Верд, балансируя на дроиде, чуть поклонился толпе, как артист дешёвого театра.

— Ваш новый лендлорд будет объявлен позже, как только Джан пришлют его. До его приезда за порядок отвечаю я и мои люди. Поэтому жечь, резать и тащить чужое больше нельзя.

Раздался разочарованный гул.

— Знаю, знаю. Многие из вас только вошли во вкус. Но новая власть любит порядок. Бывшие служащие Ратенау могут пройти проверку и вернуться к своим обязанностям. Конечно, жрецам понадобится время, чтобы восстановить работу всех систем, но обещаю вам, это будет сделано в самое ближайшее время.

Вот это толпа приняла с особым восторгом. Любое завоевание было чревато прекращением работы систем жизнеобеспечения: ведь Духи Машин не желали слушать чужих кастелянов и сенешалей. Если завоеватели подумали об этом заранее, значит, им причиталось плюс сто к предусмотрительности и карме.

Верд поднял руку, техники Вольной Роты засуетились внизу, и над мостком вспыхнула проекция: серые контейнеры, знак семьи Аттенборо, маркировки пайковых партий.

— Высокий Дом Джан, всем сердцем снисходят к нуждам вашей Станции, передаёт новому владению аварийную партию концентратов производства семьи Аттенборо. Первый груз уже разгружается. Нижние уровни получат нормы вне очереди. Детские и медицинские списки — отдельная статья.

Толпа взорвалась.

— Еда от Аттенборо⁈

— Настоящие? Когда выдача?

— Медицинские тоже⁈

Семья Аттенборо делала лучшие концентраты в системе Феррум. Это знали даже внизу, на Камне. Их пайки пахли почти настоящей едой, а вкус ни в чем не уступал настоящему гороховому пюре и пасте из криля. Одно слово — изысканный деликатес!

— Второе, — продолжал Хард-Верд, явно наслаждаясь всеобщим вниманием. — Воздух. На Станции вводится бесплатный базовый воздух. Да, вы верно все услышали. Бесплатный, с полноценным, а не техническим кислородом, воздух будет доступен бесплатно.

— А на Камне? — выкрикнул кто-то.

Верд будто того и ждал:

— На Камне начнётся развёртывание выдачи бесплатных регенераторов. И вот еще что: долги за воздух, накопившиеся при Ратенау, будут пересмотрены и аннулированы!

Гул пошёл волной.

— Врёт! — крикнул кто-то. — Не может такого быть!

— Третье, — продолжал капитан. — Работа.

На проекции сменились цифры.

— Восстановление доков, шлюзов и нижних линий начинается немедленно. Обычная смена — от пяти солидов. Аварийная — семь. Квалифицированные техники получают бонус: до двухсот. Первые сто контрактников — талоны на концентраты Аттенборо на стандартный месяц вперед!

Вокруг сразу стали обсуждать такую неслыханную щедрость.

— Вот это да! Пять за смену!

— Сначала доживи до выплаты.

— Всё равно много!

— И наконец, — улыбаясь во весь рот, провозгласил капитан, — для тех, кому мало честного труда, у нас есть труд бесчестный, но зато — намного лучше оплачиваемый.

Наёмники Венца Пустоты. все как один, гулко ударили кулаками по броне.

— Вольная рота открывает набор. Пилоты, операторы дроидов, ремонтники, штурмовики, проводники нижних уровней, специалисты по железу, — всем найдется работа. Подъёмные при принятии — пятьдесят кредов. Жалование — от ста пятидесяти за большой цикл. Доля добычи — по договору и уставу роты. Наградные за захваченные трофеи — отдельно. Медицинский пакет после испытательного срока. И да, когда рота вернётся на базу, принятые бойцы улетят вместе с ней. Возможно, особо удачливые сукины дети даже попадут на Кену!

Вот это произвело самое сильное впечатление, и толпа буквально взорвалась криками. Улететь с А7Д5 было хрустальной мечтой почти всех собравшихся. А уж Кена, терраформированная луна с отличным климатом, казалась недостижимым, волшебным раем.

— Через двое стандартных суток, — закончил Верд, — в заброшенном промышленном секторе нижних уровней вашего астероида состоится открытое испытание. Участвовать может любой местный, у кого есть машина, дрон, промышленная платформа, экзоскелет… или достаточно наглости самому выйти против других претендентов с оружием в руках!

