Словно почувствовав смену моего настроения, демон сжал мое колено в едва заметном ободряющем жесте. Я вздрогнула, отвыкшая от такого. Он сразу же отнял руку и поднялся.

— Отложим этот вопрос. В любом случае, я пока не планировал возвращаться. Какое-то время тебе придется сопровождать меня, и когда я закончу с делами, возьму тебя с собой.

Он командовал мной. Но его приказ не вызвал отторжения. Вместо этого он принес с собой облегчающую, почти живительную силу. Мышцы спины и плеч, которые были сведены в каменный узел последние... годы, кажется, дрогнули и расслабились. Еще какое-то время мне не нужно бороться с этим миром, выцарапывая у него свою жизнь.

— Нам уже нужно уходить, — продолжил он, и вдруг я почувствовала что-то теплое над головой.

Мгновение, и мои волосы опустились на плечи мягкими волнами, полностью высушенные. Следом мне на колени упали теплая меховая накидка, муфта и капор.

— Идем.

Во мне было столько эмоций и мыслей, что переварить их все, казалось просто невозможной задачей. Я затихла и, надев вещи, молча последовала за демоном. Но он вдруг остановился в дверях и обернулся с почти мальчишеской усмешкой.

— Чуть не забыл. Я — Астарот.

Астарот.

Я тихо повторила его про себя, словно пробуя на вкус.

На древнем соревальском языке моего рода, «астар» значило «вихрь».

Это имя подходило ему больше всего. Он ворвался в мою жизнь словно непредсказуемый вихрь, и даже сейчас после нашего непростого разговора, он вдруг едва ли не с детской непосредственностью вываливает на меня свое имя.

Уголок рта дрогнул в намеке на улыбку.

— Раакель, — представилась я в ответ.

На краткий миг глаза Астарота чуть сощурились. Но это было так мимолетно, что я решила — лишь показалось, ведь спустя еше мгновение его усмешка переросла в улыбку.

Он развернулся ко мне всем телом, подхватил мою вмиг онемевшую руку, и прежде чем я успела осознать его намерение, Астарот развернул ладонь и прижался губами к внутренней стороне запястья, ровно там, где неровно бился мой пульс.

— Мое почтение, эйра Раакель.

«Эйра Раакель… Эйра… Раакель», — крутилось у меня в голове, пока мы выходили из таверны.

Назвать свое настоящее имя было верхом глупости. Я слишком расслабилась рядом со сбивающим с толку Астаротом.

Эйра… Он был уверен, что я сбежавшая жена титулованного демона. Но мог ли он догадаться, что я была супругой правителя Севера?

Вряд ли… Кажется, даже Айстанэр не помнил моего имени. И в замке ко мне всегда обращались не иначе, чем «эйра Ванрейс». Оно просто стерлось за те пять лет в ледяной клетке.

Я задумчиво посмотрела в спину идущего впереди Астарота.

Может, это не было глупостью или потерянной бдительностью. Может, какая-то часть меня осознанно назвала настоящее имя, желая, наконец услышать его в чьих-то устах спустя долгие годы.

«Раакель», — он не бросил это небрежно. Произнес вкрадчиво и глубоко, будто заключая между нами тайный союз.

Грифон, нетерпеливо перебирая лапами, уже ждал нас на улице. Заметив хозяина, он радостно заклекотал и взмахнул крыльями, снеся половину товара расположившегося рядом лавочника. Тот побагровел от досады, но сказать ничего не посмел — лишь опустил голову и с опаской стал собирать то, что упало, боясь попасть под очередной удар обрадованного грифона.

В прошлый раз этот громадный и величественный зверь беспрекословно слушал мои команды. Но было ли это началом доверия, или на него действовал древний ритуал с нанесением крови на затылок? Ответа у меня не было, поэтому я решила не подходить слишком близко, ожидая Астарота.

Только тогда я поняла, что демон, все время идущий впереди меня, зачем-то остановился у порога. И раньше, чем я успела обернуться, вдруг почувствовала как воздух изменяется, плотнеет и искрится от собирающейся в печать мощной магии.

Не понимая, что происходит я развернулась. И застыла.

