Командирским решением он снял номер для молодожёнов не на сутки, а на двое. Родне забронировал совсем другую гостиницу близко к ресторану. Алла пыталась уговорить забронировать ей номер поменьше, но Юра и слушать не хотел.

— Аллуся, ну и где ты там два на два будешь одеваться? Фотограф, опять же, начнёт тебя снимать сразу. Там вид отличный.

— И что я там буду делать без тебя? — у Аллы получилось так горестно, будто Юра ей не номер с видом на Исаакиевскую площадь предлагает, а командировку в Воркуту.

— Ты там будешь жить как принцесса. Самая настоящая принцесса эльфов, — Юра обнял свою невесту.

— Знаешь, как я тебя называла про себя между нашей первой и второй встречей?

— Как?

— Король эльфов. Ты был героем моих снов. И когда мне было трудно, я вспоминала твоё лицо, — признание далось Аллочке удивительно легко. Впрочем, когда как не перед свадьбой в таком признаваться.

— Аллуся, если бы я только знал! Такой идиот малолетний был! Отпустил тебя тогда. Не догнал!

— Говорят, что тот путь, что даётся, всегда нам по силам...

— Ты больше не одна.

— И ты, мой король, больше не один.

Насколько Юра оказался прав, Алла оценила уже вечером, когда ей подали ужин в номер. Белые ночи царствовали в Петербурге. Сирень цвела в сквере перед Исаакиевским собором и пахла так упоительно, что чувтвовалось даже в номере. Аллочка вышла на крохотный балкон, держа чашку с чаем обеими руками. Её укутало белой ночью словно легким покрывалом. Воздух пах близким морем, зеленью, помытым асфальтом. Пахло её родным Петербургом, празднующим вместе с ней начало новой жизни. И она действительно чувствовала себя принцессой из сказки.

Она спала спокойно и безмятежно. Про себя решив, что нет ничего на свете, что может как-то испортить ей праздник. Потому что для счастья будет достаточно одного — чтобы Юра оказался рядом.

Бодровский вечером вместе с Ветровым пятисотый раз проверял боевую готовность. Юрина мама старалась под руку сыну не попадаться. Уж очень он нервничал. Ещё бы — такую масштабную свадьбу затеять!

— Бодря, ещё раз спросишь меня, где кольца, повезешь их сам. Не сомневайся. Всё штатно будет.

— Ты фотографу звонил?

— Звонил. Он будет у Аллы утром. Команда отбой была. Спи уже. Жених.

— Ветер, а Аллочкин паспорт...

— У тебя в пиджаке, — отозвался уже сонный Вадим.

Свадьба получилась в лучших питерских традициях. Аллочка чувствовала себя звездой.

В зеркале в полный рост отражалась нежная и изящная невеста. Платье белым облаком окутывало чудесную фигуру. Фотограф сыпал комплиментами. Губы сами собой расползались в улыбку.

Аллочка вспомнила, как они с будущей свекровью выбирали это платье в салоне. Консультант в самом начале задала стандартный вопрос: "Кто Вам сегодня помогает?". Алла тогда даже не задумалась. "Мама," — ответила без паузы. И только потом увидела, как Валентина Вениаминовна вытирает глаза.

Приехав домой, они хихикали как школьницы, пряча чехол с платьем, чтобы Юра раньше времени не увидел. А три дня назад свекровь с подругами закатили Аллочке настоящий девичник — с баней и караоке. Ей в тот вечер столько раз сказали, какая она замечательная, сколько, наверное, за всю жизнь не говорили. Юрина мама иначе как "доченька" Аллочку и не называла.

Юра встречал её в холле отеля. Там они уже вдвоём стали объектами всеобщего внимания.

— Хома, надо деньги брать за фотки. Свадьбу бы минут за десять окупили бы.

Предприимчивая Федосеева прикидывала в уме, сколько бы заплатили китайцы.

Юра обалдел совершенно от вида своей невесты. Ему моментально перестал жать галстук-бабочка. И спина выпрямилась тут же, стоило Аллочке появиться на широкой лестнице, ведущей в лобби отеля. Это был выход королевы. Его личной королевы эльфов. Самой прекрасной и нежной.

Бодровский стоял столбом и глаз отвести не мог от красоты.

— Бодря, отомри. А то вот тот гость с юга сейчас уведёт твою невесту, — Ветров тихо толкнул его под локоть.

