— Что происходит? — я поморщилась.

— Вот это я и хочу выяснить.

Голос прозвучал резко и отчётливо, и я повернула голову, чтобы увидеть, что Хантер подошёл к краю бассейна, и в тот же миг краска сошла со всех лиц.

— Грейсон, — сказал Хантер. — Советую тебе немедленно выйти из бассейна с этой смертной.

Тон Хантера превратил мою кровь в лёд.

Грей прошептал мне:

— Держись рядом со мной, хорошо?

Я кивнула, и мы направились к выходу из бассейна. В моей голове всё ещё звучал миллион голосов, а всё вокруг выглядело чище и резче, чем раньше. Моё внимание колебалось, из-за чего ноги казались неуклюжими на твёрдой земле, но Грей удерживал меня на ногах, а остальные окружили нас.

— Это несанкционированное посещение со смертной, — заявил Хантер.

— Мы знаем, — ответил Грей.

— Не желаете объяснить, почему именно вы здесь с ней и почему вы оба были в бассейне, пока все эти наблюдали?

— Если быть предельно откровенным, у меня нет ни малейшего желания что-либо тебе объяснять.

Аура Хантера вспыхнула, и поток синевы устремился к Грею. Несколько месяцев назад я видела, как они оба сцепились в моей лаборатории, а потом Грей вернулся домой после очередной стычки с Хантером — весь в крови.

Я не могла позволить ему снова пострадать. Каждый раз это ломало меня изнутри.

Бессмертный он или нет — видеть его в боли причиняло мне собственную боль и отчаянное желание забрать её у него.

— Нет! — закричала я.

— Квентин, нет!

По моему телу прокатилась незнакомая волна тепла. Она зародилась в центре груди и разлилась по каждой конечности, пока пальцы рук и ног не закололо. Ослепительная золотая вспышка заставила меня вскинуть руки и зажмуриться.

Медленно открыв глаза, я увидела, что вспышка исчезла, а Хантер лежал на земле в нескольких ярдах от нас, сбитый с ног. Я посмотрела на остальных — их глаза были широко раскрыты, — и у меня неприятно ёкнуло внутри, когда я увидела золотые нити, исходящие из моих рук.

— Грей?! — я подняла на него взгляд в полном недоумении.

Что происходило?

Грей выглядел испуганным.

— Послушай меня. Всё будет в порядке, но тебе нужно держать свои эмоции под контролем, хорошо?

— У меня из рук дым идёт, а ты хочешь, чтобы я оставалась спокойной?!

Золотые нити пульсировали вокруг меня.

Хантер поднялся на ноги, и новая вспышка синего света змеёй устремилась ко мне. Я вскинула руку — передо мной возникла стена золота, скрытая за плотной чёрной преградой, которую создал Грей.

— КТО-НИБУДЬ ЛУЧШЕ ОБЪЯСНИТ МНЕ, ЧТО, БЛЯДЬ, ПРОИСХОДИТ! — голос Хантера пробрал меня до костей, и я опустила руки, но Грей удерживал свою ауру на месте.

— Грейсон, — прошипел Хантер, наступая на него. — Что она такое?

Мне бы тоже хотелось знать ответ, хотя я бы солгала, если бы сказала, что не боюсь его узнать. Любопытство не перевешивало мой страх.

Неведение было той землёй, на которой я хотела бы жить.

— Хантер, — сказал Эрик.

Хантер сбил Эрика с ног, и я повернулась к нему, но Грей схватил меня за руку и удержал рядом с собой.

— Отвечай. На. Вопрос, — прошипел Хантер, выглядя почти зверем.

Грей посмотрел на меня, затем снова перевёл взгляд на брата.

— Квентин — полубогиня.

Моя голова резко дёрнулась вверх.

— Что?

Грей посмотрел на меня, и по его глазам я поняла — это не шутка. И не ложь. То, что он говорил, было правдой.

И мои колени подогнулись. Грей оказался рядом, обнял меня, удерживая на ногах.

— Предлагаю всем вернуться в зал совета, и я уведомлю остальных, чтобы они присоединились к нам. С этим нужно разобраться, — сказал Хантер.

— Вы позволите нам объяснить.

— Решение примет весь совет. Немедленно идите туда. Не заставляйте меня повторять.

— Пойдём, Грейсон, — сказала Слоан, крепко сжимая руку Эрика.

