Горячее сжала предплечье. Вздрогнув, Сяося отскочила в сторону.

— Молодая госпожа хочет тебя видеть, — бледная Фэй-эр отпустила её.

Перед тем как пойти к Цуй Няо, Фэй-эр зашла на кухню за сладостями. Поднос с ними несла Сяося, не понимая, почему этим занималась она, а не оставшаяся личная служанка Цуй Няо. Ответ нашёлся по приходу во двор молодой госпожи Цуй — стража колко осмотрела служанок, проверила поднос и сладости, и только после пропустила.

— Молодая госпожа, — Фэй-эр первая вошла в комнату.

Цуй Няо нервно расхаживала по комнате, а увидев Сяося, бросилась к ней.

— Я знаю, мой отец жив, — она сжала руку Сяося, та в свою очередь зыркнула на Фэй-эр, которая стояла в стороне и не думала забирать поднос. — Где Цзи-эр? Что… Цзюнь Цзэ не уехал?

Её шёпот сливался в непонятный шум.

— Не знаю, где Цзи-эр. Цзюнь Цзэ всё ещё в поместье Цуй, — так же тихо ответила Сяося.

— Хорошо, — Цуй Няо сильнее сжала руку. — Замечательно.

— Больно, — напомнила о себе Сяося, как только терпеть хватку стало невозможно.

Цуй Няо отпустила и продолжала расхаживать по комнате, уже менее взволнованно.

Поставив поднос на ближайший столик, Сяося взглянула на неё, после на Фэй-эр, затем на двери.

— Цзи-эр много сделала, но это не со злого умысла, — шептала Цуй Няо. — Она лишь хотела помочь мне. Всё вышло не так, как она хотела.

— Она в порядке? — Сяося обратилась к Фэй-эр.

— Уже нет, — выдохнула та.

— А? — не совсем правильно расслышала Сяося.

Фэй-эр перевела на неё пустой взгляд.

— Цзи-эр не могла отравить отца, — рядом прошла Цуй Няо. Сяося быстро посмотрела на неё и перевела взгляд обратно на Фэй-эр, которая смотрела на неё печально-взволнованно, словно до этого не было в её глазах пустоты.

— Это кто-то другой, это не Цзи-эр, — шептала Цуй Няо.

Мрачная мысль поселилась у Сяося. Она же заставила сердце забиться быстрее.

— Цуй Няо, — чётко произнесла она. — Цзюнь Цзэ сказал, что, когда главе Цуй станет лучше, он заберёт тебя.

На своё имя Цуй Няо не обратила внимание, а вот на вторую часть фразы замерла посреди комнаты, дослушала и расплылась в улыбке.

— Я знала, я знала, — радостно зашептала она.

Сяося перевела взгляд на Фэй-эр и изогнула брови. Служанка с улыбкой смотрела на Цуй Няо.

«Что-то точно происходит».

«Это не дурдом с элементами ужаса».

— Я пойду, — Сяося бросилась к дверям. Её никто не остановил, никто не окликнул, никто даже не отчитал за грубое обращение и не соблюдение правил. Тихое-тихое хихиканье донеслось до Сяося, когда она взялась за двери.

«Цуй Няо точно тронулась умом».

Не имея занятости и желания себя занимать, Сяося вернулась в комнату для служанок высушиться, переодеться и переосмыслить всё случившееся за сегодняшний день. Странностей хоть отбавляй.

Тёплая ванна наспех, чтобы согреться и смыть несуществующую грязь. Быстрые движения мягким полотенцем, чтобы собрать влагу и не дать себе замёрзнуть. Чистая сухая одежда и одеяло на ноги. В комнате никого не было — слуги должны работать во все времена и при любых обстоятельствах.

Сложив руки на груди, Сяося смотрела перед собой.

«Сначала Ао».

Сяося помнила её взгляд и фразу на кухне.

«Потом Цзюнь Цзэ».

Его предложение не вязалось с отношением в последние дни. Пропасть существовала между тем и тем. Вполне можно списать на последние дурмана и не искать другой причины.

«Затем Фэй-эр».

Пустой взгляд в неподходящий момент. Не странность ли?

«И Цуй Няо».

Вполне вероятно, она могла быть не в себе после открывшейся правды да только она эмоционально сильная. К тому же Цзи-эр не сделала ничего такого, чтобы из-за неё тронуться умом. Она же не убила, не смертельно подставила кого, не развязала бойню. Всего лишь…

«Дважды чуть не уложила меня в постель с двумя разными парнями».

