И в этот момент я почувствовал, как у неё дрогнули пальцы в моей руке. Рыбка бьётся в сетке. Совсем чуть-чуть — и она сдастся.

И мне этого было мало. Она вздохнула, качнула головой. Всё. Рыбка на крючке.

И я внезапно понял — да будь я трезв как стёклышко, я бы поступил точно так же. Дело сделано. Эта девчонка моя.

-- ~ Александр ~ —-

Я наблюдал за ней. За этой взволнованной, упрямой, слишком красивой для моего спокойствия женщиной, которая сейчас сидела рядом, опустив голову и смотрела на наши переплетённые пальцы так, будто пыталась в них найти ответы на все вопросы. Или хотя бы забвение.

Запах её волос — терпкая, сочная вишня, от которой у меня каждый раз перехватывало дыхание. Этот аромат въелся в память, в кожу, в кровь… Я бы узнал этот аромат даже во сне. Чёрт, даже если бы я потерял память, этот запах вытащил бы меня из любой бездны. Он был дерзким, пьянящим и беспощадно притягательным… как и она."

Я чуть наклонился, вдохнул этот аромат, и не удержался от желания приблизиться ещё сильнее. Чувствовал, как она напряглась, не ожидая подобной близости. Обстановка между нами натянулась до предела — можно было бы резать ножом.

И я понимал — если сейчас не разрядить эту натянутую до предела атмосферу, то взорвусь. Она взорвётся. А я больше не хочу этих стен между нами. Хватит.

— С чего ты вообще решила, что у меня есть невеста? — спросил я, не отрывая взгляда от её лица.

Она буркнула что-то себе под нос.

— Это же очевидно… — проговорила, будто отмахиваясь. — Я видела вас на вечере.

Я чуть склонил голову набок, разглядывая её.

— И сразу решила, что она моя невеста?

— Нет… — упрямо буркнула она. — Мне… сказали.

Ах вот как.

— Кто тебе сказал? — я подцепил её подбородок двумя пальцами, заставляя поднять голову и встретиться взглядом. Чёрт, её глаза… этот взгляд мог сжечь дотла любую оборону.

Она нахмурилась.

— Неважно, кто. Важно, что ты это отрицать не стал. Впрочем, мне всё равно… — бросила, и попыталась отдёрнуть руку.

Но я не позволил.

— Всё равно, говоришь? — я усмехнулся. — Тогда почему так крепко сжимаешь мою ладонь от злости?

Она дернулась было, но я крепче сжал её пальцы.

— Не злись, — сказал я чуть тише, наклоняясь ближе к ней. — Да. Онабыламоей невестой. Очень давно. Мы расстались. — я специально выделил эти слова.

— Так давно, что она всё ещё по пятам за тобой ходит, — процедила Тесса, её глаза блеснули злостью. Моей девочке не всё равно. И от этого я чертовски кайфовал.

Я медленно провёл пальцем по тыльной стороне её ладони.

— Мне чертовски приятно, что ты меня ревнуешь, — произнёс я тихо, склонившись к ней. — Но уверяю тебя: мой интерес направлен исключительно на тебя.

А вот теперь пришло время перейти в контратаку.

— А вот ты… Почему ты вчера ушла с Кристианом? О чём вы говорили? Куда подевалась, а?

Я чувствовал, как с каждой секундой кровь в жилах становится горячее, как разум мутнеет от злости. Думать, как этот ублюдок крутится рядом с ней. А она… она позволяла. Пусть на мгновение — но позволяла. И этого мгновения было достаточно, чтобы я готов был стереть его в порошок. Я ощущал, как бешеная, липкая ревность стекает по венам, отравляя каждый вдох. Каждое его движение рядом с ней било по мне, как хлыстом. Кровь кипела, мысли путались, а разум требовал одного — стереть эту ухмылку с его лица. А она… чертовски подлила масла в огонь.

Тесса вздернула подбородок.

— Лучшая защита — это нападение, да, Уинтерс?

— И вообще… — выпалила она, обернувшись, — как ты там сказал? «Я не в твоём вкусе»? — с вызовом в голосе, фыркнула.

Вот оно.

Я прищурился, поймал её взгляд. В груди сразу полыхнуло. А я-то думал, чего она ходит, будто на ножах.

— А-а-а… — протянул я с усмешкой, опуская бокал на стол. — Так вот откуда ветер дует… Теперь ясно. Кристиан. Ну спасибо тебе, дружище, — хмыкнул, покачав головой.