Аура Грея окутала нас, и в следующее мгновение мы оказались в большом каменном зале, где в глубине комнаты стояли двенадцать тронов.

Грей всё ещё держал меня, и остальные присоединились к нам.

— Ты в порядке? — спросил он.

— Что происходит? Что ты имел в виду там?

Руки Грея лежали на моих плечах.

— Послушай меня. Ты должна сейчас слушать меня очень внимательно.

— Кто я?

Золотые нити снова пульсировали вокруг меня, заставляя всех, кроме Грея, отступить назад.

— Квентин, тебе нужно успокоиться. Мы можем помочь тебе, но ты должна впустить нас.

Я чувствовала себя здесь совершенно потерянной. Тонкие золотые струйки трепетали вокруг моих рук. Их можно было бы назвать красивыми, если бы они не заставляли мою амигдалу работать на пределе. Всё, что я видела, — это угрозу, пока паника сжимала мышцы и прокатывалась по телу с каждым ударом сердца.

— Ты полубогиня, Квентин, — снова мягко сказал Грей.

— Как? Я… как?

— Твоя мать была одной из нас, Квентин. Мэллори, твоя мать, она была моей кузиной, — сказала Элва.

Голова кружилась от этой информации, смешанной с множеством голосов, которые продолжали звенеть в моём черепе.

Моя мать.

Они думали, что я одна из них. Бассейн и то, как он звал меня.

Полубогиня? Этого просто не могло быть.

Грей стоял передо мной и взял моё лицо в свои руки.

— Тебе нужно взять свои эмоции под контроль — и быстро. Он собирается вынести этот вопрос на голосование совета, и они проголосуют против тебя, если решат, что ты представляешь для нас опасность. А ты представляешь опасность, если не контролируешь себя. Ты понимаешь?

Я смотрела на него пустым взглядом. Грей знал об этом? Он знал, что я якобы частично Богиня?

— Квентин, ты меня понимаешь? — его резкий тон вырвал меня из мыслей, и я кивнула.

Дверь в зал с грохотом распахнулась, вынудив Грея быстро отступить от меня. Без него рядом, без этой опоры, мои колени задрожали.

— Предлагаю всем занять свои места! — рявкнул Хантер.

Двенадцать Богов и Богинь заняли свои троны, выглядя величественно и божественно, и впервые в жизни я пожалела, что никогда не молилась. Я увидела знакомые лица и других, чьи имена знала, но с кем никогда не общалась. Мой взгляд снова и снова метался к Грею, но он едва смотрел на меня, пока все рассаживались.

Хантер поднялся со своего места, его взгляд впился в меня, уменьшая до размеров нескольких дюймов.

— Вас собрали здесь сегодня ночью на экстренное заседание, — сказал он, обращаясь к совету, но продолжая пристально смотреть на меня. — Похоже, среди нас появилась мерзость.

Эти слова ужалили, и я прищурилась на него. Мерзость? Насколько всё было плохо? Если я была…

Каждой частью своей души я хотела, чтобы это оказалось шуткой или галлюцинацией, но золотые проекции, окружавшие меня и расходящиеся по залу, говорили об обратном.

Вся комната наполнилась шёпотом, и я прижала ладони к вискам. Этот шум был невыносим. Сенсорная перегрузка.

— Похоже, некоторые из нас знали о её существовании, но не сочли нужным сообщить об этом совету. Итак, Грейсон, не желаете ли объяснить всем присутствующим, кто она такая и что вам известно.

В зале снова воцарилась тишина, и думать стало немного легче.

Грейсон поднялся со своего кресла с привычной грацией, но не посмотрел мне в глаза. Тяжесть дюжины взглядов обрушилась на меня, и я внезапно почувствовала себя неловко, словно под прицелом.

— Квентин Скотт — полубогиня, — объявил Грей.

Слова эхом разнеслись по залу, и пространство вокруг будто покачнулось. Но я глубоко вдохнула, стараясь сохранять спокойствие, как советовал Грей.

— Как это вообще возможно? — спросила Ария.

— Этого не может быть, — пробормотал Малакай.

— Они все были уничтожены! — добавила она.

— Очевидно, не все, Ария, — сказал Грейсон, закатывая глаза.

— Продолжай, — раздался голос Уэйверли.

— Я узнал об этом несколько месяцев назад, — объяснил Грей.

— Кто? — потребовала Ария.

— Мэллори. Она — дочь Мэллори.