–Может, она Лору новой жертвой выберет? – предложил Ник.

–Тогда я уже начинаю сочувствовать кровавой леди, – воскликнул Такаши.

Наверное, они и дальше бы продолжили обсуждать возможные кандидатуры новых жертв леди из страшилки. Но раздался характерный «Бум».

–Докопали, – сообщил Сэтоши.

Парни достаточно быстро подняли гроб наверх. Тёмное дерево выглядело прилично, словно и не прошло больше двадцати лет.

–Качественный гробик, – озвучил мои мысли Такаши, – столько лет прошло, а он целый.

–Заткнись, – посоветовал Риар.

Парни начали открывать крышку. А у меня ноги стали дрожать от осознания, что сейчас я увижу останки своей мамы. Одно дело прокручивать этот момент у себя в голове и убеждать, что по-другому ничего не получится. Но совсем другое понимать, что это произойдёт прямо сейчас.

Моё состояние заметил принц. Поэтому просто молча подошёл ко мне и обнял. И наверное, для тех, кто всё ещё считал меня Вильямом Нирнаэтом данная сцена была неожиданной. Хотя, мы выкопали гроб женщины, которая умерла больше двадцати лет назад и теперь планируем её оживить. Поэтому, не думаю, что ребят уже что-то способно удивить.

–Готово, – сообщил Ник.

Я выдохнула и отстранилась от принца.

–Уверена? – раздалось у меня над ухом.

Нет, я не готова и не уверена. Но и отступать уже поздно. Я просто обязана рискнуть. Поэтому собравшись с последними силами, я уверенно заявила:

–Открывайте.

После открытия крышки гроба в нос мгновенно ударил отвратительный запах. Если смерть имеет свой персональный аромат, то мы сейчас почувствовали именно его.

Не выдержала и отвернулась в сторону, потирая глаза, которые начали слезиться от такого едкого и омерзительно-сладкого запаха. Такая реакция была у всех ребят.

–Ну и амбре, – произнёс Такаши, зажимая свой нос пальцами, от чего его голос прозвучал очень комично.

–Трупы не пахнут розами, – ответил Сэтоши, морщась.

Я вспомнила, как Инар вылез из могилы. Тогда я не заметила, чтобы от него исходил такой отвратительный аромат. Правда, тогда я перепугалась до смерти, что меня за ногу схватил зомби и было как-то не до ароматов. Да, и он пролежал в могиле не двадцать лет.

Последовала примеру Такаши и тоже зажала свой нос, чтобы не так чувствовать запах. И только после этого повернулась обратно, и посмотрела на то, что осталось от самого близкого мне человека.

Одни кости, плоти уже не осталось. Поверх скелета сохранились лохмотья тёмно-зелёной ткани. Я почему-то сразу поняла, что маму похоронили в том платье, в котором она была на фотографиях с её выпускного из Академии тёмных искусств.

–Прости, конечно, но разве из таких останков можно кого-то оживить? – с сомнением спросил Ник.

У меня не было ответа на вопрос парня. У меня лишь была надежда, что такое возможно. Инар, в конце концов, тоже не выглядел как новенький. Именно эта мысль прибавила мне немного уверенности в своих возможностях.

–Вот сегодня и узнаем, – произнесла, – ставьте гроб в центр начерченной схемы.

Парни послушно сделали так, как я сказала. Дальше Эд и Ярт начали всех расставлять по нужным местам. Во внутреннем круге находились Риар с его братом. В среднем Лорсы и Такаши. А все остальные заняли позиции во внешнем круге и были нашей подстраховкой. Я же осталась внутри схемы, которой для завершения не хватало замкнутого круга.

–Только малейший намёк, что что-то идёт не так и мы всё сворачиваем, – напомнил Риар.

Я лишь кивнула, полностью сосредоточенная на своих мыслях. Я в очередной раз прокручивала в голове последовательность действий. Меня не покидал страх, что в нужный момент я запаникую и забуду всё, к чему готовилась.

Но страх не поможет мне, поэтому постаралась запихнуть его поглубже. И взглянув на небо, где отчётливо было видно две луны, дала себе мысленный пинок. И после почти уверенно замкнула круг схемы заклинания.

