— Я, кажется, даже не удивлён… — протянул я, скрестив руки на груди.

— Убери это с меня! Живо! — прошипела она, сверкая глазами. — Я пошевелиться не могу!

— Сейчас, сейчас, — я неспешно направился к ней, едва сдерживая улыбку.

— Что это вообще такое? — взвизгнула Рина, когда очередная веточка плюща щекотно мазнула её по шее.

— О! Это дикий плющ, и он очень…

Я хотел сказать «крепкий», но Рина, у которой воображение всегда работало быстрее логики, перебила меня на полуслове:

— Ядовитый?! Да? Боги, я что, умру?!

Я сделал максимально серьёзное и скорбное лицо.

— Очень ядовитый. Я даже не знаю, как теперь тебя спасать… Мази у меня с собой нет, противоядия тоже… Что же делать, ума не приложу...

— О боже! — выдохнула она, и в её глазах отразился такой искренний ужас, что мне стало почти стыдно.

Похоже, эта девчонка совершенно не понимает шуток, когда её пытаются сожрать кусты.

Рина

Утром я решила прогуляться и посмотреть на то место, которое вчера зацепило взгляд: там росли странные кусты неонового цвета с крупными бутонами. Я шла и вдохновенно рассуждала о том, что магия — это прежде всего гармония с природой. В моём мире такой красоты я не видела, а здесь всё было такое… живое.

И в этот момент я прошла слишком близко к одному из кустов. Раздался странный звук, похожий на «чмок», и я почувствовала, как что-то резко дёрнуло меня за голову.

Какой - то куст решил, что мои длинные локоны это редкий вид моха, и намертво вцепился в мои волосы. Но этого ему показалось мало: почуяв запах моего ароматного масла, куст возомнил, что я передвижной десерт, и начал медленно подтягивать мою голову к своим широким листьям.

— Ой! — только и успела пискнуть я.

Я пыталась бороться с этим ботаническим агрессором, но только больше испачкалась, зайдя по колено в болото. И тут, как назло, из домика выскочил Киллиан и начал вещать, что куст ядовитый. Умирать я пока не собиралась и в принципе верила, что мой «Мистер совершенство» что-нибудь придумает, но после его слов об отсутствии какой - то там мази у меня всё равно случилась истерика.

— Да успокойся, я пошутил! — крикнул он.

Пошутил?! Ну, я ему это припомню!

— Рина, не двигайся!

— В смысле «не двигайся»?! — прохрипела я, согнувшись в три погибели, потому что куст оказался на редкость сильным. — Он меня сейчас съест!

Я стояла в позе «зю», Киллиан пытался разжать лепестки-зубы этого наглого растения, а мой внутренний голос снова зашёлся в крике: я так и знала! Мне даже природой наслаждаться нельзя! Стоит нам с Киллианом остаться наедине, как мироздание тут же подсовывает мне какой-нибудь позор. Какая тут гармония? Тут целый "Парк Юрского периода", и я в нём — главный деликатес!

— Сейчас, Рина, ещё чуть-чуть... — Киллиан шепнул какое-то заклинание, и куст, обиженно чихнув, выпустил мои волосы.

Я выпрямилась, пытаясь сохранить остатки достоинства, хотя из причёски теперь торчал жёлтый лист, а один локон стоял дыбом, как антенна для связи с космосом.

— Ну... По крайней мере, мы выяснили, что я нравлюсь не только тебе, но и местному гербарию. У меня просто бешеная популярность в этом мире!- а что ещё говорить? Надо же как то сохранить чувство собственного достоинства!

Киллиан посмотрел на мою «антенну», потом на моё пылающее лицо, и в его глазах снова заплясали смешинки. Но он, видимо, всё-таки решил поберечь мою расшатанную психику:

— Пойдём, тут недалеко есть речка. Приведёшь себя в порядок. — Он внимательно меня осмотрел. — Запасная одежда есть?

— Есть!

Да! Одежду я взяла, а про еду не подумала. Ну, а что? Я же с мужчиной собралась в путешествие. А мужчины у нас кто? Правильно, добытчики! Так что я, совершенно не краснея, отправилась отмываться.

Искупавшись в прохладной воде и переодевшись в чистое, я вернулась в домик и застала Киллиана за готовкой.

— Ты идеальный мужчина, знаешь?

— Идеальных не бывает, — отозвался он.