Или скорее один с половиной. Всё же с Цзюнь Цзэ полежала на кровати.

«Всё слишком странно, словно шар повернулся к темной стороне или сменился сценарист».

Важно время, только оно покажет истину. А пока обороты набирались, ресурсы накапливались, правда складывалась стопкой, Сяося твёрдо решила собрать скудные пожитки и подготовиться рвать куда глаза глядят.

— На новом месте тяжело обосновываться, плюс — тебя не знают, можешь предстать кем угодно, — хмыкнула под нос Сяося, в уме прикидывая, сколько у неё имелось денег. — Только вот документ мой где-то. Он же есть?

То, что оставаться не имело смысла — это уже точно. Одно из возможного точно сыграет против. Либо Цуй Няо, либо её служанка или служанки, либо Цзюнь Цзэ со своим стражем и его женой.

— Плохие карты на столе, в руке ещё хуже, — невесело подметила Сяося. — Карты лягут плохо.

' ' '

Противный мелкий дождь не прекращался. Сяося успела задремать. Впервые за всё время пребывания служанкой ей приснилась родная квартира. По ощущениям Сяося вернулась с высасывающей все соки работы, ругала начальника, ленивого коллегу, маленькую зарплату за большой объём работы.

По пробуждению Сяося аж вздрогнула и схватилась за громко стучащее сердце.

Короткий сон об обыденности поселил печаль. Вроде недавно ругалась на работу в пустоту, продолжая утрами на неё ходить, а вроде слишком давно носилась в жалком положении служанки. Всё же ни та работа, ни эта не имели права взывать к тоске.

— В них и капли хорошего не сыщешь, — Сяося мотнула тяжелой после сна головой.

Хоть по работе она не скучала, а вот по квартире, как оказалось, очень. Светло-жёлтые с краплением золотого обои, простая, но новая мебель, малое количество техники, мягкий пушистый беленький ковёр перед диваном.

Сяося сжала одеяло и облизнула губы.

«Я так давно не была дома…»

— Сяося!

Острое желание разрыдаться отменилось. В комнату вбежала Гу Юй. Бросила зонт на входе и подбежала к Сяося.

— Я с ног сбилась, пока тебя искала, — она встала перед кроватью. — Господин Цзюнь приказал передать тебе это и то, что сделать необходимо срочно.

Белый сложенный лист в руке Гу Юй повис на уровне лица Сяося. Смотря то на него, то на служанку, Сяося не сразу взяла «приказ».

Сяося развернула лист, на котором два блюда: «воздушный рис» «лапша с креветками», и вскинула голову, чтобы спросить, кто сказал Цзюнь Цзэ название блюда (она не могла припомнить с ходу, существовал ли воздушный рис в этой реальности), так и замерла, смотря на сухой пол у входа.

Так же, как и появилась, Гу Юй быстро ушла, прихватив зонт с пола.

Поднявшись, Сяося подошла к дверям, присела и коснулась пола. Сухой. Взгляд Сяося переместился на порог, провела дорожку до кровати.

Сухой пол без лужицы от зонта, без следов обуви Гу Юй. Даже на пороге и возле него ни капли, словно никто не заходил.

Шум дождя всё так же доносился с улицы.

Вздрогнув, Сяося повело. Она прикрыла на мгновение глаза и вытянула руку, угождая той в мокрый счастье пола. Секунда, и она большими глазами, без моргания, смотрела на капли на полу, оставшиеся явно от подошвы простых туфель служанки.

Сяося прикоснулась пальцами к воде, резко обернулась и подалась вперёд. Небольшая лужица нашлась ровном в том месте, где Гу Юй оставляла зонт.

— За что?.. — прошептала Сяося, коснувшись лужицы и подняв пальцы на уровне глаз.

И лужица, и следы, и капли на пороге и рядом с ним имелись. Подскочив, Сяося растёрла влагу по подушечкам пальцев, ещё раз прошлась взглядом по следам и выскочила из комнаты. Быстрым, не концентрирующимся взглядом она прошлась по двору, всё же цепляясь за полосы дождя, который не думал прекращаться. Сяося обернулась. Следы в комнате никуда не делись.

— Одно из двух, — выдохнула Сяося. — Я на пару с остальными стала сходить с ума, либо этот мир не прост. Точно не два в одном.