У Анжелики отвисла челюсть. Она подалась вперед, в ужасе глядя на эльфийку.

— Это… Это же Иллириэль! «Ледяная Тень»! Ты рехнулся, Волков⁈ За голову этой психопатки назначена награда в пять миллионов рублей! Она вырезала половину клана Смирновых во сне! Она перережет нам глотки в первую же ночь, и даже руны на стенах её не остановят!

Борис и Рита. Клуб Серебряный Век

Дождь снаружи хлестал с такой силой, словно пытался смыть весь Северогорск вместе с его мостовыми. Внутри закрытого клуба «Серебряный век» царил полумрак. Здесь пахло воском, старым паркетом и дорогим табаком — тем особым ароматом увядания, который всегда сопровождает дворян, переживших величие Рода.

Позолоченные колонны слегка шелушились по углам. Янтарный свет люстр был настроен так, чтобы скрывать морщины на лицах гостей и потертости на их камзолах.

Борис аккуратно прижал к груди папку с гербовыми печатями Канцелярии. Его пальцы, испачканные фиолетовыми чернилами, слегка подрагивали от пережитого напряжения.

— Поправь воротник, Боря. Ты выглядишь так, будто тебя только что вели на эшафот, а не выдали патенты, — негромко заметила Рита, поправляя кружевную накидку на плечах. Её взгляд, острый и холодный, привычно скользил по залу, вычисляя присутствующих «гиен».

— Да плевать на меня, Рита, — Борис с облегчением опустился в глубокое кресло, обивка которого давно потеряла первоначальный лоск. — Главное, Ярослав и Диана официально признаны Одаренными. Нас больше нельзя просто так смахнуть с доски.

— Признание, Боря? Это просто бумажный намордник, который КМН надела на Соболева, а то тот много на себя берет в последнее время, — Рита щелкнула пальцами, подзывая официанта. — Херес. Две порции. Самого старого, какой у вас остался.

Молодой официант с безупречной осанкой с поклоном принял заказ и бесшумно растворился в полумраке.

— Вдобавок, у Ярика прорезался характер, — Борис бережно опустил папку на край стола и вытер лоб платком. — Совсем его не узнаю…

— Характер? Дурнина в нем прорезалась, вот что, — фыркнула Рита. — В десять раз больше, чем у Андрюши, земля ему пухом. Нам надо племяшей чем-то срочно занять, Боря, спустить их неуёмную силушку. А не то сам знаешь…

— К слову, о силе, — Борис задумчиво провел рукой по подбородку. — Рита, ты ведь видела спектр Дианы? Зеленое свечение. Это не наша классическая Волчья Кровь.

Рита замерла с бокалом у губ. Её пальцы едва заметно дрогнули, звякнув кольцом о хрусталь. Она медленно перевела взгляд на брата, и в её глазах промелькнул самый настоящий, застарелый страх.

— Замолчи, Боря, — тихо, почти беззвучно выдохнула она, косясь на соседние столики. — Не смей даже думать об этом.

— Но Рита… — Борис подался вперед, понизив голос до шепота. — Это может быть важным! Что, если Ядро Ярика и Дианы проснулось не из-за отцовского наследия? Что, если в нем проснулась… ЕЁ кровь? Та, из-за которой Андрей утащил Род из Столицы в эту глушь двадцать лет назад?

— Я сказала — тихо! — процедила Рита, и её аура на долю секунды полыхнула тусклым, но колючим покровом. — Лилия мертва, как и её прошлое. Если в Столице… если те люди узнают, что ЕЁ Кровь не угасла в потомках, они выжгут Северогорск до основания. Просто ради того, чтобы забрать девчонку и парня. И никто их не остановит, ни КМН, ни даже Медведевы. Для них мы просто воры, утащившие их главное сокровище.

— Рита… — Борис стиснул кулаки. — Ты слишком нагнетаешь. Андрей же сказал, что всё ула…

— Наслаждайся патентом и молись, чтобы мальчик… и особенно девочка вдруг не начали демонстрировать… неправильные «семейные» таланты, — процедила Рита.

— О, Борис! Рита! Какая неожиданная, но прелестная встреча в наших скромных трущобах.

