Айварса еще успела расспросить насчет слежки за Вальтером. Насупившийся мужчина сквозь зубы пробурчал, что именно с этим купцом в последнее время пропадает Вернер, но зато "средненький" вроде не только договорился насчет поставок, но и хорошую скидку выторговал. С торговой стороны вроде к Вальтеру претензий нет, и пусть он новый человек в их краях, но на складах его бочки действительно стоят, за хранение оплачено, даже охрана хорошая приставлена. И неудивительно – его эль, вина, медовуха были хорошего качества, привезенные издалека. Так что он уже начал завоз бочонков не только в таверну Вернера, но и Труди.

– А что насчет его личной жизни? – поинтересовалась Мила.

– С какой стати интересуешься? – окончательно посмурнел Айварс.

Девушке стоило больших усилий не улыбнуться. Неужели ревнует? Только она не давала ни малейшего повода ни самому Айварсу, ни гипотетической ревности к кому-либо. Хотя мужчине пошло на пользу то, что он "застрял" в городе. Все чаще приходил гладковыбритым, одежда не воняла, стала опрятнее. Ему бы еще перестать быть таким грубым, прочитать побольше книжек и тогда, возможно...

– Ну, может, он такой хороший только с деловыми партнерами, а дома тиран? Избивает жену? – ах, да, Вальтер ведь приезжий и вряд ли привез с собой семью, если она у него вообще есть. – Или работниц в домах утех калечит? Тогда они его рано или поздно отравят, и не будет у нас такого хорошего поставщика?

Судя по тому, как опять вытягивается лицо Айварса, ее шутливые примеры не прошли местный средневековый фильтр. Очень жаль.

– Просто хотела уточнить, нет ли каких темных пятен и на другой стороне Вальтера, из-за чего он не долго пробудет поставщиком? Может, он любитель азартных игр... периодически и проигрывает авансы клиентов? Временами уходит в запой... увлекшись дегустацией своих же вин? – оправдалась, как смогла.

– Нет вроде, – задумчиво отозвался Айварс. – Здесь, в Виншадоре знакомых у него мало, поэтому он упросил Вернера свести его со здешними купцами. Вот и таскаются на пару... Но пьяным его ни разу не видели. А в остальное время торчит в своем постоялом дворе, где остановился. Двор какой-то небольшой и на окраине, хотя такие, как Вальтер, обычно селятся в центре, но вроде чистый. В смысле, ничего плохого там не замечено, отребье не собирается. Там он часто торчит, в играх меру знает, в дома утех... и откуда ты про такие вообще знаешь, а, знатнорожденная? – не сдержался мужчина под конец, поглядывая на нее с сомнением.

И сам же себе ответил:

– Хотя ты в штанах под видом пацана разъезжала! Вместе с волками! И с оргами дружишь. И с драконами споришь. Точно головой стукнутая! И, видать, крепко.

– Если это и все комплименты, которые ты можешь сказать девушке, то неудивительно, что ты все еще не женат, – посмеялась в ответ Мила.

Ее одарили хмурым взглядом, который стал стекать с ее лица ниже... Пришлось срочно менять тему разговора. Например, интересоваться, справляются ли ее орлята со слежкой, не хочет ли господин наемник провести парочку уроков остальным ребятам здесь, во дворе. Не обязательно о слежке, можно о любом другом деле, полезном в наемничестве. А что орги сами знают как надо – так ответил ей Айварс – неважно, главное ведь как раз в обмене опытом. Межрасовом. А если он еще парочку своих приятелей, таких же опытных воинов, приведет для общения, то они ради такого дела даже шашлыки и люля-кебаб сделают. Или господа наемники предпочитают сладкие блюда? И не надо на нее так смотреть! Она имела в виду, может, торт им испечь?

Пока Айварс ушел думать насчет такого вечера – и почему сразу не согласился? Она же не в ЗАГС его зовет – Мила продолжала гонять своих новых орчат. Они продолжали строить веревочный городок, хотя лазили там только младшие из ребят. Потому что старшие действительно были слишком тяжелы для крыш и веревочных дорожек. Хотя пара подвесных мостов была сделана на совесть – выдерживала всех! Как нравилось орлятам там еще и раскачиваться!