Астарот стоял с видом человека, скучающего на светском рауте. Без единого намёка на усилие, одной лишь рукой, обращённой ладонью вверх, он удерживал в невесомости гигантскую формацию. Это был спрессованный ураган, клубок яростного рока, нависший над пока ещё целой таверной. Он пульсировал тихим, зловещим светом, и от него звенело в ушах.

В голове пронеслись обрывки знаний: магия делится на ранги. И эта печать… Судя по искрящейся, перехватывающий дух мощи, она была, может, восьмого ранга… Или выше?

Значит, я была права.

Он действительно был Верховным.

В это мгновение постояльцы и слуги, ведомые слепым животным ужасом, с криками и воплями хлынули из дверей и окон, выламывая ставни. Мир вокруг погрузился в хаосе. А я, с несвойственной мне отстраненностью, пыталась осмыслить абсурд происходящего.

— Зачем все это?

Астарот, не теряя концентрации, бросил на меня косой взгляд, почти забавляясь. Уголок его рта дрогнул в усмешке.

— Как ты верно подметила, если бы этот жалкий отброс оставил меня умирать на его пороге, от него не осталось бы даже пепла…

У меня перехватило дыхание. Он повторил мои же слова — дословно, с той же ядовитой интонацией. Но… как? Он был без сознания.

— Но раз уж он просто отказался обслужить меня, как полагается, — продолжил демон с ледяной вежливостью, — снести эту дыру будет достаточно.

От этих слов хозяин, стоявший позади, будто физически ссохся. Лицо его посерело, морщины прорезались глубже, всего за пару секунд стал стариком.

— Нет-нет-нет! Эйр, умоляю! — его отчаянный вопль сорвался в истерический визг. Он бросился к ногам Астарота, хватая за край плаща. — Смилуйтесь! Всё, что угодно! Я…

Мольба обрубилась. Астарот лишь слегка прищурился, словно разглядывая назойливое насекомое и медленно, с непререкаемой гравитационной тягой, разжал пальцы.

Раздался режущий слух хруст — будто ломались рёбра мироздания. Оглушительный грохот поглотил визги, крики и сам воздух. Стены таверны не просто рухнули — они сложились вовнутрь, сдавленные невидимым кулаком, и взметнулось облако пыли, пронизанное зловещим сиянием распадающейся магии.

Я молча наблюдала за детским плачем, воплями людей, испуганными причитаниями женщина.

Как странно… Я не чувствовала отвращения.

Астарот вел себя, как Айстанэр, — как ведут себя все демоны? Он издевался над слабыми, которые ничем не могли ему ответить. Но где же тогда мое отторжение? Почему его не было?

Может потому, что алчное лицо хозяина таверны с бегающими свиными глазками все еще стояло перед внутренним взором? Может потому, что я все еще чувствовала на языке едкий привкус бессильной ярости?

А если бы Астарот пришел в замок Ванрейсов? И одного за другим, как мух, прихлопнул слуг, которые унижали, стирали меня долгие годы? Почувствовала ли бы я тогда отвержение? Вряд ли.

Я ясно увидела, осознала — моя неприязнь была выборочной, и пока сила Астарота была направлена против моих врагов, все было в порядке.

Похоже, Север слишком глубоко пустил в меня свои корни.

Дни потекли один за другим, наполняясь успокаивающей рутиной.

Мы переехали в город, который был на самой границе с Пучиной. Что удивительно, простой таверной Астарот не ограничился. Он купил (или быть может, снял?) огромный дом, в котором прислуживали безмолвные, никогда не поднимающие головы и глаз слуги.

Странно, что во всем поместье нашлась только одна спальная комната, поэтому каждую ночь мы с Астаротом проводили вместе. В этом не было ничего интимного и пошлого. Он никогда не пытался пересечь молчаливо проведенную между нами черту. Я ни разу не чувствовала, чтобы он смотрел на меня иначе, чем как на свою подопечную, попутчицу или, возможно, друга.

Астарот часто пропадал на целый день, а по возвращении записывал что-то в свой дневник. Он не держал свои дела в тайне намеренно, просто я не интересовалась и никогда не задавала лишних вопросов. Взамен я получила доступ к шикарной библиотеку со всевозможными книгами и возможностью жить, не беспокоясь ни о каких делах.