К столу плавно подплыла баронесса Алина Смирнова. Её молодость держалась на дорогой алхимии и тугих корсетах, а шелковое платье шуршало при каждом шаге. На холеных пальцах баронессы, держащих хрустальный бокал, тускло искрили защитные кольца-артефакты.

— Алина, — Рита растянула губы в улыбке, больше похожей на оскал сытой волчицы. — Твой косметолог сотворил чудо. Кожа выглядит почти живой. Швов с такого расстояния совсем не видно.

Улыбка баронессы даже не дрогнула. Она оперлась руками о спинку свободного стула, зависнув аккурат над лежащей на сиденье бархатной сумочкой Риты.

— Остроумие — это всё, что осталось у Волковых? — приподняла бровь Смирнова. — Слышала, ваш Клан задолжал муниципальным службам столько, что скоро вам придется сдавать вашу псарню под склад КМН.

— Долги закрыты, Алина. И Канцелярия сегодня признала права наших наследников, — Борис похлопал ладонью по папке с печатями, стараясь звучать как можно внушительнее. — Волковы возвращаются.

— Надо же. Рада за вас. Честно, — в голосе баронессы прозвучал такой искренний яд, что херес в бокале Бориса мог бы свернуться.

В этот момент её массивное кольцо-коммуникатор на среднем пальце коротко завибрировало.

Алина скользнула взглядом по ладони. Там, прямо на коже проступили светящиеся рунные символы.

Её безупречная улыбка на долю секунды застыла, а зрачки сузились. Она плавно перевела взгляд на Бориса, затем на Риту, и в её глазах вспыхнул холодный, расчетливый огонек.

— Знаете, господа… Нам определенно нужно выпить за ваше возрождение, — на ее лице уже снова играла радушная неестественная улыбка. — Официант!

Подошел парень с подносом, на котором уже стоял херес.

— Принесите лучшего шампанского за мой счет, — царственным жестом распорядилась баронесса. — И помогите господину Волкову перевесить его пальто. Оно слишком влажное, портить бархат мебели в таком заведении — моветон.

Официант шагнул вперед, перехватывая мокрое кашемировое пальто Бориса со спинки стула.

— Позвольте, — вежливо прошептал лакей. Глава рода рассеянно кивнул.

Пока Борис отвлекся на баронессу, которая внезапно принялась расспрашивать его об условиях аренды западных угодий Клана, тонкие, натренированные пальцы официанта скользнули во внутренний карман пальто. Смартфон Бориса плавно перекочевал в широкий рукав фрака.

Рита потянулась к своему бокалу. В этот момент Алина «случайно» покачнулась на своих высоких шпильках и задела локтем лежащую на стуле сумочку Риты. Бархатный ридикюль соскользнул на пол, и его скудное содержимое со стуком раскатилось по ковру.

— Ах, какая я неловкая! — прижала руку к губам баронесса.

Официант мгновенно опустился на колени, закрывая обзор своей широкой спиной, и принялся быстро собирать рассыпавшиеся мелочи: серебряную пудреницу, зеркальце, ключи. Его движения были быстрыми и точными, как у заправского иллюзиониста. Смартфон Риты исчез в его рукаве.

Через секунду сумочка, аккуратно закрытая, снова стояла на соседнем стуле.

— Еще раз простите мою неуклюжесть, дорогая, — Смирнова выпрямилась, поправляя платье. — Ох, к слову… Слышала, ваши золотоносные племяши в Академии сегодня такое выкинули… Скажите мне, пожалуйста, что это всё неправда!

Борис и Рита одновременно замерли. Внутри у обоих неприятно екнуло.

— Выкинули? — Борис натянуто улыбнулся, посильнее прижав к себе папку с документами. — Что ты имеешь в виду, Алина? Они просто… пошли на занятия.

— Ой, так вы еще не в курсе? — баронесса притворно округлила глаза и тихонько рассмеялась, прикрыв рот ладонью. — Ваши тихие детки устроили там грандиозную потасовку. Прямо во дворе.

Борис заметно побледнел. Рита резко выпрямилась, её пальцы впились в край стола. Они быстро переглянулись. В голове Бориса за долю секунды пронеслись самые мрачные сценарии: Ярослав кого-то убил, Диана призвала тварей из Бездны, КМН аннулирует патенты…