Но после того, как Мила научила их игре "Земля – это лава" на выбывание и ее вариантам, например, с водящим или с "трофеями", которые нужно как можно больше набрать за короткое время, во дворе резко выросло количество деревянных столбиков, дорожек из бревен и их половинок. И даже опрокидывающиеся дорожки-бревна были, наподобие простейших качели с перекладиной посередине.

Такие "коварные" дорожки и ячеистая крупная сетка из толстой веревки на стене домика для охраны появились даже в первом дворе, парадном. Потому что волки, будто дети малые, тоже захотели такую забаву. Настолько, что взялись помогать орчатам, в том числе подсказками, что еще и как можно сделать.

Но продуманнее всех поступил Дирг, дарзанец из первого потока учеников. Он догадался посоветоваться с человеком! Вернее, с человеческим ребенком – дочкой Хейлы, когда та приходила на стажировку к Миле. Ее дочка Нитси – то ли дошкольница по возрасту, то ли такая маленькая из-за плохого питания, обычно помогала матери на подсобных работах – помыть, почистить, подать. Потому что ради сохранения рецептов втайне, прочих кухонных работниц на это время отпускали прочь.

Но в какой-то момент увлекшиеся женщины осознали, что Нитси нет на кухне. А затем ее мать выглянула в окно, ведущее на задний двор, и чуть чувств не лишилась. Потому что ее маленькая дочка была в самой гуще огромных – по сравнению с человеческим ребенком уж точно – полуобнаженных, вооруженных, в том числе топорами оргов. Однако когда Хейла рванула во двор, крича, чтобы Нитси подошла к ней, та повернулась и ответила:

– Матушка, а дяди мне качели обещали сделать! Я только им сейчас дорисую тута на песочке, как надобно. А то они никогда не катались на качельках, представляешь?

Мила едва удержалась от смешка, но дополнительные баллы той группе за смекалку добавила. А Хейлу увела опять на кухню, заверив, что "дяди", которые сами еще подростки, девочку не обидят. И даже если та захочет походить по веревочной дорожке, то упасть ей не дадут.

– Ясно?! – обернулась Мила на орчат. – Не дадите ребенку упасть, если она захочет поиграть.

Ничего плохого не случится, если дети вместе поиграют. Пусть привыкают общаться с другими расами с самой юности.

А еще через несколько дней – в течение которых ни драконы, ни айны не появились! – к Миле прибежал мальчишка-посыльный. С запиской от Труди, что он готов открываться. И что Милдред приглашена почетным гостем.

Но кто же так перед фактом ставит?! Да еще такой ужасно быстрый? А рекламную кампанию перед открытием как теперь успеть провести? Разосланы ли приглашения... и кому? Где списки нужных гостей? Точно ли там все готово – и ремонт, и поставщики, и кадки с живыми кустами, которые Мила тоже требовала организовать? У нее-то аксессуары декора готовы – светильники апгрейдены, шкуры и ковры собраны и обшиты как надо, даже красивую посуду ей натаскали с рынка мальчишки, неважно, что она вся разная, но красивая же, только вот...

– Вуггерс! – внеслась девушка на площадку, где упражнялись волки. – Ничего не знаю, но мне срочно нужно к Труди!

– Ну, коль надо, то иди, – как-то сразу согласился глава охраны. – Когда? Сегодня сопровождение нужно?

– В смысле "иди"? Кхе, то есть все, домашний арест закончен? Когда? А почему я об этом не знала? – опешила девушка, уже приготовившаяся, что придется с боем выбивать себе право на выход в город.

– Ну, так, айны только на днях уехали из города. И мне только сегодня утром сказали, что тебе уже можно...

– Так опять из-за них? А-а, что ты сказал? Уехали? В смысле совсем? Насовсем, в смысле, и не вернутся? – окончательно озадачилась Мила. – Э-э, все?

И кто знает, что ее в ситуации задело больше всего – что, как всегда, ее никто заранее не предупредил, даже не намекнули, или что... Хотя сама же понимала всю глупость своих мечтаний! То, что свиделись с Лайнфаэром второй раз и даже поработали вместе, хотя это громко сказано, – просто дело случая. Случайного случая. Очень случайного.