Затем он кивнул, дал команду своим, и первый челнок отчалил.

И присытковался второй — огромный, почти с нашу яхту величиной. Весь золочёный, расписной, красивенький такой.

И к нам на борт поднялся Его Сиятельство Великий Князь Помпейский и Помпадский, граф Пангеи Помпадской, «величайший из правителей» — Елисей Владимирович Леонов-Лисовский.

Ростом он оказался почти с меня. Телосложения чуть похуже. На голове — парик, сейчас, говорят, мода на парики в Помпаде.

И лицо оказалось действительно отдалённо на моё похожее. Но главное — я ощутил нехилую такую силу, которая прямо-таки заструилась от него ко мне. Мощный, мощный парень. Наверняка где-нибудь в третьей сотне по всей Империи.

Такого простым бластфайтом, да даже и чёрным — не завалишь. И катласом ордынским в бою не зарубишь.

У такого сперва следует нащупать аххилесову пяту, причём такую, нормальную, чтобы всё было по-справедливости — и уже потом давать честный бой.

Не сегодня, понял я. Сегодня — действительно, переговоры. И начать все решили, насколько я понял, издалека.

— Признаться, я разочарован, — начал он. — Я думал, что вы умеете друг другу доверять. К тому же, мы, насколько я понимаю, с вами родственники, Александр?

— Почему вы так решили? — спросил я.

— Потому что вы происходите родом из этих же мест, и тоже владеете Энергией Большого Взрыва. Практичеки все практики связаны кровным родством. Даже те, кто формально не принадлежат императорским домам.

— Вздор, — вполголоса произнесла Иоланта.

Я косо на неё посмотрел, но, в то же время, согласился.

— Теория известная, и даже официальная, но уже давно опровергнутая. И что именно это меня с вами роднит? Да, я в курсе, что ваш покойный батюшка был внебрачным сыном брата императора, которому пожаловали опустевшую после налёта Орды столицу Великого Княжества. Вы хотите сказать, что я — тоже бастард?

— Я хочу сказать только то, что мы могли бы договориться, — сказал Елисей, глядя, почему-то, на Вову Крестовского. — Но вы выбрали путь жёсткой дипломатии, военного давления. Что ж. Хорошо. Мы понимаем и принимаем это. Но перед тем, как ударить нам в спину — поймите, как и почему мы живём. Вы видели, каких размеров наши города? Вы видели, насколько процветает их народ?

— Да сейчас же, — хохотнул я. — В Юго-восточном дистрикте я наблюдат совсем другое. Похоже, вам несколько неверные сводки приносят ваши серв-адьютанты.

— Я сейчас о другом… — протянул он, явно подбирая слова, но затем сказал вполне себе прямо. — Как вы думаете, было бы это всё, если бы мы не пошли на сделку с… Ордой?

— Значит, вы признаёте сделку с Ордой? — пересохшим горлом сказал я.

— Да! Это вынужденная мера. Маленькая дань, всего пара сотен, реже — тысяч человек каждый месяц. Жатва, которую они делают, обычно в одном и том же районе. И благополучие одиннадцати миллиардов подданных Империи. Вы что, скажете, что это плохая цена?

Тут у меня начало слегка подгорать.

Терпеть не могу, когда откровенную трусость, предательство и медленный геноцид собственного населения пытаются обернуть в красивую обёртку из серой морали.

— Маленькая дань — это ничто по сравению с тем, что совершаете ежедневно, — сказал я, поднимаясь со стула. — Я даже не говорю про вероятно-оставшееся и выжившее коренное население на Помпее. Вы предоставили врагу всего человечества удобрый коридор и место дисклокации для напаления на Центральные Системы. На сотни планет, на десятки, если не сотни миллиардов человек. Сам факт того, что вы ничего не сделали с гнездом Орды на Помпее, говорит о том, что вы предатель родины. Вы могли призвать четвёртый Легион. Полностью. Я уверен, что у него хватило бы кораблей разобраться с десятком кораблей орды. В конце концов, вы могли позвать меня, Гиацинт, князя Черепанова, ещё десяток окрестных князей, между прочим — многие их которых были когда-то вашими подданными и обязаны были прийти вам на помощь! Вы могли бы воспользоваться услугами «Сирот Войны», наконец!..

