Она тоже улыбнулась — чуть-чуть.

— Ладно, — сказала она. — Тогда пообещай мне одно. Что, кем бы ты ни стал и куда бы ни дошел, ты не забудешь, что у тебя есть дом, где тебя ждут — сказала она.

Я кивнул.

— Обещаю, — сказал я. — И еще обещаю, что буду заботиться о тебе. Насколько смогу. И что буду стараться не умереть по глупости.

— Второе важнее, — заметила она.

Мы простились не сразу. Она осталась на пару дней, помогла с хозяйством, поговорила с Лиссой и Салвером, с подозрением потрогала один из наших артефактов. Потом все-таки уехала.

Самое важное, что теперь между нами было меньше секретов. И гораздо больше тревоги.

Проблемы, которые начал создавать Эльгар, проявились не сразу. Сначала были мелочи, которые можно было списать на случайность. Партия материалов, которую нам привезли, оказалась подозрительной. Медь с примесью. Один из камней «глухой», не держал поток. Травы — пересушенные.

— Вы уверены, что всегда так возили? — спросил я у извозчика.

— Конечно, — развел тот руками. — У меня все, как всегда. Что дали, то и привез.

Лгать он не умел. А значит, источник проблемы был выше.

Потом я услышал на рынке:

— Слышал, у Данна сигнализация нестабильно работает. То срабатывает, когда не надо, то молчит, когда надо.

— Откуда знаешь? — спросил другой.

— Маг один говорил. Сказал, что у него контуры лучше.

Я не стал спрашивать, какой маг. Город был невелик. Маг здесь один такой, кто считает себя центром мира.

Пара поставщиков, с которыми мы хотели начать работать, вдруг передумали.

— Понимаешь… — мялся один. — Сейчас не самое лучшее время для новых связей. У меня… обязательства. Если я буду работать с тобой, некоторые люди могут… неправильно понять.

— Какие люди? — спросил я.

Он только отвел взгляд.

Вдобавок ко всему меня один раз остановил городской патруль.

— Ваше имя? — спросил стражник.

— Арден Милтон, — ответил я. — Что-то случилось?

— Жалоба была, — сказал он. — Что здесь ходит человек с оружием и пугает честных граждан.

Маг в патруле окинул меня взглядом, и, не найдя ничего подозрительного, сказал:

— Ладно, можешь идти, — сказал он. — Но помни, не нарушай закон.

— Я помню, — кивнул я.

Когда я рассказал обо всем этом Салверу, он только сжал губы.

— Похоже, кто-то решил, что если не удалось переманить тебя, — сказал он, — то хотя бы можно сделать твою жизнь сложнее.

— Я могу уйти, если от меня проблемы — предложил я.

— Не думай, будто дело только в тебе, — покачал он головой. — У меня с этим человеком старые счеты. Он использует тебя как удобный рычаг. Если ты уйдешь, он найдет другой.

В тот вечер, лежа на кровати с пульсирующей ноющей болью от тренировок с Торком и головой, забитой новыми схемами артефактов и старыми обидами, я думал о том, как странно быстро этот мир выставляет счета тем, кто в нем только появился.

Этот мир любит давить на слабых. На тех, у кого нет имени, связей, силы. И если я не хочу остаться в списке тех, кого можно безнаказанно бить в переулке, мне придется стать сильнее, чем я когда-либо планировал.

Физически. Магически. Умственно. Эмоционально.

Боль и неудачи, которые на меня уже свалились, не спрашивали, готов ли я. Но если уж они все равно пришли, то хотя бы пусть станут уроком для меня.

За месяц я успел измениться. Не так, чтобы любой прохожий на улице остановился и сказал: о, да ты теперь воин. Нет. Все было куда проще. В том, как я ставил стопу перед поворотом. В том, как плечи сами уходили чуть назад, разгружая корпус. В том, как перестал моргать, когда рука летит в лицо. В том, как начал угадывать момент, еще до движения, когда противник собирается рвануть.

И да, я все-таки купил себе меч. Не красивый, не украшенный, не тот, что хочется повесить на стену. А обычный практичный клинок из хорошей стали, с удобной рукоятью, без излишеств. Тот, который Торк рекомендовал взять, когда мы зашли к кузнецу на соседней улице.

С тех пор я носил меч с собой везде. Не чтобы выглядеть грозно, просто теперь так было безопаснее. Этот мир много раз уже объяснил мне, что лишний шанс — это не роскошь.

