— Найти в себе силы сложно, но, сделав это, можно сойти с ненужного пути.

— Оно звучит легко, — прошептала Сяося, открывая глаза и поднимая голову. И тут её осенило. — Садовник Чжан, а ты знаешь моё имя?

— Ты не называла, — слова Чжан Юна звучали просто.

— То есть ты не знаешь?

— Вроде знаю, — пожал плечами Чжан Юн.

Сяося прочистила горло и гордо произнесла:

— Сяося.

— Сяо Ся, — Чжан Юн произнёс каждый слог отдельно. — Значит, Сяося.

Из всех, кому представлялась Сяося, садовник Чжан стал тем, от кого её имя прозвучало легко и правильно, словно так и должно быть. Сведя брови, Сяося спросила:

— Садовник Чжан, ты за кого?

— За тебя? — с большим сомнением несмело протянул Чжан Юн. — Я, как и ты.

— Я про то, на кого работаешь? Кто твой главный? — сомнение в собственных словах брало верх. — Или, правильнее сказать, чьи приказы выполняешь?

— Я, как и ты, — неспеша и чётко проговаривал Чжан Юн, — работаю в поместье Цуй на семью Цуй. Остальное я не понимаю.

Сяося задумчиво всматривалась в него.

«Этот мир сводит с ума. Надо было придумать столь неоднозначных героев».

Оглянувшись, Чжан Юн подошёл, наклонился и прошептал:

— У всего есть конец, он неизбежен. Если тебе невтерпёж, самое время уходить.

— А? — Сяося изогнула брови и с непониманием уставилась на отошедшего Чжан Юна.

— Мне надо закончить, — садовник указал на цветы. — Можешь остаться, только не говори. Ты шумная.

— Ты об этом уже говорил, — буркнула Сяося и, махнув на прощание, покинула сад.

«Какие все странные. Я уже ничего не понимаю».

' ' '

Безболезненно заламывая палец, Сяося сдерживала себя. В который раз её выловили и привели к главным лицам.

«Маленькие дети, что ли? Или это контроль? Посмотреть спектакль без моего присутствия не могут, вот позор».

Цзюнь Цзэ, Цуй Няо и Лэ Янь сидели в плетёных креслах, перед ними развернулась прекрасная сцена про бога, что отказался от всего, чтобы защитить свою любовь. Позади стояли Цзи-эр и Фэй-эр, готовые выполнять любое поручение, чуть позади Сяося и неизменно скучающий Цюань Инхао.

А до всего этого недовольная Цзи-эр отчитала, отыскав, ужасную служанку:

— Почему я должна постоянно тебя искать? Ты обязана быть на одном месте. Вообще, это не моя обязанность тебя искать.

— Могла и не искать, — скривила лицо Сяося. И это подействовало на Цзи-эр как удар под дых. Она открывала и закрывала рот. — Когда там уже конец, я устала от них всех.

После Цзи-эр пришлось слушать Цуй Няо, которая попыталась отшутиться:

— А вот и твоя лучшая служанка.

Цзюнь Цзэ лишь мельком взглянул на пришедшую Сяося и отпустил Гу Юй, которую ветром сдуло тут же со двора Иньцан Мэйли.

Третьим, кого Сяося не хотела бы видеть, стал Лэ Янь, который забегал глазами, а как стало невмоготу, отвернулся.

А вот на Цюань Инхао взгляд у Сяося изменился. Страж вырос в её глазах и приобрёл невидимые плюсы в свою копилку интересной личности.

Спектакль шёл долгий час и почти тридцать минут и пока не собирался заканчиваться. Сяося отстояла себе все пятки, не спасало и перекатывание, и разминание. Ныли и всё тут. Сяося замечала взгляды Цуй Няо в сторону Цзюнь Цзэ, который невозмутимо смотрел исключительно на артистов, видела, как Лэ Янь поворачивал голову в сторону Цуй Няо и тут же отворачивался.

«Будьте людьми, отправьте меня куда-нибудь».

Но никто и не думал давать слугам поручения. Сяося простояла все три мучительных часа.

В момент громкого музыкального сопровождения неожиданно раздался голос Цюань Инхао:

— Какое решение приняла?

Сяося вопрошающе посмотрела на него. Цюань Инхао в ответ смотрел и молчал.

— Увольняюсь, — прошептала Сяося и отвернулась.

Больше они не разговаривали.

— Как всегда прекрасно, — Цуй Няо с улыбкой смотрела на артистов, на Цзюнь Цзэ.

— Разве могло быть иначе?

