— Спасибо за ваши слова на Совете!

Квист поморщился.

— Не за что.

— Всё равно спасибо, — настаивал Сай. — Без вашего заключения Шульц забрал бы Атланта.

— Этот тип всем уже надоел. Вечно пакостит. Сороконожки в кабелях. Сороконожки в ротном складе. Сороконожки в чужих парках. Ещё немного — и он…

Его прервал звонок коммуникатора.

— А вот и он. Легок на помине! — проворчал Квист, принимая вызов.

— Квисси, друг мой, — закричал Шульц в коммуникатор, так, что парни услышали каждое слово. — Ты снял мои батареи?

— Снял. Лежат рядом с желтым болваном.

— Перевези их к моим сороконожкам!

— Отвали. Я не твой дроид.

— Грубо. А ведь я позвонил выразить восхищение. Ты говорил на Совете так уверенно. Я люблю уверенных людей. Они потом так мило удивляются, когда у них в складе всё само собой перекладывается!

Техник скривился, будто кислоты хлебнул.

— Если твои тараканы полезут к моим запасам, я начну верить в профилактическое насилие.

Шульц улыбнулся шире.

— Вот видишь, как плохо влияет на людей нежелание помощь старом другу. Сразу возникает нервная обстановка, подозрения… а там глядишь и ночами спать перестанешь. И есть от чего!

И Шульц, ухмыляясь, отключился.

Квист долго молчал, вертя в руке замолкший коммуникатор. Потом посмотрел на пустую раму Атланта.

— Ладно.

Сай поднял голову.

— Что?

— Эта жирная сволочь меня разозлила, вот что. Есть один вариант, как будто специально для вас, парни. Сейчас попробую все уладить.

Быстро набрав номер и нажав кнопку вызова, мехник подождал, когда новый его собеседрник возьмет трубку. Затем стал говорить — быстро, уверенно и очень убедительно.

— Тобиас, это я, Квист. Да, все сделал. Слушай, та батарея на МД-48 ГАММА, о которой я тебе уже говорил, совсем вышла из строя. Да. Боюсь, полыхнет при первой удобной возможности. Деградация ячеек, я уже объяснял. Да, запас есть. Да. Ну что, списываю? Все, давай.

Вик от радости чуть не заорал, Сай замер так, будто боялся, что резкое движение или слово вспугнёт удачу.

Квист повернулся к парням с видом «опять-я-всех-спасаю».

— Значит так. Есть одна банка, которую я могу вам ссудить. Сильно не радуйтесь — она старая, посаженная и любит сильно греться. Почти как я.

— Ёмкость?

— Номинально двести шестьдесят киловатт-часов. Реально после быстрой зарядки даст сто. Может, сто десять, если не будет капризничать. Сборка шахтная, тяговая, снята с рудного транспортёра. Старый формат, часть ячеек меняли. На постоянной отдаче держи не выше пятисот-шестисот киловатт. Пики за девятьсот — только если вы решили умереть громко. За мегаватт не лезть.

— Внутреннее сопротивление?

— Плохое.

— Насколько плохое?

— Лучше не спрашивай, а тихонько помолись.

Сай быстро провёл пальцами по планшету.

— Атлант тяжёлый. На резком старте он легко просит больше мегаватта.

— Значит, не стартуйте резко. Я знаю, это свежая мысль для вас, но….

Вик спросил:

— Ты дашь её нам? Какие условия?

— Отдаю, скажем так, во временное пользование. Сожжёте — будете должны. Победите — я первый смотрю всё, что вы притащите из трофеев. И если подвернется возможность, пусть жёлтый шкаф наступит Шульцу на любимую сороконожку. Я хочу знать, что моя батарея трудится на вас не зря.

— Договорились, — просиял Вик.

— Не радуйся, — повторил Квист. — Сначала посмотри, что это за добро.

Вскоре он привез на тележке батарею — тяжёлый серый ящик с облезлыми предупреждающими полосами и следами старых ремонтов.

— Сейчс зарядим, и увидите, что это за чудо.

Зарядный пост находился здесь же, у арены. Над ним висела табличка «Подключение без допуска запрещено»., но Квист даже не посмотрел на неё.

— Вик, держи кабель. Нет, не так! Хочешь зажарить руку — делай это после финала. Сай, смотри балансировку. Если третья секция поплывёт, сразу режь ток.

