. А такого со мной не случалось уже…Да никогда не случалось! Вот и накопилась куча бумаг.

В обед решил сбегать за цветами, порадовать девочку. Или откупиться за сорванный вечер. Решил, что хватит тайн — пора открыться ей до конца. Сегодня я решил рассказать, что декан и я -это одно лицо. Даже не представлял, что меня ждёт...

И вот я, счастливый идиот, стою с букетом и наблюдаю «занятную» картину: Рина идёт под ручку с очередным хлюпиком и улыбается ему. А потом он её целует.

В тот миг у меня просто снесло крышу. Ударил парня — и поделом, нечего даже дышать в её сторону! А Рине наговорил кучу гадостей. Я видел её растерянность, видел эти глаза... Но не мог остановиться. Боже, я сравнил её со своей бывшей, назвал дешёвкой. А она сказала, что любит...

Я унизил её. Обидел. Как я мог сравнить её с той ветреной, злой эгоисткой, в которую когда-то, как мне казалось, был влюблён? Идиот!

Уже потом я вспомнил, что этот парень — её друг. Понял, зачем был нужен этот спектакль. Цветы! Однажды она уже ревновала меня к букету... Я всё испортил! Как я мечтаю забрать эти обидные слова обратно. Такого чувства вины я не испытывал ещё никогда.

После встречи с императором сразу бросился к ней, но Рины не было дома. Надо было сразу, как только дошло, бежать и вставать на колени, но государственные дела не переносятся... А потом она сама пришла ко мне.

Лучше бы не приходила! Теперь я не знаю, как доказать ей, что с Элоизой у меня ничего нет. Рина послала меня, не захотев даже выслушать. Может, дать ей время остыть? Нет. Она выпила, а зная её характер в сочетании с алкоголем — натворит глупостей!

Проследив, куда она уехала на своём самокате, я понял: к студентке Лейман.