Даже уставшая Сяося почувствовала прохладу в голосе Цзюнь Цзэ.

— Не понравилось? — улыбка меркла на лице Цуй Няо.

— Молодая госпожа долго выбирала артистов, спектакль, — тут же вступилась Цзи-эр.

— А важный гость не оценил, — съязвил Лэ Янь.

«Начинается», — простонала Сяося.

— Я не сказал, что плохо, — Цзюнь Цзэ с вызовом смотрел на Лэ Яня.

— Твои слова несли именно такой смысл, — Лэ Янь сжал подлокотник.

«Один как лёд — ему всё равно, другой — огонь, подуй в его сторону, и он лес сожжёт».

Бой взглядов главного героя и злодея никто не думал прерывать, а те не рвались ступить в настоящий бой и наконец разрешить всем сдвинуться с места.

— Может, чай подать? — не вытерпела Сяося. — Я быстро.

Не давая и шанса её остановить, бросилась вон. Преодолев полпути до кухни, Сяося замедлилась.

«Похоже, мы приближаемся к назреванию конфликта. Да будет бой».

Сяося ждала, что к её приходу все разойдутся и ей в одни руки придётся убирать посиделки. Но к неожиданности и неприятности всё складывалось по-другому: Лэ Янь с неловкостью поглядывал на Сяося, которая подумывала развернуться и вернуться на кухню, сделав вид, что забыла что-то.

— Это… — достигло её раньше, чем решение окрепло.

Лэ Янь расправил плечи и открыто посмотрел на Сяося.

— Тогда…

— А?

Сказать чётко и открыто у Лэ Яня не получалось. Смущение перекрывало путь словам.

— Ничего не произошло, — нашла что сказать Сяося, обходя Лэ Яня.

— Я не знаю…

— Я знаю, — кивнула Сяося. — Это не достойно Вашего внимания, сосредоточьтесь на главном.

— Всё же…

— Мне надо идти, — Сяося ускорилась, оставляя Лэ Яня позади.

«Главный герой ты или мелкий злодей, а манеры и воспитание никто не отменял».

Пустой в представление Сяося задний двор не пустовал. Цюань Инхао стоял позади Цзюнь Цзэ, который расслабленно сидел в кресле и постукивал пальцами по столику рядом.

Сяося замедлилась, привлекая внимание стража. Ленивый взмах Цзюнь Цзэ, и Цюань Инхао отступил, склонился на последок и широким шагом покинул двор.

Поставив поднос с чаем, Сяося освободила его, подмечая кувшин в руке Цзюнь Цзэ и витающий аромат вина, и отступила. Лучше поскорее оставить его одного с мыслями.

— Наполни ванну, — донеслось тихое в спину, не успевшей уйти Сяося.

— Будет сделано.

Пока Сяося выполняла приказ, Цзюнь Цзэ допил кувшин и перебрался в комнату на кровать. Пребывая в задумчивости, он не замечал суеты служанки.

— Ванна готова, — отчиталась Сяося и оставила Цзюнь Цзэ одного, отправившись убирать двор.

«Не мог же злодей передумать и отойти от своей задачи?»

Сяося присела, обтирая кресло.

«Никаких существенных факторов не было. Наоборот, задача упростилась. Цуй Няо целиком и полностью отдалась чувствам, позабыв о вроде как женихе».

Поставив посуду на поднос, Сяося взяла пустой кувшин из-под вина.

«Получив ответ — чувства угасли? А были ли чувства? Скорее интерес?»

Сяося подняла поднос.

«Конечно, я внесла изменения, но я не в главной позиции, и от меня мало толку. Что-то не так. А что не так?»

Проходя мимо комнаты, Сяося услышала лёгкий звон и глухой удар.

— Упал? — она устремила взгляд на закрытые двери. — Цюань Инхао, ты где? Там твой господин потерял сознание и сейчас воды наглотается.

Но, как и ожидалось, Цюань Инхао не объявился, а волнение, что вино взяло верх и ударило в голову, и Цзюнь Цзэ ушёл под воду, вскипало.

— Что я переживаю? — остановила себя Сяося от шага в сторону комнаты. — Главные лица не гибнут до написанного момента.

Стремительно развернувшись, она через силу отступила от тревожащего объекта.

— Не гибнут же? Конечно, нет. Где это видано, чтобы злодей утонул, выпив немного вина? Он китаец, а китайцы много пьют, особенно в древние времена.

Всего два шага сделала Сяося, как зажмурилась и сжала поднос с грязной посудой.