Теперь умерла и эта извращенная, нездоровая мечта. Которой давно уже не было во мне места.

Сглотнув ком в горле, я резким движением смахнула одинокую, катящуюся по щеке слезу, всем телом почувствовав короткий, острый, как укол взгляд Джаркейна.

А Ткач тем временем уже был у Сердца.

Его «серпы» напряглись, завибрировали, одним резким движением рассекли ткань пространства и все исчезло. Ни его. Ни Сердца Пучин больше не было.

Оглушительная тишина рухнула на землю.

Никто не смел пошевелиться.

А затем… С далекого поля боя донесся победный рев отчаявшихся рыцарей.

Монстры ушли, получив свое Сердце.

Все действительно закончилось.

Два года спустя…

Верховные демоны стояли, уткнувшись глазами в пол, как нашкодившие дети. Мне нравился их страх. Он был управляем и предсказуем.

Тук-тук-тук-тук.

Ритм был размеренным и безжалостным. Каждый удар по прохладному, впитавшему тысячелетия могущества ониксовому трону отдавался в их черепах болезненным эхом. Они не смели пошевелиться. Сам воздух в зале сгустился до состояния тягучей смолы

Тук-тук-тук-тук.

Перед троном застыли послы королевства Альтор. Мой взгляд неторопливо скользнул по каждому из делегации.

В центре стоял маркиз Фашхир, потеющий под моим взглядом, как курица на пару. Премьер-министр и любовник королевы. И… Надо же, как пикантно…

Скрыв улыбку, я окунулась в детали его прошлого.

Неужели он отец принцессы? Почему же маркиз сам вызвался стать членом делегации? Королева отдала ему один приказ, но у этого двуличного демона явно были свои причины. И я не могла выудить их из его прошлого.

Хороший подарок.

Справа от него стоял генерал Лейбиз — великий герой Альтора, получивший свой титул из-за смехотворной победы в пограничной стычке. Тупой взгляд, уставленный мне под ноги. Бытовые ссоры и попытки доказать всем, что он стоит своего имени.

Скучно. Отошлю его при ближайшей возможности.

Последней была графиня Жезе Белуар — придворная аристократка до кончиков безупречных ногтей, чье лицо было маской спокойствия, под которой пульсировал животный страх.

Чего же ты боишься?

Тук-тук-тук-тук.

Чуть подавшись вперед, я нырнула в ее прошлое.

Примерная жена, мать двоих детей и… Внебрачная дочь прошлого короля, которая всю жизнь скрывала эту страшную правду. Ибо королева была безжалостна.

Я позволила им постоять. Позволил поту стечь по вискам премьер-министра, позволил генералу почувствовать, как ноет спина от неподвижности, позволила придворной даме утонуть в собственных мыслях.

Мои пальцы, отстукивающие мерный ритм, замерли. И все трое вздрогнули, будто по ним ударили бичом.

Действительно забавно.

— Разве вы пришли не с просьбой к Великому Властелину? — мой голос прозвучал с вежливой прохладой. — Так почему же вы молчите?

Маркиз Фашхир сделал над собой титаническое усилие. Капля пота, наконец, сорвалась с его подбородка и упала на багровый ковер.

— П-провидица, — его голос дрогнул и сорвался на хрип. — Не смеем вас оскорблять или ставить под сомнение вашу власть, но мы получили приказ поговорить лично с императором.

Тишина, последовавшая за этими словами, прогремела также, как ропот небес после святотатства. Подданные империи, выстроившиеся вдоль стен, все как один дрогнули и поспешили отвести взгляд от безумцев из делегации.

Генерал Лейбиз невольно тяжело сглотнул, а на лице графини Белуар застыло выражение леденящего ужаса.

Уголок моего рта дрогнул в улыбке, и я опустила голову на сгиб пальцев.

— Маркиз Фашхир… — мой голос прозвучал мягче, почти участливо, как будто я объясняла что-то очень простое глупому ребенку. — Разве вы видите здесь Великого Властелина?

Словно вдруг на миг заподозрив, что император и правда внезапным образом материализовался в зале, делегации прикипела к пустому трону рядом с моим.

— Н-нет… — едва дыша, пробормотал Фашхир, проталкивая слова через судорожно сведенное горло.

