«Повторение не для него», — отмахнулась Сяося и прошлась пальцами по лбу.

Знакомые кусты пионов предстали на горизонте. Секунда, и Сяося шла к ним.

— Пока не упадёшь в болото, не поймёшь, как прекрасна река, — вздохнула она, залезая в кусты. — Раньше было лучше.

Сяося легла, положив под голову руку и согнув ноги в коленях.

«Что я имею? Ни-че-го».

На голубом небе громоздились серые облака.

«Раз все карты раскрылись, до меня никому не должно быть дела».

«С Цуй Няо могут испортиться отношения. Она точно отзовёт свои приказы. Хотя мне кажется, что она уже забыла или, скорее, отпустила, сближение с Цзюнь Цзэ и без моего вмешательства происходит».

«Скоро Цзюнь Цзэ пойдёт по душу императрицы. Там недалеко до боя с Лэ Янем. Он же случится?»

Сяося подложила вторую руку под голову.

«Должен произойти. А там… — она втянула воздух. — Второй сезон».

Сяося прикрыла глаза.

«Цзюнь Цзэ, ты… надо было тебе пасть под благовониями. А мне отдувайся, ты же жертва».

Скривившись, Сяося цокнула.

«Конечно, Цзи-эр хотела помочь Цуй Няо. Пади Цзюнь Цзэ под дурманом и окажись Цуй Няо рядом, утром сегодняшнего дня оба стояли перед главой Цуй и вели разговор о свадьбе».

«А тут я».

«Хорошо хоть не заставили стоять перед всеми и выслушивать, какой позор я совершила не по своему желанию».

Мокрое ударилось о щёку. Сяося открыла глаза. Очередная капля упала на неё. Начинался дождь.

— Давно его не было, — прошептала Сяося. — А был ли?

— Всё же ты здесь.

Сяося повернула голову. Присев и отодвинув стебли пионов, Чжан Юн смотрел на неё.

— Дождь собирается, вылезай — промокнешь.

— И без тебя знаю, — выдохнула Сяося, но всё же покинула убежище.

Чжан Юн отвёл в небольшой домик в глубине сада. Кроме плетёного большого кресла на два человека и столика другого не было.

— Гость уезжает, — Чжан Юн сел и снизу посмотрел на Сяося, которая позже него опустилась в кресло.

— Который?

— Которому прислуживаешь ты.

— Цзюнь Цзэ? — Сяося нахмурилась.

— Он, — кивнул Чжан Юн.

Первые частые капли упали на землю.

— Глава Цуй носится сейчас вокруг него, пытаясь выяснить, по какой причине он уезжает.

— И как успехи? — Сяося пыталась выглядеть безразличной, хотя знать хотелось очень.

— Не знаю, — Чжан Юн пожал плечами. — Но это к лучшему. От его присутствия здесь ничего хорошего не случилось.

— Это точно, — тихо вздохнула Сяося.

— Тебе бы тоже не помешало уйти.

Вопрошающе Сяося посмотрела на невозмутимого Чжан Юна.

— У тебя своя жизнь есть, — он смотрел в её глаза. — Она не здесь проходит.

Чистые глаза без тёмного дна — светлое в этом мире.

— Куда мне идти-то, — часто заморгав, Сяося отвернулась.

— Могу помочь покинуть это место.

— И куда ты меня отведёшь? — Сяося натянула на лицо кривую улыбку и повернулась к Чжан Юну.

Ответ прозвучал сразу.

— Домой.

Громкие и сильные капли обрушались на строения, пронзили землю и сокрыли под плотной занавесью внешний мир. Ливень прервал череду жарких дней.

— К кому домой? — не поняла Сяося. — У тебя есть дом?

Чжан Юн предлагал отправиться к нему домой?! С какой счастливой новости такие щедрые предложения постороннему человеку? Сяося свела брови. Или Чжан Юн имел в виду её дом?

Сяося ждала ответа, а садовник Чжан смотрел на неё, явно в ожидании озарения. Такого не случилось. Чжан Юн тихо вздохнул и открыл рот.

Крик сквозь шум дождя оборвал разговор.

— Плохое случилось, — Чжан Юн всматривался в занавес дождя.

— Оно и не заканчивалось, — прошептала Сяося и тоже не поднялась. Только сердце в груди забилось быстрее обычного.

Они продолжали сидеть, слушая природу, в мелодию которой вклинивались топот, громкие неразборчивые слова.

— Кому плохо стало? — Сяося произнесла слова в пустоту.