А Алла, пока спускалась, вспоминала почему-то спортзал в вологодской школе. Как она шла ровно одиннадцать шагов по бревну, представляя перед собой Юрино лицо. Тут же в уме стала считать ступени. И даже не удивилась, когда их оказалось ровно одиннадцать.

Возле ЗАГСа уже ждала толпа родственников и друзей. Многих Юриных однокурсников и их жён Алла уже знала. Особенно обрадовалась, что приехали Дима и Ира Захаровы. С ними она как-то очень легко нашла общий язык.

Дядя Гурам приехал с женой. — Алла-джан! Ты очень красивая! Будь счастлива, дочка!

Своих во всей этой толпе Алла увидела, конечно, сразу. Сестры в парадных платьицах. Папа, дергающий галстук. И сияющая Ирина. У мачехи всегда получалось производить хорошее впечатление. Но сейчас это было даже хорошо. Создавало правильную картинку. А больше от неё и не требовалось.

Юра встретился взглядом с отцом Аллы. Тот протянул руку зятю. Бодровский, подумав, ответил на рукопожатие.

— Спасибо за мою жену.

— Береги её, пожалуйста.

Алле было, конечно, интересно, что же именно сказал Юра её отцу, когда отдавал приглашения. Добиться ответа от будущего мужа она не смогла. А потом решила, что, видимо, и не стоит ей этого знать.

После торжественной церемонии Алла несколько раз посмотрела в свидетельство о браке. Там было ясно написано, что теперь её фамилия — Бодровская. Золотое колечко на пальце не давало сомневаться. Она вышла замуж за своего Короля эльфов.

Юра очень старался вникать в детали всего, что они делали. Куда шли, где и что подписывали, как кольцами обменивались. Но когда услышал заветное: "Объявляю вас мужем и женой!", внешнее внимание исчезло. В фокусе остались только глаза его жены.

Жены!

Жену Юра целовал так, как никогда не целовал невесту. Разница была ощутимая. Бодровского аж трясло от ощущений. И острота не ушла ни после второго поцелуя, ни после третьего, ни после тех самых длинных под дружный счёт хором: "... Тридцать один! Тридцать два!.. “

Голуби взмывали вверх из рук Аллы и Юрия Бодровских возле Растральных колонн на Стрелке Васильевского острова. Ветер с Невы развевал длинную фату.

Аллочка нахмурилась лишь дважды. Во время групповых фото. Мачеха сама вставала сбоку, но сестёр упорно специально ставила впереди невесты. Юра это заметил.

— Ирина Александровна, девочек уберите пожалуйста перед собой, жену мою не загораживайте, — сказал тёще.

— Ну они же дети. Они должны запомнить этот праздник.

Возразить, казалось бы, было нечего.

— Вот будут сами замуж выходить, тогда пусть и запоминают. Сегодня у Аллы с Юрой праздник. Давайте о них думать в первую очередь, — тут же поддержал друга Ветров.

Алла благодарно посмотрела на обоих. Прижалась к мужу.

— Ты самая прекрасная невеста Петербурга. И самая красивая женщина мира, — шептал Юра на ухо жене. Алла счастливо улыбалась.

Ирина скрежетала зубами так, что слышно было. Но попереть против двух дюжих мужиков не решилась. Её за локоть взял муж. Тоже что-то сказал на ухо. Всё оставшееся время Ирина была тише воды.

Мосты один за одним проносились под колесами машины молодоженов, пока они упоительно целовались. Под мостами было положено целоваться свидетелям. Аллочка хихикнула, когда Арина сама поцеловала Вадима.

Юра глянул вопросительно, мол, "Как ты, друг?". Вадим плечами пожал.

Рис и монетки всё-таки были лишними. Юра только успел ладони подставить, чтобы Алле по голове не так сильно прилетело, как ему. Крупа из причёски вынималась плохо. Но раз традиция....

Ветров свою роль исполнил с полной отдачей. Даже украл Аллочку в середине банкета. Подхватил на руки и унёс.

— Всё. Украл я тебя. Сейчас Бодря прискачет выкупать. Что хочешь, чтобы он сделал?

Алле было так весело и хорошо, что она только смеялась.

— Попроси его исполнить что-нибудь из балета, — вдруг придумала Аллочка.