— Понимаю ваше затруднение, — продолжила я, и в моем тоне зазвучала медовая, опасная ласковость. — В отсутствие Великого Владыки я уполномочена вершить его волю. Не хотите ли вы оспорить ее, не доверив мне цель вашего визита?

«Которую я уже знаю» — прозвучало меж строк, звеня в нагнетенной тишине.

Маркиз дрожащей рукой, сжимающей шелковый платок, стер пот с верхней губы.

— Благородная принцесса Тилия…

Твоя дочь…

— … достигла брачного возраста…

И королева послала делегацию, чтобы договориться о брачном союзе. С самим императором.

Подняв голову, Фашхир вскинулся в немом отчаянии, будто умоляя: «Не заставляйте меня заканчивать».

Я благосклонно кивнула.

— Вы пришли с целью заключения политического брака. Ничто не укрепляет дружбу государств больше, чем брачные узы.

Он посмотрел на меня с немой благодарностью и тут же, будто обжегшись, уткнулся взглядом в узоры ковра. Мало кто мог выдерживать мой взгляд.

— Среди имперской знати множество благородных эйров. Любой из них будет счастлив стать мужем вашей принцессы.

Маркиз вздрогнул, будто его хлестнули плетью.

— Н-нет… П-позвольте… — прохрипел он, не смея поднять головы.

Что же там у тебя? Я жадно подалась вперед, всем существом пожирая его взглядом. Что-то в тебе есть. Что-то… живое.

— Все вон. Кроме маркиза.

Зашелестел торопливый топот, хлопнули тяжелые, окованные черным металлом двери. Звук закрывшихся створок оббежал своды тихим эхом. Несколько мгновений — и мы остались одни. Огромный тронный зал, обычно наполненный призрачным присутствием придворных и стражей, внезапно обрушился на маркиза всей своей ледяной, давящей пустотой. Воздух застыл, как в гробнице, отяжелев и сделав каждый вдох мучительно громким. Мне были слышны хриплые всхлипы его легких.

Не спуская с него заинтересованного, хищного взгляда, я поднялась.

Шелк моего платья зашелестел по каменным ступеням возвышения тронов. Медленно, растягивая каждую секунду в вечность, я начала спускаться по ступеням. Мои острые каблуки отмеряли время: тук… тук… тук.

С каждым четким, звенящим звуком он будто уменьшался, съеживался. Его плечи втянулись, спина сгорбилась под невидимым грузом. Когда я остановилась в двух шагах, он едва был способен стоять на ногах.

— Вы боитесь меня, — прошептала я доверительно, сделав шаг ближе. — Неужели я такая пугающая?

— Н-нет… Как я с-смею… — его слова застряли в горле, превратившись в хриплый выдох. Глаза метались, пытаясь найти точку для безопасной фокусировки и не находя её — только мои острые туфли, складки моего платья, мои руки в чёрных перчатках.

Выдержав паузу, я слегка цокнула языком. Тихий, нежный звук, но он ударил маркиза обухом по голове.

— Мне нравится, когда мой собеседник со мной честен, — продолжила я. — Мир уже достаточно фальшив. Вы согласны со мной, Мелвин? Итак, почему вы меня боитесь?

Его била мелкая дрожь. Но все же он сделал над собой усилие и сцепил пальцы в белые от напряжения кулаки, вогнал ногти так глубоко в ладони, что на перчатках проступили тёмные точки.

Я проследила за этим с лёгким удовлетворением.

Хороший мальчик.

— Я… с-слышал… — он начал, и каждое слово вырывалось с мукой. — Одного в-вашего слова достаточно… чтобы… чтобы владыка трёх ущелий взошёл на эшафот по собственной воле, умоляя о казни… Чтобы… чтобы реки повернули вспять… — Он замолк, глотая воздух. — В-ваш Дар… В народе… вас называют… — он зажмурился, будто произнося святотатство, — …не пр-провидицей. А в-воплощением карающей Б-богини.

Он закончил на выдохе, почти обмяк, исчерпав весь запас смелости.

Я промолчала. Не поправляла его. Не отрицала. Тишина в такие моменты всегда была эффективнее.

Но ему нужна была передышка, иначе он рухнет ничком еще до того, как я доберусь до сути.