Прямо сейчас я выполнял разминку без лишних мыслей в голове: наклоны, короткие рывки, пара быстрых разворотов по двору. Движения шли легче, чем месяц назад. Тело отзывалось быстрее, будто наконец перестало сопротивляться и решило, что мы в одной команде. Я чувствовал себя собраннее, крепче, быстрее.

— Хватит, — хрипло сказал Торк, наблюдавший за мной у бревна. — Пора.

Трое его учеников вышли вперед. Парни были старше меня, тяжелее и опытнее.

— Без оружия, — напомнил Торк. — Работайте как в жизни. Только не калечить окончательно.

Это у него называлось держать удар. У меня — не умереть.

— Начали.

Первым рванул коренастый, по прозвищу Рыжий. Я ожидал прямого удара, но он сыграл иначе, сделал шаг в сторону и ударил локтем мне под ребра. Чисто, аккуратно. Если бы я не тренировался весь месяц, меня бы сложило пополам.

Я ушел на полшага назад, подставил предплечье, перехватил локоть и вывел Рыжего из равновесия. Тот выругался, но удержался, шагнул обратно.

Второй, Дран, атаковал снизу, пытаясь сбить мне ноги. Я прыгнул вверх, хотя раньше такого бы точно не сделал — рефлексов не хватило бы. Приземлился с перекатом, развернулся — и резким выпадом ударил Драна в плечо.

Третий не торопился. Слоноподобный Рух. Он всегда ждал, пока другие выбьют из противника лишнюю дурь.

Рух шагнул вперед спокойно, как валун, который катится с горы. Я увернулся. Отошел. Попробовал зайти сбоку. Но тут же получил удар плечом, от которого я отлетел на два шага. Второй удар — и я уже лежу на земле. В ушах звенит, во рту привкус пыли. Я попытался подняться, но Рух не дал — аккуратно, без злобы, но уверенно прижал к земле.

— Довольно, — сказал Торк.

Я расслабился, наконец набрав хоть немного воздуха. Мир перестал качаться.

— Двух сделал, — отметил Торк, глядя, как я поднимаюсь. — Уже неплохо.

— Неплохо, — прохрипел я. — Но победитель тот, кто стоит.

— Верно, — кивнул Торк. — А ты не стоишь.

Он подал руку. Я принял, поднялся, чувствуя ноющую боль во всем теле. Но это была рабочая боль. Такая, после которой есть ощущение результата.

Мы сидели у крыльца, где Торк обычно чинил ремни и просмоленные палки для новичков. Солнце клонилось к закату, и свет падал на двор длинными полосами. Я пил воду маленькими глотками, чувствуя, как тело наконец перестало дрожать от усталости.

— Торк… — начал я и сам удивился, как хрипло прозвучал мой голос. — Скажите… если человек тренируется каждый день, без пропусков… сколько ему нужно, чтобы стать по-настоящему сильным?

Торк поднял бровь.

— От года до трех. Иногда дольше. Зависит от возможностей тела и силы духа.

Я кивнул. Именно этого я и боялся.

— У меня нет трех лет, — сказал я тихо. — И, если честно, даже года может не быть. Я… — и слова сами вышли наружу, — слишком часто оказываюсь в ситуациях, где моих навыков просто не хватает. Вы сами видели. Даже троих я не одолел…

Торк не перебивал. Он смотрел так, будто наконец понял, чего именно я пришел к нему просить.

— Я не прошу легкого пути, — продолжил я. — Я хочу знать, есть ли способ ускорить… все. Чтобы результаты шли не по капле, а быстрее. Значительно быстрее. Цена — это цена. Я понимаю.

Торк молчал почти минуту. Обычно он отвечал сразу, даже на глупые вопросы. Когда молчал долго, это значило, что вопрос действительно серьезный.

Наконец он сказал:

— Есть способ. Но тебе он не понравится.

Я выдохнул.

— Говорите.

— Ритуал, — произнес он. — Варварский, если по уму…

Я слушал, не перебивая.

— Был у меня товарищ, Жарр. Решил пройти такой ритуал. Хотел стать лучшим в отряде. Стал… на три минуты. Потом его мышцы разорвались изнутри, — сказал Торк ровно, будто вспоминая способ починки сапога. — Это первый риск.