Толпа снова зашумела, вовсю обсуждая предстоящее зрелище.

— Задача проста: победить остальных. Кто справится — получит стандартный испытательный контракт. Кто особенно впечатлит моих кондотьеров — может рассчитывать на большее. Происхождение на входе не спрашиваем!

Верд сделал многозначительную паузу и пояснил:

— Если машина тебя слушает, значит, твоя кровь лучше, чем документы. Родословную можно найти. Талант — нет.

На этих словах Сай буквально застыл.

— За такое же убивают! — прошептал он.

— Здесь за это платят — резонно возразил Вик.

Тем временем капитан наемников уже спускался с головы шагохода.

— Дом Джан принёс вам процветание и порядок. Кто хочет большего — через двое суток принесите машину, которая вас слушает. И мы посмотрим, не ошиблась ли Вселенная, записав вас в простолюдины!

Теперь толпа ревела.

— Что скажешь? — спросил Вик.

— Ты думаешь об… Атланте?

— Конечно.

— Но он же неисправен. А без майора…

— Что без майора? — вдруг вспылил Вик. — Что, мать твою, «без майора»? Сай, не надо искать причину, почему мы ничего не можем сделать. Думай над возможностями! На майоре свет клином не сошелся!

— Думаешь мы можем без него…

— Можем. Еще как можем! Смотри, погрузчик совершено исправен. Да, нужна батарея и управляющий блок. Но остальное-то рабочее!

— И что?

— Обратил внимание на того типа, Квиста? У него должно быть полным-полно разных запчастей. Уж батареи-то есть точно.

— А с какой стати он будет нам помогать?

— Договоримся. Пообещаем долю от будущего жалования. И нам хорошо, и ему- профит.

Сай задумался, нерешительно переминаясь.

— Пойдем! Найдём Квиста, — решил Вик и потащил напарника за собой.

Квист нашёлся неподалеку. На боковой площадке докового форума наёмники Венца Пустоты устроили ремонтный парк. Разбитые дроиды — и с символами Вольной Роты, и с гербами Ратенау — лежали тут рядами. С них снимали панели, батарейные кассеты, приводы, сенсоры, куски брони. Что-то варили, что-то резали, совсем безнадежные экземпляры разбирали на запчасти.

Квист стоял на колене перед раскуроченным дроидом и орал на помощника:

— Не туда ставишь, гений жопорукий! Это привод поворота, а не стабилизатора! Ещё раз накосячишь — отправлю чинить канализацию!

Дроид рядом тихо пищал. Квист врезал ему ключом по корпусу.

— А ты заткнись. Тебя, железка, не спрашивают.

Сай поморщился. Вик подошел к технику поближе и многозначительно прокашлялся.

Квист поднял голову.

— О. Лифтер и его очкарик. Что, не дышится полной грудью? Привык к регенератору?

— Нам надо бы узнать про конкурс!

— Конечно. Все местные щенки теперь хотят в герои. Хард-Верд сказал «деньги», а толпа почему-то услышала «мы бессмертные». Ладно. Чего хочешь знать про конкурс?

— Как выиграть.

Квист секунду посмотрел на него и засмеялся.

— Тебе — хотя бы не умереть до начала. Уже хорошо будет.

— Капитан Верд сказал: если машина слушает, есть шанс.

— Слушай больше! Знаешь, сколько народа туда припрется? Море!

— Можно со своей машиной?

Квист с иронией посмотрел на него.

— Можно. Что там у тебя. Тележка для мусора?

— Это же ересь. За это казнят! — тихо сказал Сайрус.

Квист повернулся к нему.

— За что?

— Если машина слушает человека без допуска. Без права.

Техник хмыкнул.

— Если ты бедный и машина тебя слушает — это ересь. А когда ты победил и нужен капитану — это талант. Потом писарь найдёт у тебя прадеда, побочную ветку знатного рода, нарисует герб с дохлой птицей и ветвистую, как рога дальнобойщика, родословную. Машина слушает — значит, кровь хорошая. А документы тебе подгонят!

— Понял? То есть им всё равно, кто ты, — перевел Вик. — Подъёмные настоящие? — снова обратился он к технику.