Охрана отсутствовала. Должно быть, они отправились помогать своим сельчанам.

Неожиданно для самого себя я почувствовал ностальгию. Когда-то я точно так же подходил к одинокому зданию, думая, что знаю, чего ожидать…

Распечатав пару отмычек под удивлёнными взглядами команды и защёлкав ими в замке, я быстро открыл дверь.

Внутри никого не оказалось.

Свет из проёма падал на одинокий футон, голый стол с одинокой лампой, покосившийся, дряхлого вида шкаф.

Я махнул рукой, подав знак, что можно приблизиться.

— Облом, — подытожила Анко, оглядывая помещение критическим взглядом. — Вышла погулять?

— Я бы тоже захотел погулять, в таких-то условиях, — пробормотал Хаяте неуютно. Внутрь он так и не зашёл. — Её хоть кормили?

— На столе крошки и потёки от еды, — ответил я отстранённо, проводя пальцем по шершавой древесине. Этот сарайчик заляпало чувством одиночества и… Скуки? Чуть приглядевшись, я разобрал выскребленные чем-то острым рисунки. Люди-палочки играли и сражались, следуя понятному лишь своему создателю сюжету. Оглянувшись, я вздохнул.

Такие рисунки были повсюду, даже на потолке. Похоже, с обучением сцепления чакрой ступнями у Фуу расширился её холст.

А ведь мы готовимся защищать виновных в её положении, внезапно пришла мне едкая мысль. Умри они все сегодня и девочка будет свободна. Сможет жить так, как хочется ей самой. Найти друзей даже, если повезёт.

Я тряхнул головой.

Всё это она сможет сделать и в Конохе.

— Что теперь? Мне опять призвать малышню? — спросила Анко.

— Нет. Не в этот раз, — спокойно ответил я, чуть улыбнувшись. — Разве не очевидно? Её охрана спешно ушла со своего поста. Фуу стало интересно, что происходит. Почти наверняка она наблюдает за атакой Суйена из первых мест.

Найти девочку не составило труда.

Её тощая фигурка обнаружилась на границе леса, на одной из широких ветвей. Сидя на корточках и со сложным выражением на лице она наблюдала за появившимися из воды Наруто и Саске.

Кажется, начиналось.

— Ты — Фуу, верно? — мягко спросил я, стараясь подходить к ней не со спины. Троица джонинов осталась позади, с приказом постараться скоординировать свои усилия с Какаши, что наверняка скоро здесь появится, если ещё не успел. — Меня зовут Хаку. Мы можем поговорить?

Девочка испуганно дёрнулась, и посмотрела на меня расширенными глазами.

— Ах… Со мной обычно никто не хочет общаться… Кто ты такой, Хаку? Я никогда раньше не видела тебя здесь.

Интересно. Ноток страха почти нет. Она просто удивилась. Взамен я слышал тоску и любопытство. Защитный механизм, постепенно перестроивший её эмоциональные потребности?

— Гость издалека, — улыбнулся я. — Скажи, Фуу. Тебе нравится тут жить?

Краем глаза я следил за происходящим в центре деревни. Саске пихнул Наруто в воду, после чего умело расправился с внезапно напавшей группой шиноби Дождя. Его огненный шар чуть ли не расплавил неудачливых врагов, а их истошные вопли быстро захлебнулись. Похоже, он быстро оправился после инцидента с Сакурой. Но незаметно подкравшаяся знакомая парочка чунинов быстро обезвредила Учиху жгутом из воды, связав руки и проведя по ней чакру Молнии.

Я сдержал желание цокнуть языком. Надо будет не забыть отвести его в госпиталь. Урон от Молнии часто оставлял после себя мерзкие последствия.

Девочка напротив меня задумчиво наклонила голову. Всё это время она усиленно размышляла.

— Не… знаю? Я не знаю, что мне нравится, — призналась она в замешательстве. — Я всегда тут жила. Сколько себя помню.

— Но тебе наверняка чего-нибудь хотелось, — предложил я лукаво. — Я видел твои рисунки. В них никто и никогда не оставался один.

Слова Фуу замерли у неё на устах. Она отвела взгляд, вновь взглянув в сторону деревни.

Суйен раздавал приказы, пока его подчинённые складывали связанные тела жителей перед ним.

— Я привыкла, — монотонно ответила Фуу. — К молчанию, к холодным глазам. Сейчас я уже почти не замечаю их.