И как только я это сделала, по кругу схемы вспыхнула целая стена пламени, отгораживая меня от ребят. Это уже не входило в план. И, кажется, из-за стены пламени я слышала крик принца. Но отступать мне уже буквально было некуда. Поэтому обречённо сглотнув, повернулась к гробу.

Я с ужасом наблюдала, как шевельнулся один палец Даниэллы Нирнаэт. Затем второй. А дальше скелет женщины резко принял сидячее положения, оставаясь в гробу. И она направила на меня взгляд своих пустых глазниц.

Не знаю, как осталась стоять на своих ногах. Потому что коленки начали позорно трястись от животного страха. Потому что сейчас я осталась один на один с неконтролируемым умертвием, которое когда-то давно было моей мамой. Но сейчас она не помнила об этом. Зато, кажется, очень не против была полакомиться моими мозгами. Надежда была одна, что принц всё-таки прав, и у меня попросту отсутствуют такие.

–Мама, – сдавлено произнесла, – это я, Эрин. Твоя дочь.

Скелет опустил голову набок, продолжая наблюдать за мной своим пустым взглядом. Я нащупала в кармане заколку в виде птички и продемонстрировала её женщине.

–Это твоя, – мои руки предательски дрожали, – ты помнишь?

Скелет отрицательно качнул головой. А затем каким-то неуловимым движением мама оказалась около меня. Когда она приблизилась к моему лицу, я услышала цокот зубов, от этого у меня прошли мурашки по спине.

Потом она резко отстранилась и её пустые глазницы оказались прямо напротив моих глаз. А затем она указала своим костлявым пальцем на мои глаза, которые сейчас расширились до невероятных размеров, после чего буквально ткнула этим же пальцем в свою глазницу.

–Ты хочешь забрать мои глаза? – поинтересовалась.

Опять отрицательный кивок головы. А затем она повторила тот же жест с нашими глазами.

–У меня твои глаза? – предположила другой вариант.

Скелет оскалился и кивнул головой, подтверждая правильность моего предположения. И я поняла, что она не хочет меня съесть. И даже, кажется, понимает кто я такая.

–Мамочка, – прошептала, еле сдерживая слёзы.

Она осторожно провела своим костлявым пальцем по моей щеке, при этом вглядываясь в мои глаза. И мне даже показалось, что на секунду вместо пустоты я увидела взгляд цвета изумруда.

–Это твоя, – вновь протянула ей накапливающий артефакт, – она может помочь тебе вернутся ко мне.

Она ещё некоторое время вглядывалась в мои глаза, а затем недоверчиво потянулась к заколке. И когда она дотронулась до артефакта, я оказалась в знакомой мне тьме.

Как-то слишком часто я начала здесь появляться. И что дальше? Куда мне двигаться? И словно в ответ на мой вопрос вдалеке появился тусклый свет. Туда я и направилась.

Чем сильнее я приближалась к свету, тем заметнее менялось пространство вокруг меня. И вот я оказалась в небольшой светлой комнате, которая напоминала больничную палату. На кушетке с окровавленными простынями лежала молодая женщина, зелёные глаза которой словно остекленели.

В палату ворвался молодой мужчина. Он бросил на людей в белой одежде взгляд с нескрываемой надеждой. Но те лишь отрицательно мотнули головой, опуская взгляд в пол.

Мужчина рухнул на колени, как подкошенный, и начал беззвучно рыдать. В этот момент в палате появился ещё один мужчина с такими же зелёными глазами, как у погибшей женщины. Он и без вопросов понял, что произошло. В отчаянье со всей силой ударил кулаком в стену. Но это никак не помогло, женщина всё также лежала, словно неживая кукла.

–А ребёнок? – через какое-то время поинтересовался второй вошедший мужчина.

Мужчина в белом халате протянул ему свёрток с новорожденным младенцем, который даже не плакал, словно понимая всю трагичность ситуации.

Первый мужчина поднялся, подошёл к женщине и ласково поцеловал её, словно прощаясь. После закрыл её глаза, как казалось уже навечно. А потом к остальным присутствующим повернулся как будто уже другой мужчина, с непробиваемой маской вместо лица.