— Держись рядом, — приказал Джон, помогая мне забраться в карету. — И не высовывайся.— Как скажешь, генерал, — я попыталась улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.

Северус сел напротив, и всю дорогу мы молчали. Я чувствовала его взгляд на себе, но когда поднимала глаза, он смотрел в окно. Джон сидел рядом, напряженный, сосредоточенный, и я знала, что его мысли уже там, на складе.— Джон, — позвала я тихо. — Будь осторожен.

Он посмотрел на меня, и в его глазах мелькнуло что-то теплое.— Пока ты рядом, я не смогу сдерживать себя, если что-то случится.

Карета остановилась в двух кварталах от склада. Дальше шли пешком, крадучись, стараясь не шуметь. Ночь была темной, безлунной, и это играло нам на руку.— Вот, — Северус указал на темное здание в конце тупика. — Тот самый склад. Арендован на имя отца, но я никогда здесь не был.

Джон кивнул, жестом приказывая нам оставаться на месте, а сам двинулся вперед. Я смотрела, как он крадется вдоль стены, как прижимается к ржавому железу, как замирает у двери. Через минуту он махнул рукой — можно подходить.— Внутри никого, — прошептал он, когда мы подошли. — Но я чувствую магию. Будьте начеку.

Он толкнул дверь, и мы вошли внутрь.Склад оказался огромным, с высокими потолками и рядами стеллажей, уходящих в темноту. Внутри пахло пылью и сыростью. А ещё… тем же запахом, что и в лавке аптекаря.

— Здесь была лаборатория, — сказал Северус, проведя рукой по пыльному столу. — Но все оборудование вывезли. Недавно.Джон осматривал стеллажи, заглядывал в ящики. Я держалась рядом, чувствуя, как внутри нарастает тревога.

— Джон, — позвала я. — Мне здесь не нравится.— Мне тоже, — он огляделся. — Слишком чисто. Как будто нас сюда пригласили.— Может, потому что пригласили, — тихо сказал Северус.

Мы обернулись. Он стоял у входа, подсвечивая себе магическим огоньком.— Что ты имеешь в виду?— То, что мы должны были найти этот склад, рано или поздно. Они уже вывезло всё. Точно знают про арест отца. — Северус шагнул вперед, и в свете его огонька я увидела, как из темноты выступают очертания... тел.

Я вскрикнула, отшатнулась. На полу, у дальней стены, лежал человек. Его лицо было разбито, руки связаны, а грудь... на груди зияла глубокая рана.— Это один из бандитов, — сказал Джон, наклоняясь. — Тот, который сбежал.— Убили, — констатировал Северус. — И недавно. Кровь еще не засохла.

— Зачем? — я смотрела на мертвое лицо и чувствовала, как тошнота подступает к горлу.— Затем, что он мог рассказать лишнее, — Джон выпрямился. — Его нанял не граф. Или не только граф. Кто-то убирает концы.

— Нам нужно уходить, — сказала я, чувствуя, как тревога сжимает грудь. — Здесь западня, я чувствую.Джон кивнул, но в этот момент пол под ногами дрогнул. Где-то в глубине склада раздался глухой взрыв, и одна из стен начала оседать, рассыпаясь кирпичами.

— Ловушка! — закричал Северус. — На выход!Мы рванули к двери, но она захлопнулась перед нашими носами. Джон ударил в нее плечом, бесполезно. Заперто. Сработала магия.

— Сзади! — закричала я.Из темноты вылетело что-то острое, блестящее. Джон успел оттолкнуть меня, и клинок прошел в сантиметре от его плеча, вонзившись в стену. Но второй летел следом.

Я не успела закричать. Джон заслонил меня собой, и лезвие вошло ему в бок.— Джон! — я схватила его, чувствуя, как он оседает на меня, как теплая кровь заливает мои руки.

— Всё хорошо, — прошептал он. — Нам...нужно уходить. Я рванула его к выходу, но сил не хватало. — Северус! Помоги!

Эльф уже был рядом. Он подхватил Джона с другой стороны, и мы потащили его к стене, где появился пролом, часть здания обрушилась, открывая путь наружу.Вокруг рушились стеллажи, сыпались кирпичи, пыль застилала глаза. Я тащила Джона, чувствуя, как он тяжелеет с каждым шагом, как его дыхание становится все тише.

— Держись, — шептала я. — Пожалуйста, держись. Не смей умирать.Мы выбрались наружу за секунду до того, как склад обрушился полностью. Я упала на колени, прижимая к себе Джона. Его лицо было белым, губы посинели, а из раны текла черная, густая кровь.

