Хренушки вам, господа присяжные. Переговоры теперь наше всё.

Декстер нахмурился, его кулаки сжались с тихим хрустом.

– Граф не ведет переговоры с дикими собаками, – процедил наемник. – У тебя нет ничего, чем ты мог бы торговаться. Ты врешь, Волков. Докажи, что Валерия жива, или я открываю огонь. Мои парни превратят тебя в пепел за три секунды.

Я тихо, издевательски рассмеялся под своей серебряной маской.

– Доказать? Ну, как скажешь, Декстер. Изволь.

Я сделал глубокий вдох, заставив Чёрный Желудок вытолкнуть из своих глубин одну очень важную, недавно припрятанную добычу. Горло обожгло холодом. Я приоткрыл рот…

ПШ‑Ш‑Ш‑Ш‑ЧПОК!

Из моей глотки с тихим шипением вырвался густой фиолетово‑черный туман. Он завис в воздухе прямо передо мной, стремительно сгущаясь и обретая плоть. И через секунду на глазах у онемевших гвардейцев я аккуратно поймал за волосы выскользнувшую из тумана… голову Валерии Медведевой.

Голова виконтессы, аккуратно отделенная пространственным разрезом от тела, висела у меня в руке. Срез на шее был совершенно гладким, мерцающим фиолетовым светом пустоты. Ни единой капли крови.

В рядах гвардейцев послышался дружный, испуганный вздох. Двое штурмовиков отшатнулись, едва не выронив щиты, а лицо Декстера мгновенно пошло серыми пятнами. Его рука сама собой легла на кобуру. Они были уверены, что я только что на их глазах достал из желудка труп их любимой Госпожи.

Но шоу только начиналось.

«Мертвая» голова Валерии в моей руке вдруг раздраженно моргнула. Она взглянула на растерянного начальника охраны, сдула со лба влажную прядь и процедила своим высокомерным голосом:

– Декстер, ради всего святого, опусти оружие. Ты позоришь наш Род своим разинутым ртом. У тебя сейчас туда муха залетит.

Наемник застыл соляным столпом. Его рука так и осталась лежать на кобуре.

Валерия тем временем медленно повернула голову вверх, сердито уставившись прямо в глазницы моей серебряной маски:

– И Ярослав… – её голос зазвенел кристаллами льда. – Там внутри у тебя, прямо по соседству с моим сердцем, болтается чья‑то недопереваренная, жутко вонючая искра Дара. Это просто возмутительное, грязное соседство! Моя душенька этого не вынесет. Проглоти меня обратно, но немедленно пересади в другой отсек! Желательно с кондиционером и без этого вашего плебейского мусора!

Я ухмыльнулся, качнув головой.

– Капризная ты девка, Валерия. В следующий раз выделю тебе VIP‑консерву в Желудке.

Я поправил лацканы своего безупречного смокинга. Повернулся к Декстеру и его гвардейцам. Их вытянутые бледные лица стоили каждого потраченного на эту клоунаду нерва.

Я небрежно взвесил в руке говорящую голову Валерии, словно прикидывал вес спелого арбуза.

– Видал, Декстер? – я осклабился во весь рот. – Способ сохранения свежести припасов от рода Волковых. Эксклюзивный патент. Покупай, пока дешево.

Наемник сглотнул. Желваки на его квадратной челюсти заходили ходуном, а рука на кобуре заметно дрогнула.

– Расклад простой, мужики, – я сделал шаг вперед, и гвардейцы инстинктивно попятились на полметра. – Если вы сейчас начнете палить, у меня с перепугу случится спазм Желудка. И ваша распрекрасная Виконтесса вмиг переварится в отличный, наваристый бульон. Прямо внутри меня. Хотите проверить скорость моего пищеварения?

Я сделал паузу, давая им пропотеть.

– Но если вы будете паиньками и спокойно отведете меня к Графу, чтобы потолковать с глазу на глаз, то я, так и быть, выплюну её обратно целиком и полностью. Живую, здоровую и даже почти не покусанную.

Для пущей важности я легким движением подбросил голову Валерии в воздух. Пока летела, виконтесса успела одарить меня взглядом, обещающим долгое и крайне болезненное вскрытие в её будущей лаборатории.

Над моим плечом вновь распахнулась Призрачная Пасть.

АМ.

Челюсти сомкнулись на лету. Я нарочито, с громким, смачным сглатыванием отправил голову обратно в пространственный карман Чёрного Желудка. После чего аккуратно погладил себя по животу.