— Не мог! — Великий Князь попытался меня перебить. — Вы не понимаете, это…

— Это другое, да? Что из этого вы сделали? Ни-че-го, — резюмировал я. — И мне плевать на причины, почему! Чувстов безопасности, личное обогощение, угрозы кому-то из ближних родственников — всё это не аргументы, чтобы совершить предательство против человечества. Но я же очень добрый. Я дам вам последний шанс, господин великий князь. Я позволю вам совершить три действия: беспрепятственно провести военную операцию на Помпее…

— Так. Разрешаю, — тут же перебил меня князь.

— Далее — выдать мне Якова Церберова-Дубского, как я и просил. Эта заноза в заднице начинает уже донимать. И третье, после этого всего — отречься от престола. Уйти в капитаны где-нибудь на окраинный флот, искупить вину перед родиной. Что скажете?

Великий князь поднялся, изображая верхнюю степень оскорбления.

— Я понятия не имею о том, кто такой ваш Яков Церберов-Дубский. Но, так и быть, я уже попросил тайную канцелярию отыскать его. Что касаемо третьей части вашего предложения… Александр Игнатьевич, давайте закончим беседу. Она перестала быть конструктивной. Снабжение вашему флоту будет предоставлено. Мы вас больше не задерживаем. Надеюсь, вы не будете задерживать меня.

— Неделя, — сказал я. — Я даю вам неделю на то, чтобы принять это решение, — сказал я.

— Кто вы такой, чтобы отдавать мне такой приказ⁈ — прохрипел низким голосом Елисей Владимирович, буквально отшвыривая мешавший проходу к челноку стул.

И в его глазах и во рту буквально на миг отразился огонь. О, так он, возможно, так называемый «дракон»? Адепт с навыком «Изрыгаемое пламя»?

Давненько я таких не видел.

— Ну, и? — спросил я. — Что, сожжём всё тут?

Великий князь думал некоторое время. Затем стих, поник, покачал головой.

— Этот поединок не будет честным. Я вижу ещё двух практиков Большого Взрыва на корабле. И они на вашей стороне, пусть они ещё и юнцы. Вы озвучили ультиматум, граф Александр?

— Я озвучил своё деловое предложение, — оскалился я. — И упаси небо думать, что это я делаю, потому что планирую занять ваш престол. У меня есть дела поважнее. Например, разгромить Орду в нашем с вами Великом Княжестве. Кто-то же должен был этим заняться?

— Вы не понимаете, Александр! Их невозможно победить! Что только я смогу с ними всеми хоть как-то договориться! — сделал последнюю попытку Леонов-Лисовский. — Поэтому вы делаете большую ошибку, не пытаясь установить мир со мной. Так вы окажитесь с ними один на один.

Я усмехнулся.

— Если вы реально смогли договориться с Ордой — значит, вы часть Орды. Значит, в моём представлении, с вами договариваться уж точно не стоит. Если вы не можете договориться с Ордой, и не можете справиться с ней, что куда более вероятно — аналогично, смысл мне с вами договариваться? Но я повторюсь — я добрый. Неделя.

— Я услышал вас, — сказал Великий князь и, сухо кивнув, ушёл в челнок.

Как же чесались у меня руки подбить его на отходе от яхты.

Но — нет. Надо по-чесноку. Поединок двух практиков. Возможно, и ранговый. Посмотрим, в общем. Но — сначала Орда.

Тем более, что Капитан Немо рассказал, что наблюдал весьма интересное. В аккурат, когда он прилетел на планету, юркий и колючий «Сорокопут-Надсмешник» булькнул выходом из подпространства на низкой опорной и неспешно направился прямо к Арктическому дистрикту. Как раз, видимо, на ту самую «жатву», про которую проговорился Великий Князь.

Наш разведчик весьма в красках обрисовал ситуацию на орбите.

— «О боже, какой ужас, корабль Орды! Надо всем боевым кораблям уйти на безопасные орбиты или нырнуть в прыжок, главное не задеть дорогих гостей!» Вот примерно такая картина нарисовалась в первые минуты после его появления, командир.

Это они так договорились, значит? Вот тебе и состав преступления.