— Яд, — сказал Северус, опускаясь рядом. — Клинок был отравлен.— Что за яд? — я смотрела на него с ужасом.— Тот же, что используют при производстве янтаря, видимо — он разорвал рубашку Джона, осматривая рану.

— Что нужно? — я вцепилась в его руку. — Говори!— Нужно доставить его в участок. Вызвать лекаря.Я смотрела на Джона. Его дыхание было поверхностным, глаза закрыты, а лицо стало восковым.

— Пожалуйста, — прошептала я, гладя его по щеке. — Ты не умрешь. Ты не смеешь умирать.

Карета летела по ночным улицам. Я сидела на полу, прижимая Джона к себе. Мои руки были в крови по локоть, и я не знала, что делать. Только сжимала его пальцы и шептала:— Держись. Пожалуйста. Ты сильный. Ты справишься. Ты всегда справляешься.

Северус сидел напротив, его лицо было спокойным, но я видела, как он напряжен.— Сколько осталось? — спросила я.— Время есть. — Откуда ты знаешь?

— Потому что он дракон, — эльф посмотрел мне в глаза. — И потому что яд мне знаком. Я знаю, сколько времени у нас есть.— Откуда тебе знаком яд?

Он промолчал.— Северус! Откуда тебе знаком яд?— Потом, — он отвернулся. — Сейчас нужно спасти его.Карета остановилась. Я выскочила, помогая Северусу тащить Джона в участок. Внутри уже ждали, кто-то из стражников вызвал лекаря. Приехал тот довольно быстро.

— Сюда, — Северус указал на смотровую комнату. — Положите его сюда.Я не отпускала его руки. Даже когда лекарь осматривал рану, даже когда Северус смешивал какие-то снадобья, даже когда Джон побледнел еще больше, я держала его за руку и шептала:

— Я здесь. Я рядом. Не уходи.— Мерил, вам нужно отойти, — сказал лекарь.— Нет.— Мы не можем работать.— Я не уйду. Просто постою рядом… я не буду мешать…

Северус положил руку мне на плечо.— Дай им сделать свое дело. Ты только мешаешь.Я хотела возразить, но поняла, он прав. Мои слезы, мои мольбы не помогут. Только им.

Я отошла в угол, прижалась спиной к стене и смотрела, как они борются за его жизнь. Лекарь промывал рану, Северус вливал в рот Джона какую-то темную жидкость, кто-то подавал бинты, инструменты.

— Мерил, — лекарь коснулся моего плеча. — Вам нужно…— Нет, — я не обернулась. — Я никуда не уйду.

Я смотрела на его лицо. Бледное, спокойное, такое чужое. Я вспомнила, как он улыбался утром, как целовал меня в макушку, как обещал вернуться к обеду. Я вспомнила, как он прижимал меня к стене в нише, как шептал "ты моя", как...

— Джон, — прошептала я. — Пожалуйста. Вернись.— Я здесь, — раздался голос за спиной.Северус вбежал в комнату с пузырьком в руке. Он подошел к столу, влил содержимое в рот Джона. Секунды тянулись как вечность.

— Действуй, — прошептал Северус. — Пожалуйста.Джон не двигался. Я чувствовала, как его рука холодеет в моей.— Нет, — я сжала пальцы. — Нет, нет, нет...

И вдруг он вдохнул. Глубоко, судорожно, как человек, который вынырнул из воды. Его глаза открылись, мутные, невидящие.— Джон! — я наклонилась над ним. — Ты меня слышишь?

Он моргнул. Повернул голову. Увидел меня.— Мерил? — его голос был едва слышен.— Я здесь. Я рядом. Ты жив.— Жив ли? — он попытался улыбнуться.

Я заплакала. Не сдерживаясь, не стыдясь, просто плакала, уткнувшись лицом в его плечо.— Ты идиот, — всхлипывала я. — Ты меня напугал до смерти.— Прости, — его рука поднялась, легла мне на затылок. — Не хотел. В следующий раз не буду. Хаха…

— Не смей так больше. Никогда.— Постараюсь.Северус стоял в стороне, наблюдая. Его лицо было непроницаемым, но я заметила, как он выдохнул. С облегчением. Может он правда не вставляет нам палки в колёса? Зачем ему тогда спасать Джона?

— Яд нейтрализован, — сказал лекарь. — Но ему нужно время. Рана глубокая, организм ослаблен. Несколько дней постельного режима.

Я прижалась к Джону, чувствуя, как его сердце бьется у моей щеки. Ровно и спокойно, на удивление.— Мерил, — сказал он тихо. — Ты плачешь?— Нет, — я вытерла глаза. — Это пот.— Врешь, — он улыбнулся.