Такого же мнения относительно поездки верхом придерживалась и Фабиа, лишь Идалия и Ирен составили мне компанию.

— Его сиятельство маркиз Сомбал получил это право от короля, — подъехал шагом отец графа, маркиз Сокуза.

Я заметила у него на правом запястье родимое пятно в виде шнура.

— Какова магия вашего дома, ваше сиятельство? — спросила я его, когда мы закончили разговоры о несметном богатстве канцлера.

— Магия воды. Говорят, ваше величество, что мой род произошёл от морской нимфы. И однажды она приведёт нас к другим землям, полным золота.

— Уверена, так и будет, — улыбнулась я, вспомнив о предстоящих Великих географических открытиях. Почему бы и в этом мире не быть аналога Америки!

Мы все ждали Марию, которая пожелала присоединиться к охоте. Верхом. Мол, её ребёнок крепок телом, как и она, потому что королевская кровь даёт защиту.

Не было и герцога Каста, что вызывало во мне скрытую досаду. Я всё подозревала их обоих в сговоре.

Наконец, герцог вышел и с хмурым видом вскочил в седло чёрной кобылицы. Через некоторое время появилась и Мария, разодетая в наряд, похожий на мой, только темно-розового цвета.

Она довольно легко села на гнедую, украшенную попоной дома Тавора. Я приметила также и рубиновую тиару в её волосах. Снова хотела показать, что она не ниже меня по статусу? Ну хотя бы поклонилась!

Наконец, протрубил рог, и охота началась.

Я ехала рядом с герцогом Каста, стараясь уверенно держаться в седле, но внутри всё сжималось от тревоги и страха.

Если верить прогнозам, самое большее — послезавтра король будет здесь. Как мы встретимся? Я догадывалась, через что мне предстоит пройти, и чувствовала, что буду терпеть ласки короля с плотно сжатыми губами.

Мне надо ещё раз увидеть этого хитрого демона Паскуаля! Но говорить с ним я буду только в присутствии герцога.

Последний спустя пару минут после отъезда переменился и пребывал в хорошем расположении духа, даже изволил шутить со мной. Не по злому, как обычно, а перемежая шутки об охоте с безобидными сплетнями.

— Вам очень этот наряд.

— Благодарю вас, ваше сиятельство, за подарок, — с улыбкой тихо ответила я. — Вы меня знатно выручили. И угадали с мерками.

— Есть один секрет, ваша милость, — глаза герцога сверкнули весёлыми искорками. — Когда следует подобрать одежду даме по её размеру, надо представить её без одежды вовсе.

Родриго Каста скользнул по мне оценивающим взглядом, и я взаправду почувствовала себя голой.

К счастью, мы ехали в хвосте процессии, поэтому никто не заметил, как я покраснела.

Кроме одного человека.

— Вы так очаровательно краснеете, ваша милость, что я почти готов вам поверить.

Герцог протянул руку, как бы хотел натянуть уздечку моей кобылы, чтобы она не рвалась вперёд, но тут случилось нечто неожиданное.

— Убирайся, блудница! — крикнул кто-то из толпы крестьян, собравшихся вдоль дороги, чтобы поприветствовать процессию.

Как похвалялся канцлер, его очень любят в здешних землях, потому что считают: замок защищает от чумы и прочих напастей.

Солдаты маркиза Тавора, мол, лично осмотрели всех на предмет следов заражения. А потом кардинал Альфонсо прочёл благодарственную молитву, что чума не дошла в эти земли.

— Мария — наша королева!

— Мать наследника!

— Здравствуй и живи!

Эти выкрики были похожи на змеиный шёпот, на лай, раздающийся с разных сторон.

Мария махала рукой черни, которые слишком походили на тех, кому приплатили за выкрики.

И всё же в какой-то миг я ощутила глухую ненависть, дышащую в затылок.

Это не была ненависть отдельного человека, но сила, намоленная и надышанная сотнями больных, тянущими руки к свету.

Наш мир вдруг показался мне заключённым в стеклянном шаре, а книжный мир сделался бескрайним.

— Франкийка принесла чуму на хвосте!

— Уходи!

Я сжимала поводья, стараясь делать вид, что ничего не слышу. Герцог сделал знак своим людям обступить меня.