Один из чунинов наотмашь ударил девочку лет пяти от силы, злорадно загоготав. Что за псих ещё такой?

— Тебя не волнует, что их могут убить? — спросил я. — Та девочка, например. Вряд ли она тоже смотрела на тебя так. Её боль что-то значит для тебя?

В моём тоне отсутствовало обвинение. Только профессиональное любопытство.

Фуу задумалась, сморщившись, словно школьник у доски. Затем нахмурилась.

Ни одна из эмоций не затрагивала её связь с другими. Лишь с самой собой.

— Кана-чан как-то раз говорила, что хотела со мной подружиться, — ответила она медленно. — Мы немного поиграли в прятки. На следующий день, когда я пыталась к ней подойти, она расплакалась и закричала, что я — жуткий монстр, и что мне лучше умереть. Она не смотрела на меня с тех пор.

Ну конечно, вздохнул я мысленно. Напугай своего ребёнка до слёз и оставь травму на всю жизнь, но никаких друзей с Джинчуурики. И, разумеется, никто ни на секунду не задумался, что Фуу может это им припомнить.

Как, например, сейчас.

Похоже, я понял её защитный механизм. Но для проверки не помешает задать пару вопросов.

— Кажутся ли тебе другие люди… Ненастоящими? Словно куклы. Может их лица неестественны? Будто в них есть что-то неправильное?

— Откуда ты знаешь?! — воскликнула Фуу. — А… Но ты — другой, Хаку. Почему ты другой?

Аллопсихическая деперсонализация, всплыли из памяти слова. Простым языком, девочка перестала воспринимать жителей Водопада, как реальных людей. Она неспособна сочувствовать им, но, в то же время, и неспособна их ненавидеть. Они просто не имели значения для Фуу. Их жизнь, смерть, горе или радость. Даже их ненависть она воспринимала, как что-то не имеющее значения, пусть и не особо приятное.

Я был чужаком, чем-то новым, необычным, и поэтому не входил в «список». Пока что. Скорее всего, эффект «нереальности» действовал слабее при встрече незнакомых людей.

По иронии, девочка вероятней чувствовала больше эмпатии к прихвостням Суйена, чем к детям у их ног, за исключением Саске. Потому что шиноби из Аме она тоже никогда раньше не видела.

— Я хочу стать твоим другом, — улыбнулся я. — И отвести тебя в место, где ты сможешь завести хоть сотню друзей, было бы желание. Как тебе такое?

Девочка широко распахнула глаза, явно поражённая размахом, и я увидел, что моё предложение зацепило её.

Внезапно она наклонила голову, будто прислушиваясь к чему-то.

— Чоумей говорит, что ты подлизываешься и подгадал момент, чтобы подойти. И, что тебе не повезло?

— Тебе не нравится, когда к тебе подлизываются? — спросил я, сдерживая смех. Если её Биджу хотел, чтобы к его предостережениям прислушивались, ему стоило подстраивать их под своего носителя.

— Не знаю. Ко мне никогда не подлизывались раньше. Фу, звучит влажно и мерзко! — девочку передёрнуло. — Хотя… Один раз меня лизнула лиса. Она была миленькой… Это считается?

— «Подлизываться» в переносном смысле — льстить кому-то, тепло обращаться с какой-то целью, — пояснил я. — Я хочу стать твоим другом и забрать тебя отсюда, вместе с Чоумей. Поэтому и дождался, когда местные жители отвлекутся. Тебя это беспокоит?

Фуу чуть подумала, после чего мотнула головой.

— Ты интересный. И с тобой приятно разговаривать, Хаку. Я давно так долго ни с кем не болтала!

— Тогда что думаешь о моём предложении?

— Не знаю, — протянула девочка, вновь глянув в сторону Суйена. Откуда-то среди жителей Водопада затесалась и Сакура, тихо наблюдавшая за мужчиной. Выглядела она невредимой, пусть и в сетке вместе с несколькими людьми. Суйен держал кунай у шеи Каны-чан, зовя во всё горло Шибуки. Или парень соберётся с духом и выйдет, или джонины Листа вмешаются прежде, чем Суйен начнёт убивать. Так или иначе, я не обладал бесконечным временем. — Я уже привыкла здесь. К тому же, Чоумей говорит, что ты здесь за ним, а не за мной. Что мне придётся сражаться, и сражаться, и снова сражаться… Что у меня не будет времени дружить, — добавила Фуу грустно.