После всеобщих выборов 1985 года оппозиционные группы объявили правительство Чон Ду Хвана нелегитимным за организацию переворота, массовые убийства в Кванджу и другие преступления. Когда они потребовали внести поправки в конституцию и провести прямые президентские выборы, режим незамедлительно ответил насилием. 14 января 1987 года Пак Чон Чхоль (Bak Jongcheol, 1964–87), президент студенческого совета Сеульского национального университета, умер от пыток водой и электрошоком в ходе полицейского допроса, когда отказался выдать местонахождение других активистов. Правительство попыталось «замять» инцидент, но группа католических священников раскрыла правду об убийстве Пака, что вызвало мощную волну протестов. Обстановка ухудшилась, когда 13 апреля 1987 года Чон Ду Хван принял Закон о защите Конституции и объявил, что планирует передать власть другому военному лидеру без прямых выборов. Массовые демонстрации вылились в Июньское демократическое восстание за внесение поправок в Конституцию. Масла в огонь подлила еще одна произошедшая в Сеуле трагедия: 9 июня Ли Хан Ёль (Yi Hanyeol 1966–1987) потерял сознание после того, как осколки гранаты со слезоточивым газом пробили ему череп во время демонстрации в университете Ёнсе, он скончался от полученных ран 5 июля. Более 1,6 миллиона граждан присутствовали на его похоронах, которые стали политической манифестацией скорби. В ответ на насилие со стороны правительства активисты организовали общенациональный митинг, требуя запретить применение гранат со слезоточивым газом; 1,5 миллиона человек вышли на улицы шестнадцати городов полуострова. Даже белые воротнички, которые прежде оставались в стороне, присоединились к протестам, швыряя рулоны туалетной бумаги в знак поддержки. 19 июня Чон Ду Хван отдал приказ о мобилизации армии, но, опасаясь повторения кровавых событий в Кванджу, отменил его через несколько часов. 26 июня возле Гукбона (штаб-квартира Национального движения за принятие демократической конституции) прошел Общенациональный марш мира, в котором приняли участие более миллиона человек из тридцати четырех городов Южной Кореи. Полиция задержала 3 467 участников акции.

По мере приближения Олимпийских игр 1988 года Чон Ду Хван старался не прибегать к силовым методам решения проблем, чтобы не портить имидж своего режима. Он также надеялся, что Ро Дэ У, лидер правящей Демократической либеральной партии, которого Чон избрал своим преемником, победит на выборах, поскольку оппозиция была расколота. Встревоженные массовыми антиправительственными выступлениями Соединенные Штаты тоже давили на Чона, подталкивая его уступить требованиям оппозиции. В Декларации от 29 июня Ро Дэ У заявил, что правительство согласно начать демократизацию и провести прямые президентские выборы, а также упраздняет коллегию выборщиков, которая косвенно избирала президентов Южной Кореи с момента принятия Конституции Юсин в 1972 году. Хотя поддержка Ро корейским электоратом оказалась достаточной для того, чтобы он одержал победу на первых свободных прямых президентских выборах 16 декабря 1987 года, с небольшим отрывом опередив своего соперника Ким Ён Сама, следует отметить, что свои голоса за него отдали только 36,6 % избирателей. Все это свидетельствует о том, что Июньское демократическое восстание (важнейший катализатор активизации движения за демократизацию) принесло свои плоды.

Июньское демократическое восстание помогло вновь мобилизовать движение за объединение полуострова, которое военный режим всеми силами подавлял во имя общественной безопасности. Активисты Университетского студенческого совета и диссиденты из художественных, культурных и религиозных кругов пропагандировали антиамериканскую позицию, которая призывала к самодостаточности, национальному объединению и межкорейским обменам. Ким Чон Ги (Kim Junggi, 1966 г. р.), кандидат в председатели студенческого совета Сеульского национального университета, даже написал открытое письмо студентам Университета имени Ким Ир Сена, предлагая провести совместный марш через полуостров и организовать спортивные соревнования в кампусах соответствующих университетов. В мае 1988 года Чо Сон Ман (Jo Seongman, 1964–88), студент химического факультета Сеульского национального университета, покончил с собой, спрыгнув с собора Мёндон во время мероприятия, посвященного восьмой годовщине восстания в Кванджу, призывая соотечественников изгнать американских империалистов, виновных в национальном расколе, и позволить Северу принять участие в Олимпийских играх. Перед смертью Чо также призвал режим освободить всех «узников совести» и политических диссидентов.