Она скрестила руки на груди.

— А что, не так? Или ты этого не говорил? — прищурилась, словно ждущая, когда я сам себя в ловушку загоню.

Я ухмыльнулся шире, подался вперёд, поставив локти на колени.

— Да говорил, — признался я, — Говорил тогда, когда думал, что ты очередная дерзкая стажёрка, — медленно начал я, глядя ей прямо в глаза. — Знаешь, что самое смешное, детка? — я наклонился ближе, — Я сам в это почти поверил. Пока не понял, что ты у меня в голове с утра до ночи. Пока не начал сходить с ума от того, как ты смотришь на других. Пока не понял, что запах твоих волос меня преследует даже в офисе. А теперь...

Она вскинула голову, но дыхание уже сбилось. А я видел, как дрожат её пальцы, сжимающие край футболки.

— А теперь? — с вызовом спросила она.

Я наклонился к самому уху, чувствуя её горячее дыхание на своей коже.

— А теперь, Тесса, — прошептал я, — ты у меня под кожей. В голове. В каждой, блядь, мысли. Ты понятия не имеешь, как я злюсь, когда ты улыбаешься кому-то другому. Теперь многое изменилось, Тесса. И если бы ты хоть чуточку догадалась, как я хочу тебя прямо сейчас, ты бы поняла, что ты уже давно в моём вкусе. Глубоко. Без остатка.

Она вскочила с дивана, но я действовал быстрее. Потянул её за руку, и в следующий момент она уже сидела у меня на коленях, злая, горячая и такая красивая, что у меня закружилась голова.

— Ты что себе позволяешь, Уинтерс?! — вскипела она, пытаясь выбраться.

— Я твой жених, дорогая. И могу себе позволить. А ещё могу позволить себе вот это… — я впился в её губы, не дав договорить.

Этот поцелуй был похож на глоток кислорода после долгого погружения. Она сначала хотела отвернуться, но я крепко зафиксировал её голову рукой. Не отпущу. Моя.

Я целовал её жадно, грубо, до боли. Так, как целуют тех, кого боятся потерять. Постепенно её сопротивление ослабло. Она поддалась, отвечая не менее жадно, цепляясь за мою шею, скользя ладонями по моей спине.

Когда оторвался — дыхание у обоих сбилось.

— А если ещё раз услышу от тебя эту хрень что «ты не в моём вкусе», — провёл большим пальцем по её нижней губе, — запру у себя в комнате на сутки. Без права выхода.

Тесса хрипло засмеялась, её щёки пылали.

— Садист, — прошептала она.

— Ещё какой, — усмехнулся я. — И только с тобой я позволяю себе быть таким.

Тесса вздрогнула, румянец залил её щёки, прикусила губу.

— Моя. Усекла? — прошептал я.

Она кивнула, щёки горели, глаза блестели.

Я усмехнулся.

— Вот и умница.

Провёл ладонью по её плечам, скользнул по талии, ниже.

— Чёрт, почему ты в джинсах? — хрипло выдохнул я, скользя ладонью по её бёдрам.

Она ухмыльнулась краем губ.

— Потому что я знала, куда шла, Уинтерс.

Я рассмеялся.

— Детка, ты забыла моё имя?

Она коснулась своим носом моего, и я замер.

— Его я точно не забуду… Просто мне нравится твоя фамилия.

— О, не переживай, красавица. Скоро она будет твоей.

И вот тут она подняла на меня глаза. А у меня, мать его, дыхание перехватило. Это был момент, когда ты падаешь, и кажется, что земля исчезла из-под ног. Только ты и она.

Я не выдержал. Поцеловал её вновь...

Поцелуй вышел другим — медленным, нежным, почти болезненно-ласковым. Я ласкал её губы кончиком языка, обводя их, вдыхая каждую секунду рядом с ней.

Её пальцы зарылись в мои волосы, сжали их. Я выдохнул ей в губы.

— Тесса… — прошептал я ей в губы.

— Мм? — только и выдохнула она.

— Хочешь, я покажу тебе свою спальню?

Она чуть не рассмеялась, но взгляд её был опасно тёплым.

— Я…

И тут, блядь, за дверью голос Арчи:

— Мистер Уинтерс… — кашлянул Арчи, делая вид, что ничего не видит. — Простите… к вам пришли ваши родители.

Тесса подскочила, как от удара током, красная как мак. Я выругался про себя.

— Конечно, пусть войдут, — с трудом справившись с голосом, сказал я.