Маркиз Тавора, наконец, дал знак стражникам разогнать простой люд, и неожиданно сбоку прилетел комок грязи.

Он должен был попасть в круп моей кобылы, но один из людей герцога заслонил её собой.

— Взять их, — в свою очередь распорядился герцог, показывая на горстку зачинщиков.

Его люди ринулись, но опоздали.

— Не переживайте, их бы всё равно не поймали, — шепнул мне герцог. От его хорошего настроения не осталось и следа. — делайте вид, что вас нравится быть здесь.

Конечно, за мной наблюдали. И маркиз Тавора с его дочерью в первую очередь. Я даже не смотрела в их сторону, чтобы не выдать своей тревоги.

Мы въехали в лес, борзые взяли след. Олень рванул на дорогу, выбежав прямо перед нами.

Охота шла с арбалетами. Маркиз Тавора на правах хозяина хотел было выстрелить первым, но герцог Каста опередил. Попал в корпус, под лопатку, но олень заревел и скрылся в лесу. Борзые с оглушительным лаем пустили следом.

— За мной! — крикнул через плечо герцог и пустил лошадь рысью.

Я отпустила поводья, и моя кобыла, почуяв общий настрой, рванула вперёд.

Камень прилетел под ноги моей лошади. Она шарахнулась в сторону, я едва удержалась в седле, но герцог поймал отпущенные мной поводья и остановил кобылу.

Его пальцы на мгновение сомкнулись поверх моих, и даже сквозь перчатки я почувствовала жар от нашего соприкосновения.

— Возможно, вы не так крепко держитесь в седле, ваше величество, — сказал Родриго, но продолжил тихо, чтобы слышала только я: — Делайте вид, что вам нехорошо. Слегка. Ну же!

Его дыхание коснулось моей щеки, сердце моё бешено застучало.

Я застонала, поднесла руку к голове и позволила герцогу Каста, а также подоспевшему графу Феррейра помочь мне спуститься.

Рука герцога обхватила меня за талию, крепко, уверенно, будто он опасался, что без его помощи я и вправду не удержусь на ногах.

— Это всё верховые, — бурчала Ирен, тут же оказавшаяся рядом.

— Остановитесь! — голос герцога прозвучал как удар хлыста.

Я вздрогнула, но позволила усадить себя в коляску рядом с Мадаленой и Фабией.

На мгновение воцарилась тишина.

— Мне просто поплохело. Духота, — лепетала я, скромно улыбнувшись. Но взгляд был прикован к Родриго Каста.

Он всегда казался мне значимой фигурой, а теперь и вовсе нельзя было не восхищаться той властью, той силой, с которой он легко справлялся, чтобы управлять остальными.

— Немудрено, ваше величество, — маркиз Тавора подъехал ближе, но в лице его отражалось лишь болезненное любопытство. Не огорчение. — Толпа невежественна. Увы, зачинщики смуты сбежали, но их найдут.

Смех Марии раздавался где-то сбоку. Она выслушивала комплименты очередного кавалера.

— Божья кара! — подошёл кардинал, высунувшись из своей коляске. — Не черни рассуждать о ней!

Мне показалось, что кольцо вокруг меня сжимается.

И что я получаю обвинения уже другого, высшего порядка.

— Её величество вне любых подозрений, — голос герцога Каста, заслонявшего меня от остальных, от всего мира, звучал твёрдо, даже как-то лениво. Но рука лежала на кинжале за поясом. — Властью его величества я один решаю, кто здесь и в чём виновен.

Его спина, широкая, надёжная, такая знакомая, закрывала меня от злобных взглядов, в этот момент я по-настоящему ощутила, что у меня есть защитник. Пусть однажды он может повернуть свою власть против меня, хотя в это не верила, но какой-то отрезок пути мы пройдём вместе. Рука к руке.

— Есть ещё церковный суд, ваша светлость, — вкрадчиво напомнил кардинал, сдвинув шапочку на лысый затылок.

Тёмные глаза этого худого как жердь человека, фанатично блеснули. Такие как он считают, что день без обличения еретика прошёл зря.

Я вспомнила о натальной карте, составленной для меня маркизом Сокуза, и крепче сжала кулаки. Бросила быстрый взгляд на него и его сына, но оба хоть и внимательно прислушивались, не собирались вмешиваться.