Правление Чон Ду Хвана мало чем отличалось от правления Пак Чон Хи, поскольку оба они одного поля ягоды — военные диктаторы. Даже поклявшись принести демократию, Чон управлял Южной Кореей железной рукой, пытая и бросая в тюрьмы тысячи диссидентов, а также активно вмешиваясь во внутреннюю политику. Его жестокое подавление оппозиции вылилось в массовые протесты 1987 года, в которых приняли участие тысячи гражданских лиц, вышедших на улицы накануне олимпийского дебюта Южной Кореи. Когда правительство и протестующие оказались на грани кровавой конфронтации на глазах у всего мира, Чон Ду Хван был вынужден уйти в отставку, благодаря чему впервые в современной истории страны состоялись свободные выборы.

29 ноября 1984 года президент Фидель Кастро (1926–2016) направил письмо Хуану Антонио Самаранчу, президенту Международного олимпийского комитета (МОК), в ответ на Декларацию Мексики, в которой предъявлялось требование допустить до участия в соревнованиях все страны коммунистического и Восточного блоков. МОК не хотел повторения политического бойкота Олимпийских игр в Москве и Лос-Анджелесе в 1980 и 1984 годах соответственно. В то время как Восточная Германия и СССР пообещали принять участие в Олимпиаде, Кастро, критически относившийся к американскому военному присутствию в Южной Корее, поддержал предложение Севера о совместном участии двух Корей в играх, что, по его мнению, могло поспособствовать налаживанию диалога и мирному урегулированию конфликтов на разделенном полуострове. Два года спустя, 8 января 1986 года в Лозанне, КНДР согласилась принять участие в одиннадцати из двадцати трех предложенных спортивных мероприятий при условии, что открытие и закрытие игр будут проходить в Пхеньяне. Ким Ир Сен также выразил желание создать совместный с Южной Кореей олимпийский оргкомитет и выставить на соревнования единую команду, однако все эти предложения были проигнорированы Югом.

После победы в конкурсе на проведение Олимпийских игр Чон Ду Хван назначил генерала Ро Дэ У главой Сеульского Олимпийского организационного комитета. Под предлогом «улучшения городской среды» и «благоустройства города» была проведена кампания по расчистке трущоб, чтобы на их месте построить жилье для гостей Олимпиады. В 1980-х годах городская беднота по-прежнему арендовала одноэтажные дома с холодным водоснабжением и уборной на улице. Печь топили угольными брикетами, а мыться ходили в общественные бани. Теперь правительству срочно понадобилось реконструировать кварталы бедняков (такие как Садандон, Мокдон и Сангедон), и оно насильно выселило оттуда сотни тысяч жителей. На протяжении трех лет молодой режиссер Дон Вон Ким (Dong-won Kim, 1962 г. р.) документировал насилие и нарушения прав человека, скрывающиеся за так называемыми проектами благоустройства, в своем документальном фильме «Олимпиада в Сангедоне» (англ. Sanggyedong Olympics). Жители трущоб были бессильны против мощных кранов, сносивших их дома, и покорно перебирались на окраины столицы. Однако не успели они обосноваться на новом месте, как режим вновь лишил их крова посреди зимы, чтобы иностранцы не увидели обитателей трущоб на пути следования олимпийского огня. Сеул изменился буквально за одну ночь: в торговых районах центральной части города выросли высокие офисные здания, а система водоснабжения и канализации подверглась модернизации. Были построены Олимпийская автострада, Олимпийский парк и Олимпийская деревня. Министерство транспорта и строительства инвестировало средства в создание новой линии метро, которая вела в южную часть Сеула, где располагались спортивные объекты. А жители Сангедона в преддверии игр 1988 года боролись со спецназом и бандитами, нанятыми, чтобы выселить их для перепланировки старых районов.