Пан Ги Мун родился 13 июня 1944 года в небольшой фермерской деревне Хэнчи в провинции Чхунчхон-Пукто. Во время Корейской войны, когда Пану было шесть лет, его семья укрылась в отдаленном горном районе. В юности Пан Ги Мун добился больших успехов в изучении английского языка и в 1962 году одержал победу в конкурсе эссе, организованном Красным Крестом. Его наградой стала поездка в США, где он встретился с президентом Джоном Кеннеди, что еще больше укрепило его стремление стать дипломатом. Полученное элитное образование — степень бакалавра по международным отношениям Сеульского национального университета (1970) и степень магистра государственного управления Школы государственного управления имени Джона Ф. Кеннеди Гарвардского университета (1985) — подготовило его к долгой дипломатической карьере, начавшейся в 1998 года с должности посла в Австрии и Словении. Будучи министром иностранных дел Южной Кореи при президенте Но Му Хёне, Пан Ги Мун сыграл важную роль в шестисторонних переговорах по ядерной проблеме КНДР, прежде чем объявить о выдвижении своей кандидатуры на пост Генерального секретаря ООН.

После вступления в должность Пан Ги Мун оказался втянутым в ряд кризисов во все более поляризующемся мире — от ядерных угроз Северной Кореи и Ирана до гуманитарной катастрофы¹⁶⁸ в районе Дарфур на западе Судана. Второй срок полномочий Пан Ги Муна омрачила его неспособность быстро реагировать на возникающие по всему миру кризисные ситуации, такие как кровопролитная гражданская война в Сирии, «Арабская весна»¹⁶⁹ и присоединение Крыма к России в 2014 году. Критики утверждали, что Пан Ги Мун слишком часто совершал дипломатические ошибки и был неспособен оказывать решительное сопротивление влиятельным государствам-членам ООН, как это делал его предшественник Кофи Аннан. Хотя Пан Ги Мун и не несет личной ответственности, он взял на себя вину за организационные провалы, такие как сексуальные домогательства со стороны миротворцев ООН в Центральноафриканской Республике, а также создал независимые группы для их тщательного расследования и подготовки отчета (процессом руководила судья Верховного суда Канады Мари Дешам). В свою защиту Пан Ги Мун заявил, что сама структура ООН, где каждое из 193 государств-членов имеет возможность воспрепятствовать проведению политики или осуществлению плана, существенно затрудняет оперативное реагирование на кризисы. Его часто разочаровывала несговорчивость Совета Безопасности и бесконечные препятствия, чинимые Генеральной Ассамблеей.

Хотя Пан Ги Мун и признал наличие структурных проблем и личных ошибок, он гордился своей прогрессивной социальной политикой. Его стремление покончить с бедностью привело к значительному прогрессу в осуществлении плана Цели устойчивого развития¹⁷⁰, а активное отстаивание прав женщин сделало доступными средства экстренной контрацепции для женщин, изнасилованных в зонах конфликтов. За время его работы число женщин, занимающих руководящие посты в ООН, увеличилось более чем на 40 % — больше, чем при любом другом Генеральном секретаре. Пан Ги Мун сделал своим главным приоритетом назначение Мишель Бачелет (бывшего президента Чили) на должность заместителя Генерального секретаря недавно созданной Структуры ООН по вопросам гендерного равенства и расширения прав и возможностей женщин, которая стремилась создать условия, при которых «каждая женщина и каждая девочка имели бы возможность реализовать свои права». Он также открыто поддерживал права ЛГБТК-сообщества, настаивая на льготах для однополых супругов сотрудников ООН, несмотря на возражения некоторых стран-членов Генеральной Ассамблеи. В 2008 году Пан Ги Мун назвал изменение климата «главным вызовом нашей эпохи» и решительно поддержал Парижское соглашение, считая его «мирным договором» с планетой. Ближе к концу своего пребывания в должности Пан Ги Мун стал все активнее критиковать нарушения прав человека в разных странах, включая Мьянму, Израиль, Саудовскую Аравию, и призывать к защите уязвимых групп населения.

