***

— Ох, я даже и не знаю, что выбрать… — озадаченно вертела головой Валюйха, домовая, всем заправляющая в нашей столовой. — Вы такие молодцы, потрудились на славу, — искренне улыбнулась она мне, продемонстрировав два передних зуба с огромной щелью меж ними. — Признаться честно, когда ты мне свой план рассказала, я с сомнением к нему отнеслась, Раска. Подумала, что зазря продукты мои переведёте, но раз уж сам ректор своё распоряжение дал, так кто я такая, чтоб мнение своё высказывать… А оно вон как вышло… Просто объедение!

— Спасибо, Валюйха! — кивнула я ей. — Девочкам будет приятно услышать похвалу из твоих уст. Я не думала, что ты столько продуктов для них отпишешь — это ж целый пир… Для бала‑то там что‑нибудь осталось?

— Ох, не переживай! Что ж я, по‑твоему, совсем дитя неразумное?! Муки, ягод, грибов, овощей у нас всегда в кладовых в достатке. Недаром академский огород имеем да богатый лес под боком. А вот за кабанятину и перепёлок тебе дознавателя нашего благодарить надобно. Он пару дней назад в лес снарядился и приволок упитанную тушу зверя и связку мелких птиц. А ещё и Василько в проруби окуньков наловил — он это дело шибко любит…

— Я не знала, — скривилась я, пытаясь скрыть свои эмоции. Опять этот Орислав, будь он неладен. Только выброшу его из головы, так он снова тут как тут.

— Обязательно поблагодарю их от лица всех студентов! — попыталась я скрыть своё недовольство. — А ты, Валюйха, коль не знаешь, что выбрать, ставь плюс подле слова «ВСЁ», — улыбнулась я ей, указав пальцем на нижнюю строку с моими корявыми буквами.

Эта надпись появилась там совсем недавно: многие подходящие ко мне студенты мялись и никак не могли выбрать то или иное яство. Сегодня всё было слишком вкусным, и мне пришлось выкручиваться…

Решив посчитать плюсы у разных блюд, я повернулась лицом к доске, но тут же была вынуждена развернуться обратно, когда за моей спиной раздался довольный голос тора Борислава:

— Молодец, Раска! Не ожидал такого размаха…

— Это вам не меня благодарить нужно, а наших кашеварок… — взглянула я на него с улыбкой, которая тут же растаяла, когда я увидела дознавателя и секретаря, стоящих подле ректора.

Тари Беляна была донельзя счастлива и крепко уцепилась за согнутую в локте руку Орислава.

— Не каждая столичная ярмарка может похвастаться такими богатствами… — пророкотал царский дознаватель, и я ему коротко кивнула, стараясь не смотреть на их удивительно раздражающую меня парочку.

— За это и вам стоит сказать спасибо. Если бы не ваша удачная охота, блюд на ярмарке было бы значительно меньше.

— Ты не говорил мне, что ходил в лес… — подала голос тари Беляна, с интересом взглянув на своего спутника.

— Не думал, что это имеет какое-то значение…

— Ну как же… — игриво стрельнула она в него глазами, и я дёрнулась. На душе стало гадко и тошно, а язык так и чесался сморозить какую‑то глупость.

— Простите! — рвано выдохнула я резче, чем планировала. — Оценивайте блюда, а мне нужно отойти… Дела!

Я зацепилась взглядом за высокую фигуру Гасара и решила бежать к нему за спасением, пока не ляпнула троице чего‑нибудь, за что мне непременно станет потом стыдно. Да и про его разговор в кабинете ректора очень хотелось узнать.

— Гасар! — крикнула я, спешно подлетая к следопыту. Нога моя поехала на скользкой дорожке, и парень галантно меня подхватил, не дав упасть.

— Уже соскучилась? — вкрадчиво произнёс он мне на ухо.

— Вот ещё! — недовольно пропыхтела я, не спеша вырываться из его объятий, потому что спиной чувствовала тяжёлый взгляд дознавателя.

— Что там в кабинете у ректора говорили? Тебя не отчислили?

— Вот ещё! — весело хмыкнул Гасар. — За ночные похождения с девушками у нас пока из академии не выкидывают.

— Тебя не наказали?

