- О, и пусть он подпишет это. - Она сует мне в руки бланк соглашения.

      - Займусь.

      Мейсон на кухне, убирает посуду, которую конкурсанты оставили повсюду.

      - Для этого есть ассистенты продюсера, - говорю я.

      Он смотрит на меня через свое широкое плечо.

      - Все в порядке. Мне нужно было чем-то занять руки. Я ждал, что руководители телеканала скажут, что не хотят видеть меня в шоу.

      - Ты ошибаешься. - Я протягиваю ему чек.

      Он отстраняется и удивленно смотрит на сумму.

      - За одно появление?

      - Мне тоже достанется доля. Как будто я твой менеджер.

      - Я делаю это не ради денег. Можешь оставить все себе.

      - Я пошутил. И ты не откажешься. - Я складываю чек и кладу в карман его рубашки, а затем похлопываю его по груди. В отличие от прошлой ночи, я не позволяю своей руке задерживаться.

      Перед началом съемок мы проводим групповое собрание, и продюсер говорит всем присутствующим, что они должны притвориться, будто впервые видят Мейсона. О, прелести телевизионного реалити-шоу.

      Немного нелепо снова знакомить их с Мейсоном, как будто они не провели с ним весь вчерашний день, но мы быстро знакомимся с первыми несколькими людьми. Напоследок они оставили Айлу, и должен сказать, она хорошая маленькая актриса. Она фанатеет от Мейсона и кричит с большим энтузиазмом, чем когда встретилась с ним ранее.

      У меня складывается неприятное впечатление, что шоу настраивает ее на победу.

      У нее есть определенный талант, в этом нет сомнений, но ей нужно много тренироваться. Со временем она, конечно, добьётся успеха, но боюсь, если устранят эту конкуренцию, то на все её альбомы наложат автотюн и перестанут так сильно заботиться о качестве.

      Хотя, не мне говорить об этом. Привет, бойз-бэнд.

      Как и вчера, она неуклюже исполняет песню «Больше, чем слова» группы «Extreme». Мейсон даёт ей тот же совет, что и вчера, она пытается снова, но останавливается на середине.

      - Я не могу понять эту песню, - жалуется она.

      Шокирующе. Неужели она, правда, думает, что мы понимали каждую песню «Одиннадцать»?

      - Это песни стариков, поющих о желании секса вместо слов «Я люблю тебя», - говорит она.

      Ух ты. Ммм. Ладно.

      - Это, э-э... интересная интерпретация, но на самом деле она не совсем верна. Песня о том, что действия говорят громче слов. Маленькие жесты привязанности. Теплая улыбка. Делая что-то для другого, покажет, что ты о нем заботишься.

      Так же, как Мейсон всегда делает для меня. Например, укрывает одеялом, когда я засыпаю на диване. Защищает меня. Он делал так все время, что я его знаю.

      Моя вина, что я путаю это с настоящей любовью. Айла непонимающе смотрит на меня.

      Вступает Мейсон.

      - Тебе не обязательно понимать песню, чтобы спеть ее до конца. - Он делает паузу и поворачивается к продюсеру. - Черт, мне можно говорить всякую чушь? Блядь.

      Все хихикают.

      - Попробую еще раз. - Мейсон проходит через зал, вытаскивает два стула из-за барной стойки и передвигает их к микрофону. - Денвер, присоединишься? - Он берет гитару, лежащую рядом, и поворачивается к Айле. - Не сопереживай словам. Сопереживай музыке.

      - Что ты делаешь? - Спрашиваю я, когда Айла отходит в сторону, чтобы слышал только он.

      - Решил, что нужно зарабатывать себе на жизнь. - Он несколько раз перебирает струны гитары, а затем смотрит на меня.

      Сердце замирает, потому что, хотя я выступал с Мейсоном бесчисленное количество раз, сейчас все по-другому. Здесь только я и он.

      Он улыбается мне.

      - Готов?

      Киваю. Я знаю, как следовать за ним. В первые несколько лет совместных выступлений, когда мы все были еще неопытны, я всегда присматривался к тому, что делал Мейсон, потому что он был уверен в себе, но не высокомерен, как, э-э, другие требовательные участники группы. Не упоминаю никого, чье имя начинается на «Х».

      Как только Мейсон начинает играть, у меня мурашки бегут по коже еще до того, как он откроет рот, запев. Как много лет назад, когда мы занимались своими делами, а остальной мир едва ли существовал.

       Он поет первый куплет, и я подпеваю в нужных местах. Я не отвожу от него глаз. Он сосредоточен на гитаре, но затем, когда поет о том, что ему нужно нечто большее, чем просто слова, он смотрит на меня и наши взгляды встречаются.

      Краем глаза я вижу, как продюсер собирает других участников за камерами, чтобы они тоже могли это увидеть. Вероятно, это завирусится, как только выйдет в эфир.

      Мы синхронны. Звучим потрясающе, если можно так сказать, но слова глубоко ранят.

      Это заставляет меня осознать, что извинений перед Мейсоном никогда не будет достаточно после того, что я сделал. Я не должен был позволять своему смущению и растерянности так сильно влиять на меня. Я пренебрег им, когда он действительно во мне нуждался.

      Извинений никогда не будет достаточно.

      Возможно, чек на крупную сумму за участие в шоу поможет, но мне все равно нужно дать ему больше.

      Я хочу дать ему все. Я просто не знаю, как поступить, чтобы снова не разбить себе сердце, когда он, в конечном счете, хочет остаться только друзьями.

Глава 14. Мейсон

      Я начинаю думать, что Вселенная сыграла со мной злую шутку. Либо так, либо продюсеры этого шоу специально подбирают песни своим участникам, чтобы задеть меня за живое.

      От «Ревнивый» до «Больше, чем слова», все, что могу сказать, это, черт возьми, спасибо, что остальные три песни поют Трэйси Чэпмен, «Coldplay» и, по иронии судьбы, Джеймс Блант, в исполнении парня, совсем не похожего на него. Поди, разберись.

      Вчера, когда Айла пыталась спеть «Больше, чем слова», она не произвела на меня такого впечатления, как сегодня, и это из-за одного существенного отличия: я не исполнял ее и не смотрел в глаза Денвера, пока по комнате разносились слова о любви.

      Во время пения я мог думать только о том, сколько раз слова этой песни относились ко мне и Денверу. Ни для кого не секрет, что мы любим друг друга. Я никогда в этом не сомневался. Сейчас я пытаюсь понять, означали ли эти действия когда-либо нечто большее, чем платоническую любовь.