В отличие от Пан Ги Муна, которого критиковали за недостаточно хорошее владение английским языком, Джим Ён Ким, назначенный Бараком Обамой главой Всемирного банка в 2012 году, вырос в Америке, куда его семья переехала, когда ему было пять лет. Он был первопроходцем во многих отношениях, о чем свидетельствует его впечатляющий послужной список: Джим Ён Ким был заведующим кафедры глобального здравоохранения и социальной медицины Гарвардской медицинской школы, а затем к изумлению азиатско-американской общины стал президентом Дартмутского колледжа. Будучи лидером в области глобального здравоохранения, он вместе со своими коллегами основал компанию Partners in Health для оказания медицинской помощи на уровне общин бедным слоям населения на Гаити, в Перу, Мексике и других странах, а также возглавил «инициативу 3х5» Всемирной организации здравоохранения по лечению и искоренению ВИЧ/СПИДа во всем мире. Однако критики сомневались, что знаний Кима (который не получал образования в области бизнеса и финансов) достаточно для того, чтобы возглавлять Всемирный банк.

Тем не менее, обладающий огромным опытом в сфере глобального здравоохранения, Джим Ён Ким превосходно проявил себя на своей должности. Под его руководством Всемирный банк произвел ряд глубоких изменений. Он включился в борьбу с коррупцией через свой Департамент институциональной целостности, предоставивший 202 телефонных номера, по которым можно сообщить о мошенничестве и коррупции, что позволило Всемирному банку преследовать в судебном порядке коррумпированные фирмы и вносить их в черный список. В соответствии с основной специализацией Кима, Всемирный банк инвестировал в здравоохранение, борясь с малярией и туберкулезом, продвигая проекты по улучшению водоснабжения и санитарной обстановки. Джим Ён Ким, столь же приверженный делу охраны окружающей среды, как и Пан Ги Мун, побудил Всемирный банк отказаться от финансирования экологически вредных проектов и взяться за реализацию проектов по очищению воздуха и повышению эффективности использования топлива. Ким планировал, что Всемирный банк и его 189 стран-членов приложат все усилия для того, чтобы положить конец крайней нищете к 2030 году посредством предоставления достоверных данных для принятия решений; проведения передовых исследований (например, использования самых актуальных демографических данных для прогнозирования роста численности мирового населения); обучения специалистов в развивающихся странах, а также уделения особого внимания сотрудничеству с организациями гражданского общества (ОГО) для обеспечения участия и вовлеченности на местном уровне. Внезапная отставка Кима 1 февраля 2019 года застала мир врасплох, и многие сожалели об уходе столь дальновидного лидера. Борьба Пан Ги Муна и Джим Ён Кима за социальную справедливость силами таких влиятельных институтов, как Организация Объединенных Наций и Всемирный банк, повысила авторитет Южной Кореи. Однако это также означало, что отныне страна, которую порой называют субимперией, сама станет объектом пристального внимания с точки зрения того, как она относится к наиболее уязвимым слоям населения, и особенно неэтническим корейцам, которые иммигрировали в Корею ради брака или работы.

11 апреля 2012 года Жасмин Бакурни Ли (Jasmine Bacurnay Lee, 1977 г. р.) вошла в историю, став депутатом партии Сэнури в Национальном собрании Южной Кореи и первой неэтнической кореянкой на посту законодателя. Националисты, выступающие против иммиграции, потребовали немедленно снять Жасмин с поста, сравнив ее присутствие с ядовитым сорняком, разрушающим государство и корейский генофонд. «Иностранке не место в нашей политике», — кричали ее недоброжелатели. Именно такие ксенофобские высказывания и побудили Жасмин Ли баллотироваться в депутаты: она считала своим долгом представлять интересы таких же мигрантов, как она сама, которых в корейском обществе считали отщепенцами. Государство преподносило избрание Ли как наглядное подтверждение успешности политики мульткультурализма, концепции, которую оно кооптировало у общественных групп. По утверждению критиков, целью государственного мультикультурализма (дамунхва) было регулирование этнического разнообразия посредством неолиберальной политики, которая приносит пользу стране. Будучи символом мультикультурализма Ли ставила под сомнение саму идентичность Кореи — ее мифов о «единокровной» нации и монокультуре.