— Ну как сказать, — пожал он плечами, — настойчиво посоветовали держаться от тебя подальше. В остальном никаких санкций…

— Что? — поперхнулась я, бросив косой взгляд на троицу, стоящую в отдалении. Тор Борислав обсуждал что‑то со своим секретарём, а Орислав не сводил с нас своих чёрных глаз.

— Ага! Не вру же я тебе!

— Я и сама могу решать, кому от меня следует держаться подальше! — гневно выдохнула я и в следующий миг, встав на цыпочки, схватила голову следопыта двумя руками и звонко чмокнула его в губы.

— Ты чего это, Раска? — озадаченно вылупился на меня он.

Я, смущённо улыбнувшись, схватила его за рукав тулупа и повела к красному прилавку.

— Пойдём, кормить тебя будем!

Я сама не понимала, зачем совершила такую глупость: то ли во мне взыграло бунтарское чувство против нелепого совета, то ли я так хотела выместить злобу на Орислава за его связь с тари Беляной.

«Какая, в общем‑то, разница?» — глубоко вздохнула я и, кинув быстрый взгляд на дознавателя, довольно хмыкнула.

Орислав, словно каменный, стоял подле щебечущей секретарши и не сводил с нашей пары яростного взгляда. Вздувшаяся вена на его лбу явно намекала на всю степень его, мягко скажем, недовольства. И мне наконец стало легче.

«Один — один, господин дознаватель!»

— Вы все такие молодцы! — устало улыбнулась я студенткам своего родного «Ожгуча», когда после завершения ярмарки все они собрались в аудитории. — Никто не ожидал, что будет такой размах.

— Это точно, — поддержал меня вошедший в кабинет тор Борислав, искренне подмигнув девушкам и пятёрке, незнамо как затесавшихся средь них, парней. На нашем факультете с мужским полом всегда было скудно, а в последние годы и вовсе караул.

— Я выражаю вам всем огромную признательность за ваш труд и отзывчивость. Вклад каждого из вас в проведение этого мероприятия неоценим. Любая столичная ярмарка померкла бы на фоне наших прилавков. И говорю я это не для красного словца. Это было просто чудесно! И, конечно же, отдельную похвалу я выражаю Ганне Власич и Раске Хвое. Вы молодцы, девочки!

Присутствующие громко зааплодировали, и я смущённо улыбнулась.

— Знаю, что все вы вкладывали душу в приготовление блюд и с нетерпением ждёте результатов голосования за аппетитных "кандидатов" для торжественного бала, но я вас огорчу. Выборы не состоялись… — удивлённый выдох пронёсся по толпе, и я поспешила объясниться, пока тихое роптание не превратилось в шумную вакханалию. — Ваши творения настолько сильно понравились ребятам, что они выбрали их все для украшения нашего праздничного стола. Готовьтесь: через неделю торжество. Мы все с нетерпением ждём ваших умопомрачительных угощений!

Довольная публика, громко переговариваясь, двинулась к выходу, а я устало поплелась за ними следом. На полпути остановилась и вернулась к письменному столу: Бориска поручил мне закрыть дверь кабинета, а я об этом совсем забыла.

Коварный ключ, как назло, затерялся меж бумажек, устлавших преподавательский стол, и я озадаченно шарила по нему уставшими глазами, пытаясь отыскать потеряшку.

— Вот ты где! — облегчённо выдохнула я, схватив свою находку, и радостно развернулась к двери, чтобы тут же обомлеть.

Аудитория была пуста, если, конечно, не принимать во внимание лениво привалившегося к дверному косяку дознавателя.

— Тор Борислав ушёл, — тихо пробормотала я, подумав, что только эта нужда и могла привести сюда Орислава.

— Я знаю, — спокойно проговорил он, отлепившись от двери и делая шаг ко мне.

— Понятно, — нахмурившись, пробормотала я. — Мне просто кабинет нужно закрыть, но если у вас тут какие‑то дела…

— Дела, — уверенно кивнул мне мужчина и подошёл почти вплотную. — Очень важные дела…

— Тогда вот вам ключ! — протянула я ладонь с маленькой железякой, но он её проигнорировал.

— Советую тебе не связываться с Виловым, — тихо проговорил дознаватель, глядя мне прямо в глаза.

— Знаете, я сама могу решать, с кем мне связываться, а с кем нет! Я взрослая девочка! Я же не диктую, кого вам водить под ручку на глазах у всех студентов академии! Так и вы в мою жизнь не лезьте!