— Не важно кому, всё равно мир катится в тёмные времена, — Чжан Юн потёр подбородок.

— Это да, — выдохнула Сяося, припоминая, что на горизонте маячили события с императрицей, к которой подбирался Цзюнь Цзэ с местью. После изменений в творящейся реальности Сяося не могла сказать точно, какие ловушки расставил злодей для своей цели. Всё же это одна из главных сцен, такое не может потерять своей значимости и задвинуться на задние ряды.

— Ты подумай над моим предложением, — Чжан Юн посмотрел на Сяося.

— Дом?

Чжан Юн кивнул.

— Хорошо, — Сяося протянула ему руку. — Даю тебе право отвести меня домой в случае краха свободы, жизни или мира.

Тёплая рука несильно сжала её пальцы.

— Обещаю.

' ' '

Обиды не было, скорее некая неловкость не давала открыто передвигаться по двору. Сяося тщательно высматривала округу, чтобы преодолеть её. Вроде всё прояснилось, не с ней, конечно, но правда вышла наружу, и виновная понесёт наказание. И всё же воспоминания вечера не покидали память.

«Такие опасные вещи на подобие дурмана существуют в мире, и их ещё не запретили. Упущение!»

Оставалась надежда, что Цзюнь Цзэ собрал вещи и покинул поместье Цуй.

— Главе Цуй стало плохо? — Сяося большими глазами смотрела на Ао. Как только дождь прекратился, она заглянула на кухню перекусить, там и встретила жену стража Цюань.

— После разговора с Цзюнь Цзэ прошло немного времени, — шептала Ао, — наложница Ван нашла главу Цуй на полу без сознания. Так же одна из служанок приняла яд, её другая служанка нашла. Её крик всё поместье слышало.

— Зачем она приняла яд?

— Кто ж его знает, — пожала плечами Ао. — Но…

— А?

Облизнув губы, Ао поделилась:

— Это лишь слух, но поговаривают, что до того, как та служанка приняла яд, она подавала чай главе Цуй и господину Цзюнь. А после она себя, главе стало плохо. Болтают, что она отравила главу, а после себя…

— Зачем ей это? — Сяося нахмурилась.

Ао оглядела кухню и ещё тише зашептала:

— Сегодня утром глава Цуй поругался с молодой госпожой из-за вопроса брака между ней и господином Лэ.

— Цуй Няо не согласна, — как само собой разумеющееся прошептала Сяося. — Ей нравится Цзюнь Цзэ.

— Глава Цуй сказал, что его дочь выйдет за господина Лэ, и сегодня в середине дня должен был принять соглашение на брак. Но сейчас он в своей комнате за закрытыми дверьми с не отходящими от него лекарями.

Сяося резко выпрямилась.

— Она не могла отравить собственного отца, — тихо-тихо выдохнула изумлённо Сяося.

— Молодая госпожа — да, а вот её служанка…

— Разве Цзи-эр не посадили под арест? — напряглась Сяося. — Не Фэй-эр же?

— За Цзи-эр не следили, и других дел полно, но, когда ей принесли еду, её не оказалось на месте. Цзи-эр сбежала.

— Так просто сбежала, и никто не заметил? — брови Сяося поднялись.

— Служанка же, никто всерьёз нас не воспринимает.

— Вот тебе и служанка, — Сяося тихо выдохнула. — Она сколько наворотила…

— Никто не знает, за что Цзи-эр заперли.

Сяося потёрла лоб.

— Точно, Цуй Няо строго не накажет ту, что следовала за ней с детства. И всё же недосмотренность заимеет плохой поворот.

Ао подлила чай и подвинула к Сяося.

— Не переживай, Цзи-эр ищут, к молодой госпоже приставлена стража.

— Кстати, — неожиданно вспомнила Сяося. — Цзюнь Цзэ собирался покинуть поместье Цуй. Он уже ушёл?

— После случившегося с главой Цуй господин Цзюнь остался, — Ао налила себе чай и сделала глоток. — Обещал достать лучшее лекарство, лучших лекарей, если это понадобится. Но со связями господина Лэ, это не понадобится.

— Если бы не случай с главой Цуй, Цзюнь Цзэ покинул семью Цуй, — Сяося задумчиво отпила чай. — Получается, и ты ушла бы следом за ним… ними.

— Не знаю, — Ао пожала плечами. — Должна была бы?

— Ты ведь пришла в поместье Цуй из-за Цюань Инхао, — припоминала ей её же слова Сяося. — Если он уходит, ты тоже уходишь. Разве это не логично?