Я видела, что он смутился, хоть и пытался это скрыть. Мне показалось, он хотел что-то сказать, но в последний момент передумал. Ну, захочет — скажет... лучше поем.

На завтрак была яичница и бутерброды с кофе. Всё было настолько вкусно, что у меня буквально закатывались глаза от удовольствия. Чистый лесной воздух, потрясающий мужчина рядом...

Всё было идеально. Пока я не почувствовала, что у меня по ноге кто-то ползёт. Сначала я почувствовала лёгкую щекотку, потом — движение чего-то гладкого и склизкого, а затем — резкий укус.

Я подскочила как ошпаренная, задрав юбку и лихорадочно потирая кожу, но казалось, что теперь по всей внутренней поверхности бедра кто-то беспорядочно и больно кусается. Киллиан сначала не понял, что происходит, но тут же среагировав, схватил меня за руку, удерживая на месте, и решительно опустился на корточки.

Миг — и он уже практически с головой залез мне под юбку, ведя рукой по ноге. В любой другой ситуации я бы сгорела со стыда от того, насколько интимно его пальцы касаются кожи почти у самого белья, но сейчас мне было всё равно. Страх перед неизвестной ползучей тварью пересилил всё.

— Стой на месте! Не двигайся! — скомандовал он.

— Что там? Что?! — почти вскрикнула я.

— Успокойся! Это Клектус.

Клектус? Это что это ещё за тварь?!

— Рина, ты ходячий магнит для неприятностей! Не дёргайся. Дай я его уберу.

Киллиан с усилием оторвал присосавшуюся гадость от моей несчастной ноги и поднял её к свету, рассматривая под лучами солнца. Я содрогнулась от отвращения: этот «клектус» выглядел как жирная, подозрительно знакомая пиявка.

— У меня плохие новости, — «обрадовал» он, не сводя глаз с добычи. — Этот клектус ядовитый. Сейчас обработаю укусы мазью. Постарайся не шевелиться, может сильно печь.

Ядовитый?! И он сообщает об этом с таким видом, будто говорит о погоде!

Киллиан помог мне прилечь на кровать и бесцеремонно задрал мою юбку ещё выше. Снова покопавшись в своём бездонном кармане, он извлёк баночку с какой-то вонючей жижей и начал аккуратно наносить её на ранки.

— Киллиан… — позвала я его негромко. Он вроде бы закончил с мазью, но почему-то не спешил убирать руки. Он продолжал медленно гладить мою кожу, его взгляд застыл на моём кружевном белье, и в комнате вдруг стало очень душно. — Киллиан! Кажется, она не чуть-чуть жжёт, а очень даже сильно!

— А? Что? — он встряхнул головой, словно выходя из транса.

— Говорю, твоя мазь невыносимо печёт!

— Потерпи, — прошептал он, и от его голоса по коже пошли мурашки, никак не связанные с ядом.

— Не могу…

— Можешь.

Весь этот странный диалог происходил шёпотом, будто в лесу нас мог кто-то подслушать. Но ноги действительно горели огнём. Я начала ёрзать по простыням, а руки, не слушаясь мозга, потянулись к бёдрам, чтобы растереть эту жгучую смесь.

— Не трогай! Дай мази впитаться! — приказал он.

Я честно пыталась, но мои руки жили своей жизнью. Я бы точно расчесала всё до крови, если бы Киллиан резко не перехватил мои запястья, прижимая их к спинке кровати. И в следующий миг он меня поцеловал.

Да! Это был лучший способ отвлечь. Я тут же забыла и о кусте-парикмахере, и о ядовитой пиявке, и о том, что я — ходячее недоразумение. Боль растворилась в этом напоре. Когда он наконец оторвался от моих губ, я тяжело дышала, а тело под ним буквально плавилось от возбуждения.

— Ну что? Легче? — спросил он, глядя мне прямо в глаза. Но не успела я ответить, как он резко отстранился и отошёл в сторону, возвращаясь к столу.

Странный он всё-таки мужик. Вот я перед тобой — почти на блюдечке, полураздетая и согласная на всё! Но он постоянно сбегает в сторону, как только градус зашкаливает. Даже обидно стало… Неужели я настолько его не привлекаю, что даже после такого он может просто пойти пить остывший кофе?

— Нам надо двигаться дальше, осталось совсем немного, и мы будем на месте, — ровным голосом произнёс Киллиан, собирая вещи.