– Ох, тяжеловато пошла, – вздохнул я. – Наверное, из‑за её невыносимого характера. Изжога теперь будет, сто процентов.

Иллириэль рядом со мной едва заметно, но ехидно ухмыльнулась. Эльфийка явно смаковала то, в какой глухой тупик мы загнали всю эту местную верхушку охраны Медведевых. Ребята держали в руках оружие стоимостью в годовой бюджет целой области, но выглядели при этом так, будто прямо сейчас готовы были расплакаться и уйти на пенсию.

Декстер молчал секунд пять. Его кулаки сжались с тихим хрустом, но в итоге он медленно убрал руку от кобуры.

– Проходи, Волков, – глухо процедил он, отступая в сторону и освобождая дорогу. – Но если с ней случится хоть что‑то…

– Расслабься, Декстер, – я похлопал его по массивному бронированному плечу, проходя мимо. – Я же говорил. Я сегодня на диете. Веди к Папочке.

Орки. Шрам и Братва 

Ярослав, Декстер и эльфийка в сопровождении гвардии скрылись на нижних этажах комплекса. Титановые ворота с лязгом начали захлопываться.

Однако на этом представление не закончилось.

С ревом и грохотом к воротам подкатили два ржавых городских мусоровоза и тяжелая бетономешалка. Водители мастерски и в один миг заглушили тяжелые машины прямо поперек ворот, полностью перекрыв датчики движения, лазерные сетки и проезд.

Из‑под капотов повалил густой сизый дым – едкий и явно напущенный для вида. Из кабин с криками высыпала орава орков в оранжевых жилетах коммунальщиков, надетых прямо поверх спортивных костюмов «Абибас». Зеленокожие громилы немедленно начали бить тяжелыми разводными ключами по металлу, грохоча так, словно участвовали в рок‑концерте.

Из помятой легковушки, припаркованной чуть сзади, вальяжно выкатился Шрам. Зеленокожий авторитет сегодня превзошел себя: вырядился в спортивный костюм ядовито‑кислотного цвета, а золотая цепь на его шее толщиной напоминала якорную. В одной руке он сжимал мегафон, а в другой держал помятую папку с какими‑то бланками.

Следом за ним угодливо семенили два щуплых гоблина в мешковатых дешевых пиджаках. «Юридический отдел». А за их спинами трое орков бережно держали смартфоны на селфи‑палках, ведя прямую трансляцию в сеть.

Из‑за ворот выскочил взвод элитных гвардейцев Медведевых, мгновенно вскидывая тяжелые парализаторы. Но Шрам даже глазом не моргнул. Он поднес мегафон к широкой пасти и заорал на всю улицу:

– Алло, гараж! Вы че творите, животные⁈ Камеры снимают, мы в прямом эфире! У меня ДТП! Ваш силовой барьер вчера мою ласточку помял! Где ваша страховая⁈ Где ОСАГО, я спрашиваю⁈ Мы, честные налогоплательщики малых народностей, пришли тереть за права потребителей!

Один из гоблинов‑адвокатов угодливо подсунул бумажку под нос ошалевшему гвардейцу.

– Стреляй давай! Ну! – надрывался Шрам в мегафон. – Пусть весь Имперский сегмент сети видит ваш беспредел! Как вы простых работяг из коммунальных служб боевой магией выжигать собрались! Стреляй, рожу твою в Книгу рекордов запишем!

Элитная гвардия Медведевых, заточенная под уничтожение монстров Бездны, оказалась в глубоком интеллектуальном ступоре. Распылить толпу орущих работяг прямо под прицелом пяти смартфонов, транслирующих картинку в Запрещеннограм в режиме реального времени? Это гарантированный скандал государственного масштаба. Акции предприятий Медведевых на Имперской бирже после такого улетели бы в глубокий минус еще до обеда. А Граф за потерю прибыли лично содрал бы с гвардейцев три шкуры.

Пока всё внимание озадаченной охраны «Северного Ветра» было приковано к орущему в мегафон Шраму и оркам‑стримерам, сующим телефоны прямо в лица бойцам, на флангах КПП бесшумно разворачивался бескровный саботаж.

Двое подручных Шрама, Кирпич и Паяльник, с самым невинным видом прислонились к светящимся рунным пилонам внешнего контура. Кирпич, шумно вздохнув, достал из кармана жестянку с ядерным орочьим энергетиком, дикой смесью дешевого сиропа и едкой кислоты.