Денвер проводит большим пальцем по головке моего истекающего члена, и каждый мускул во всем теле сокращается. Я пытаюсь оттолкнуть его руку, но он большой и сильный, прижимает меня. Я едва могу пошевелиться.

      - Еще, - шепчу ему в губы, но мои слова звучат невнятно. Он продолжает, только теперь трётся об меня, используя моё тело, чтобы получить оргазм.

      Я пытаюсь просунуть руку между нами, потому что мы оба все еще одеты. Его брюки застегнуты, расстегнуты только мои. Я хочу немного уравнять шансы, но он качает головой, и его губы отрываются от моих.

      - Позволь мне сделать это. Позволь показать тебе, как сильно ты меня заводишь.

      - Я тоже хочу, чтобы тебе было хорошо.

      - Я и так близок к тому, чтобы кончить, еще немного, и все закончится слишком быстро. Я хочу, чтобы это продлилось еще немного. - От его слов по спине пробегают мурашки.

      Денвер берет мою руку и поднимает ее над моей головой, а затем просит сделать то же самое с другой рукой.

      Я позволяю ему удерживать меня, пока он дрочит и трется членом о мое бедро.

      Он смотрит на меня сверху вниз с блаженным выражением лица, которое так охуенно красиво. Его щеки раскраснелись, волосы взмокли от пота, но именно выражение его глаз покоряет меня. Как будто он не хочет отводить взгляд, боясь, что я исчезну. Словно это нереально.

      Хочу погладить его по щеке, прижать к себе, но не могу.

      - Денни... - Шепчу я.

      Этого достаточно. Рука, дрочащая мой член, не замедляется, он дрожит и издаёт хриплый звук, возбуждающий меня так, как ни один другой звук во время секса. Это глубокий рокот, звучащий совершенно непроизвольно.

      Это доводит и меня до исступления. Раскаленное желание пронзает меня, в то время как член извергается, а тело пытается пережить оргазм. Я извиваюсь под ним, потерявшись в вожделении и удовольствии.

      Он толкается еще пару раз, но не убирает руку, пока я не растекаюсь по дивану.

      Денвер расслабляется, и его тяжелое тело обрушивается на меня. Я ожидаю, что очень скоро мне станет неудобно, но происходит обратное. Я обнимаю его, и он прижимается, как будто мы идеально подходим друг другу.

      Я мог бы остаться так на всю ночь. Или на всю свою жизнь.

      Его голова уткнулась мне в шею, и наше дыхание синхронизировалось, так что наша грудь поднимается и опускается в унисон.

      - Прости, - говорит он. - Знаю, я сказал, что не хотел этого делать, но...

      - Ты не смог устоять передо мной. Понимаю.

      - Ого. С таким самомнением ты мог бы соперничать с Харли.

      - Никто не может соперничать в самомнении с Харли.

      Денвер смеется, но потом смех быстро затихает.

      - Мы же ничего не испортили, правда?

      - Даже близко нет.

      Он поднимает голову.

      - Ты не паникуешь?

       - Только не из-за этого. - Я наклоняюсь и касаюсь его губ своими.

      Мы целуемся в ленивом посторгазмическом тумане, но потом он спрашивает то, на что я не могу ответить.

      - Из-за чего ты паникуешь?

      Из-за всего, из-за ничего, из-за нашей жизни, из-за того, как выглядит будущее, из-за того, что я уйду и снова потеряю его, из-за прошлых ошибок, из-за будущих… ну, ничего серьезного.

      - Возможно, за последние пару лет, у меня развилась некоторая тревожность, так что я, вроде как, беспокоюсь обо всем, - говорю я неопределенно.

      - Значит, дело во мне. - Денвер, наконец, приподнимается, чтобы сесть, и я делаю то же самое, натягивая свои покрытые спермой джинсы.

      - Дело не в том, что мы только что сделали. Это… это произошло естественнее, чем я ожидал.

      Он приподнимает бровь, глядя на меня. Он либо смеется над случайным намеком, либо упрекает в том, что я звучу несколько осуждающе.

      - Не то чтобы это было противоестественно, - быстро добавляю я. - Это похоже на то, как ты покупаешь новую пару туфель и поначалу чувствуешь себя в них странно... Нет, подожди, это плохая аналогия, потому что она подразумевает, что мне не понравилось. Понравилось. Э-э, очевидно. - Я показываю на место, где моя сперма растеклась по джинсам и его рубашке, где он вытер руку. - Я думал, что это будет странно, но это не так. Вот что я имел в виду.

      Денвер расплывается в легкой улыбке.

      - Тебе следует сбрить бороду.

      - Что? С чего вдруг?

      Он проводит пальцем по моей щеке, над бородой.

      - Кажется, я никогда раньше не видел, чтобы ты краснел, и хочу видеть всё. - Его рука скользит к моей шее, которая кажется горячей.

      Я отталкиваю его руку.

      - Я не краснею.

      - Ты так покраснел.

      - У тебя есть планы на выходные, свободные от участников? - Да, Мейсон, смени тему. Верный способ убедиться, что он никогда больше не поднимет эту тему. Идиот.

      - Ничего особенного. Тренировки, сон… - Он наклоняется, прижимаясь губами к моему уху. - Может, попробую уговорить тебя на повтор.

      - Не нужно сильно уговаривать. Возможно, провести исследование, но не уговоры.

      - Мм, исследование звучит заманчиво. Могу я добавить это в свой список дел на выходные?

      - Хочешь сказать, что никогда не смотрел гей-порно? Даже когда в свое время у тебя возникли те непонятные чувства?

       Настала очередь Денвера покраснеть, но, в отличие от него, мудака, я не собираюсь упрекать его в этом.

      - Может, и смотрел, - осторожно говорит он. - Но, честно говоря, меня совсем не впечатлило, если только…

      - Если только, что?

      Он выглядит неуверенным, но не отводит взгляда, говоря:

      - Если только я не представлял тебя.

Глава 17. Денвер

      Мейсон долго не отвечает, и я думаю, что, возможно, сломал его. Я подумал, что мастурбация, возможно, подтолкнула его, но, видимо, нет. Сказать ему, что смотрел гей-порно и думал о нем, подразумевая, что я много раз дрочил на него - это уже перебор.