Кабель был горячий уже через минуту. Вик держал его двумя руками и чувствовал, как тепло лезет через перчатки. Сай сидел у планшета, бледный и злой, весь в цифрах. Квист ругался на контакторы.

Подзарядка шла медленно и нервно.

Кабели грелись, контакторы щёлкали. Квист дважды бил по зарядному шкафу ключом, и каждый раз шкаф почему-то начинал работать лучше. Но все однажды кончается, и, в конце концов, батарея была заряжена.

Монтаж занял почти всё, что оставалось от вечера. Батарея ожидаемо не подходила по креплениям. Сай спорил с Квистом из-за ограничителей.

— Если задушить пики слишком сильно, Хорнет не сможет перехватить быстрый манёвр.

— Если не задушить, батарея уйдёт в защиту и этот ваш Хорнет сможет лишь красиво стоять.

— Нам нужен рывок хотя бы на три секунды.

— Мне тоже много чего нужно. Например, армию в полсотни дронов и гарем на дюжину койко-мест, но я же не строю на этом силовую схему!

Когда прикрутили и проверили последний контакт, Сай провёл итоги:

— Заряд восемьдесят девять доступных киловатт-часов. Пиковая отдача ограничена. Температура пока терпимая. Если Хорнет будет экономить, финал возможен.

— «Возможен» — это не «выиграем», — заметил Вик.

— «Возможен» — это хоть какая-то надежда!

И Вик признал в глубине души, что это — много больше, чем было у них еще несколько часов назад.

На следующее утро парни подскочили ни свет ни заря. Вик был мрачен — ему снова приснилась мама. Счетчик тикал. И с этим ничего нельзя было поделать.

Зрителей на арене стало заметно больше. Бойцы Вольной Роты собирались на своей трибуне и спорили, стоя у ограждения. В толпе шныряли темные личности, собирали ставки на подпольный тотализатор. Дроны-фиксаторы висели над ареной, поблёскивая треснутыми венцами на корпусах.

Пришел Квист еще раз осмотрел Атланта. Новая батарея сидела криво, но крепко. Сай уже десятый раз проверял планшет.

— Доступно восемьдесят шесть киловатт-часов. Пиковый ограничитель — шестьсот киловатт. Короткий аварийный пик до девятисот. Если заряд не поплывёт, Атлант сможет драться, хоть и будет несколько медлительнее вчерашнего.

Вик подтянул последний крепёж.

— Насколько медлительнее? У нас тут финал. Здесь соберутся серьезные парни!

— Он может драться. Не получится бегать, таранить, резко разворачиваться и уклоняться.

Из динамика планшета донёсся голос Хорнета:

— То есть остаётся тактика «мольба о пощаде». Отлично, то что нужно!

Квист пожелал м удачи и отошел, а над ареной выплыл судейский дрон. Перекрывая гул раздался металлический голос:

— Финальная категория! Промышленные и трофейные платформы. Участники: «Атлант». «Мельница». «Паук». Сразу три финалиста сразятся за честь и привилегию стать рекрутом Вольной Роты «Венец Пустоты». Каждый за себя. Победитель получает все!

Толпа ответила рёвом.

— Жёлтый опять вышел!

— Батарея новая, видишь? А ты говорил «хана ему».

— Мельница ему все кишки вскроет!.

— Ставлю сто к одному, победит Паук. Паук умный.

Вик услышал последнее и сжал зубы.

Первые ворота открылись, и из них выехал аппарат, прозванный поклонниками «Мельница».

Это был здоровый старый агрегат для чистки шахтных штолен. Тяжёлая передняя рама, боковые катки, две короткие стабилизирующие лапы и огромный барабан спереди. На барабане торчали цепные зубья, сегменты абразивных колец и щётки из стального троса. Когда он раскрутился, воздух перед машиной стал серым от пыли.

Сзади, в бронированной капсуле, сидел живой оператор в глухом шлеме.

— Не дроид, — заметил Сай. — Управляемая платформа.

— Будет легче победить?

— Нет.

Открылись вторые ворота, и оттуда вышел Паук.

Он выглядел много меньше двух других претендентов. Низкий многоногий корпус, узкий венец сенсоров, тонкие лапы с магнитно-вакуумными зацепами. Он не полез вперёд — осторожно скользнул в сторону и замер недалеко от ворот.

Вик посмотрел на него и почувствовал, как внутри что-то неприятно дёрнулось.